Как португальский хакер вывел на чистую воду Роналду, «Манчестер Сити» и весь европейский футбол

В 2015 году на европейскую футбольную арену вышел сайт Football Leaks, который сходу рассказал общественности о финансовых махинациях «Порту», «Бенфики», «Марселя» и «Твенте».

Как португальский хакер вывел на чистую воду Роналду, «Манчестер Сити» и весь европейский футбол
 Именно Football Leaks первым бросил вызов безнаказанным мировым грандам и пролил свет на скрытую неприглядную сторону футбола. Именно с подачи Football Leaks было расследовано обвинение в изнасиловании против Криштиану Роналду. Именно благодаря Football Leaks Роналду получил условный тюремный срок за неуплату налогов. Именно из-за Football Leaks «Манчестер Сити» грозит удаление из Лиги Чемпионов.

За сайтом стоял один-единственный человек — 30-летний Руи Пинту, в данный момент ожидающий приговора в тюрьме Португалии: ему грозит до 10 лет лишения свободы. Несмотря на заключение, его дело продолжается: Пинту предоставил журналистам более 70 миллионов внутренних документов компаний и клубов, которые в течение десятков лет вели нечестный бизнес — и это лишь 14% от собранной им базы. The New Yorker проследил всю историю Football Leaks, встретился с десятками экспертов и самим Пинту в попытке выяснить, как простому португальскому парню без IT-образования удалось взломать лучшие футбольные клубы мира, а главное — зачем ему это было нужно. The Insider предлагает полный перевод статьи.

Первым получателем письма от Football Leaks стал Антонио Варела, колумнист Record, одной из трех национальных спортивных газет Португалии. Сообщение пришло около полудня 29 сентября 2015 года. Варела, осторожный и внимательный мужчина лет пятидесяти с небольшим, кликнул по ссылке, которая вела на стартовую страницу блога, основанного в 5:17 утра того же дня. «Добро пожаловать в Football Leaks, — гласила надпись на португальском. — Цель этого проекта — показать скрытую сторону футбола. К сожалению, спорт, который мы так любим, прогнил, и самое время сказать: „Хватит“».

Ниже были прикреплены ранее нигде не фигурировавшие документы — в том числе и принадлежавшие лиссабонскому «Спортингу», 18-кратному чемпиону португальской Примейры лиги. «Контракты на португальском, английском, французском. У меня не было сомнений в их подлинности», — сказал мне при встрече в Лиссабоне Варела.

Европейский футбол — это чудо спортивного света. Команды с богатейшей историей — «Ливерпуль», «Барселона», мюнхенская «Бавария», «Ювентус» — терпят поражения и заново возрождаются. Каждый год лучшие игроки и тренеры находят новые способы заставить нас восторгаться мощью спорта. Деловая сторона футбола, впрочем, больше напоминает картины кисти Брейгеля-старшего. Начиная с 1955 года лучшие команды из каждой страны играют друг против друга, и это неизбежно привело к появлению междоусобиц и мерянию кошельками. «Деньги забивают голы», как гласит немецкая поговорка.

Европейский футбол — это неандертальская модель ведения бизнеса

По сравнению с американской системой с ее драфтами, потолками зарплат и коллективными трудовыми договорами, европейский футбол — это неандертальская модель ведения бизнеса. Правила финансирования нарушаются. Зарплаты держатся в секрете. Главные чемпионаты кишат российскими олигархами, восточными суверенными фондами и китайскими мегакорпорациями. «Европейские клубы не только не доверяют друг другу — они постоянно друг друга подставляют», — признался глава одного из европейских клубов. Согласно подсчетам аудиторской компании «Делойт», за последний сезон континентальный футбол принес $28 млрд дохода — примерно столько же, сколько Главная лига бейсбола, НФЛ и НХЛ вместе взятые.

Первые слитые документы затрагивали сомнительную инвестиционную модель под названием Third-Party Ownership (TPO), при которой часть прав на игроков покупают третьи лица. Один из источников доходов клуба — продажа и приобретение игроков. TPO, возникшее в Латинской Америке, позволяет третьим сторонам приобретать долю прав на многообещающих молодых игроков — в надежде когда-нибудь получить прибыль от крупной трансферной сделки (напомним, например, что в 2017-м бразильский нападающий Неймар был продан из «Барселоны» в «ПСЖ» примерно за четверть миллиарда долларов). Сторонники TPO называют модель видом кредитных отношений. Но многие фанаты уверены, что она позволяет инвесторам полностью контролировать состав клуба и влиять на карьеры игроков.

В Португалии одним из самых яростных критиков TPO был президент «Спортинга» Бруну де Карвалью, называвший сделку «монстром, поглощающим футбол». В мае 2015-го FIFA запретила практику. Но из контрактов, предоставленных Football Leaks, выяснилось, что «Спортинг» заключил сделку по типу TPO с ангольским клубом «Рекреативу да Каала». «Это было сильно, — отмечает Варела. — Люди говорили одно, а делали совершенно другое».

Статья Варелы заняла в следующем выпуске Record две страницы. В течение той же недели Football Leaks обнародовал контракты португальских ФК «Порту» и «Бенфики», французского «Марселя», голландского «Твенте». Фанаты узнали, что Жорже Жезуш, тренер «Спортинга», получает 5 млн евро за сезон — невероятная зарплата по меркам португальского чемпионата. Другие документы подтвердили некоторые слухи и раскрыли подпольных инвесторов. В совокупности эти файлы впервые позволили увидеть финансовую сторону футбола.

Сначала Football Leaks располагался на базе «Живого журнала», поэтому предполагалось, что это дело рук российских хакеров. Но Варелу поразила техническая точность документов. Он думал, что за этим стоит обиженный юрист: «Проблемы в бумагах были описаны с филигранной точностью». В то же время он опасался, что все данные были украдены.

Главная страница сайта Football Leaks. Фото / Der Spiegel

В конце ноября стало известно о том, что «Твенте» продал частичные права на семерых игроков первого состава одному инвестиционному фонду. Президент клуба подал в отставку, команда получила штраф в 180 тысяч евро и на три года была отстранена от участия в европейских турнирах.

В середине декабря представитель Football Leaks, назвавшийся Джоном, согласился ответить на несколько вопросов Times почтой. «Люди думают, что мы хакеры, но мы рядовые пользователи ПК», — написал он. Джон утверждал, что инсайдеры, встревоженные положением дел в футболе, передали Football Leaks 300 гигабайт данных, и информация продолжает поступать. «Это непростая борьба, но мы не собираемся сдаваться». Интервью поразило 33-летнего спортивного обозревателя немецкой газеты Der Spiegel Рафаэля Бушманна, в течение 10 лет освещавшего организованную преступность и финансовую сторону футбола. «Я жаждал заполучить эти данные», — признается он.

Несмотря на всю браваду Джона, было очевидно, что у Football Leaks есть проблемы. Первый блог был заблокирован администрацией ЖЖ — как и второй. Иногда документы не открывались или были заражены вирусами, которые внезапно заполняли весь экран порнографией. Бушманн неделями пытался связаться с создателями сайта, но ответа не поступало.

3 января 2016 года организация наконец вышла на связь. «Какие у тебя претензии к футболу? С наилучшими пожеланиями, FL». В тот же вечер в блоге появились конфиденциальные документы, касавшиеся прав на использование изображений Криштиану Роналду, в то время звезды мадридского «Реала».

Бушманн и Джон начали обмениваться сообщениями каждые несколько часов. Спустя шесть недель Бушманн отправился в Будапешт, чтобы встретиться с ним. Он ожидал увидеть бывшего высокопоставленного сотрудника ФИФА или УЕФА, но на встречу в небольшом отеле в центре города пришел Руи Педру Гонсалвеш Пинту, 27-летний лохматый торговец антиквариатом родом с севера Португалии.

Было около пяти вечера, а Пинту еще не завтракал. В тот вечер играли «Реал Мадрид» и «Рома». Пинту повел Бушманна смотреть игру в сербский ресторан, где заказал мясную тарелку. Они два дня отрывались. «Я чуть не умер», — признается Бушманн. Перед уходом Пинту вручил журналисту два жестких диска, на которых содержалось 800 гигабайт данных. В течение последующих трех лет Бушманн предоставил Der Spiegel четыре терабайта конфиденциальной информации, более 88 миллионов документов — почти в два раза больше, чем в Панамском архиве, и в 60 раз больше сведений Эдварда Сноудена.

Данные, предоставленные Пинту, привели к наказанию десятков топовых футболистов за неуплату налогов, заставили полицию Лас-Вегаса расследовать обвинение в изнасиловании в отношении Криштиану Роналду. Было обнаружено возможное нарушение правил со стороны чемпионов всея Англии «Манчестер Сити». Помимо прочего, был раскрыт план ведущих европейских клубов покинуть национальные лиги и создать собственный турнир.

С 2016 года Der Spiegel в сотрудничестве с медиаизданиями 13 европейских стран опубликовал более 100 сюжетов, во многом заново переписав деловую историю футбола и частично сотворив ее в процессе. Масштабность и беспощадность Football Leaks ввергли участников бизнеса в панику. «Люди теперь думают дважды, прежде чем ввязываться во что-то не стопроцентно законное», — рассказывает португальский футбольный агент. В прошлом ноябре немецкие фанаты, узнав о намерении команд уйти в отдельную лигу, устраивали на стадионах массовые протесты.

Несмотря на все это, Пинту — фигура загадочная. Имея лишь среднее образование и не обладая специализацией в IT, он умудрился добыть и разложить по полочкам информацию, за которой европейские налоговые органы и журналисты-расследователи охотились годами. «Для меня он гений, — признается Бушманн. — Другой вопрос — какова обратная сторона его жизни?». С самого момента основания за Football Leaks тянулся шлейф незаконности. Когда личность основателя была раскрыта, Пинту всячески отрицал свою причастность к проекту, чудом избегая ареста.

«Я правда не считаю себя хакером»

В январе Пинту был задержан в Венгрии по обвинению в киберпреступлениях и вымогательстве. Пока он ожидал экстрадиции в Португалию, где ему грозит до 10 лет тюрьмы, я провел два дня в его квартире в Будапеште. Пинту сейчас 30, но благодаря свежему лицу и мальчишеской стрижке он похож на студента, пропустившего последний дедлайн. Каждый день я приходил около часа дня, когда Пинту заканчивал принимать душ. Многие его ответы были сформулированы искусно и со знанием. В напряженные моменты его лицо расплывалось в обезоруживающей улыбке. «Я правда не считаю себя хакером», — сказал он.

Пинту предпочитает обсуждать обнаруженные им находки и рассуждать о деградации футбола из разносторонней уникальной игры в коррумпированное игровое поле международной элиты, где процветают только наиболее обеспеченные и наименее добросовестные клубы. Будущее европейского футбола кажется ему очевидным. «Все станет фикцией. Одной большой фальшивкой».

Пинту внимательно изучал дела великих «сливателей» (его защищает адвокат Эдварда Сноудена Уильям Бурдон), и мне зачастую казалось, что он стремится расширить представление о том, что из себя представляют разоблачители. Когда в 2016-м Бушманн спросил Пинту, откуда у него вся эта информация, тот ответил: «Некоторые наши источники не осознают, что являются таковыми». Однажды вечером Пинту вслух размышлял о том, почему никто из них не выступил публично. Он задавался вопросом, достаточно ли надежны европейские механизмы защиты информаторов. Я предположил, что его источники не раскрыли себя, потому что их не существует в природе, а все данные Football Leaks были добыты посредством хакерских атак Пинту. «Вот это был бы поворот, — ослепительно заулыбался он в ответ. — Самый крутой сюжетный поворот в истории».

Пинту вырос в небольшом доме, украшенном традиционной голубой плиткой, в городке Вила-Нова-ди-Гайя, расположившемся на противоположном Порту берегу реки Дуэро. Одним солнечным апрельским утром его история украшала первые полосы четырех из восьми городских газет. Пинту рассказывает, что научился читать благодаря футбольным комментаторам — он сопоставлял произносимые ими фамилии с надписями на спинах игроков. С четырех лет по воскресеньям он допоздна засиживался перед телевизором, чтобы посмотреть ключевые моменты выходных матчей и записать в блокнот счет и показатели игроков.


Руи Пинту. Фото Maria Feck / Der Spiegel


«Папа как-то сказал, что футбол разрушит мою жизнь, потому что я им одержим», — рассказывает Пинту. Отец героя, Франсиско, был дизайнером обуви на местной фабрике. Мать, Мария, воспитывала Пинту и его старшую сестру. Франсиско интересовался антиквариатом, и когда Пинту было семь, тот поставил в гостиной стационарный Intel Pentium и провел интернет — чтобы можно было покупать и продавать древние монеты онлайн. «Ebay тогда открывал поистине невероятные возможности, — вспоминает Пинту. — Я впитывал в себя всю возможную информацию, сидя рядом с отцом». Мальчик был очарован финикийскими, иберийскими и кельтскими племенами, жившими на территории Португалии до прихода римлян. Он залипал на канал «История» и мечтал стать археологом.

Когда Пинту было 11, его матери поставили диагноз — прогрессирующая лимфома. Каждый день после школы он навещал маму в больнице. О ее смерти он решил никому не рассказывать: «Я просто притворился, что ничего не произошло, вот и все». Он начал прогуливать уроки, допоздна засиживаться в интернете. В школе он был тихим рассеянным ребенком на последней парте, который, казалось, черпает знания из других источников. «Руи очень, очень тяжело охарактеризовать, — рассказывает Марио Фалькао, учитель географии. — При желании он мог бы стать лучшим в классе, но этого желания не было».

В 2004-м, когда Пинту было 15, его любимая команда — ФК «Порту», возглавляемая дерзким и требовательным тренером по имени Жозе Моуринью — выиграла Лигу Чемпионов. Пинту был вне себя от счастья. «Он пришел в школу, сияя от радости», — вспоминает Фалькао. Но появлялся он там по-прежнему нечасто. Отцу часто приходилось извиняться за плохую посещаемость сына. «Но что может отец сделать с подростком, ночи напролет торчащим за компьютером?» — разводит руками преподаватель. Пинту оцифровал каталог школьной библиотеки. Когда я спросил Фалькао, можно ли назвать Пинту рядовым пользователем ПК, он ответил: «Нет» и повторил это слово восемь раз.

Пинту поступил на исторический факультет Университета Порту осенью 2008 года. Спустя месяц частный банк Banco Português De Negócios был национализирован на фоне подозрений в мошенничестве и отмывании денег. Так в Португалии начался финансовый кризис. Пинту стал частью так называемого geração à rasca — «бедствующего поколения». Уровень безработицы среди молодежи достиг 40%. Сотни тысяч людей эмигрировали. «Этим 25-летним ребятам приходилось хоронить надежду на светлое будущее», — рассказывает Филипе Каррейра да Сильва, социолог Лиссабонского университета, изучавший экономический кризис. В 2009-м обувная фабрика, на которой работал отец Пинту, обанкротилась. Франсиско рано ушел на пенсию, чтобы посвящать больше времени занятию антиквариатом. В 2011-м Португалия приняла помощь от Международного валютного фонда. «Я практически утратил мотивацию что-либо делать, — вспоминает Пинту. — Было понятно, что Португалия обречена».

В 2013-м Пинту по обмену поехал учиться в Будапешт. «У меня не было денег, чтобы отправиться в Париж или Лондон», — поясняет он. Заехав в студенческое общежитие — комплекс огромных многоквартирных домов советской эпохи на востоке города — он почувствовал облегчение. В Будапеште было здорово. Юноше нравились огни над Дунаем и брусчатые улочки. Общаясь со студентами со всех концов Европы, Пинту получил более широкое представление о финансовом кризисе, охватившем континент. Он читал новости о попытках немецких налоговых органов отследить деньги, утекшие в офшоры. Когда в Испании, Италии и Греции из-за жестких ограничительных мер правительства начались массовые уличные протесты, Пинту с горечью задумался о бездействии, царившем в Португалии. «Большая часть португальской молодежи не хочет вовлекаться в такие вещи, — говорит он. — Они все проглатывают».

Осенью Пинту вернулся в Вила-Нова-ди-Гайа. Шел шестой год его обучения на историческом факультете. Он помогал отцу с антикварными сделками. 18 сентября на счету Пинту было 31.67 евро. На следующий день ему поступил перевод на сумму 34 627 евро с клиентского счета в Caledonian Bank, небольшого частного банка на Каймановых островах. 11 октября из того же Caledonian Bank ему пришло 227 332,8 евро — на этот раз со счета NetJets, компании, занимающейся арендой частных самолетов. Через два дня Пинту оплатил счет за телефонную связь — 15 евро.

Вторая транзакция привлекла внимание банка — перевод был заморожен, и деньги вернулись на счет NetJets. Согласно уголовному иску, поданному в португальскую прокуратуру на следующей неделе, кто-то устроил фишинговую атаку на Caledonian Bank с целью получить доступ к резервным почтовым серверам организации. Заполучив логины и пароли, хакер совершил переводы на счет Deutsche Bank, зарегистрированный в Лиссабоне на имя Руи Пинту. Данные первой транзакции были уничтожены, но второй перевод был отправлен в 5:46 утра 11 октября из компьютерой лаборатории Университета Порту.

Пинту нанял адвоката Анибала Пинту (однофамильцы, не родственники). Когда я спросил Руи о цели взлома Caledonian Bank, он ответил, что скачал с серверов банка около терабайта информации, которую намеревался передать европейским налоговым органам. «Было интересно выяснить, что там творится», — ответил он. Но дело так и не было доведено до конца. 6 ноября счет Пинту заморозили, полицейское расследование продвигалось крайне медленно. Банк отказался раскрыть личность жертвы первой транзакции, а университетская лаборатория хранила данные о пользовании компьютерами лишь в течение семи дней. Пинту утверждал, что второй перевод был внутренней ошибкой банка, а деньги первого предназначались ему. Летом 2014-го Анибал Пинту достиг договоренности с Caledonian Bank: Руи согласился вернуть половину полученной суммы, 17 313,5 евро. Ему так и не было предъявлено никаких обвинений.

В феврале 2015-го Пинту окончательно переехал в Венгрию. «В Португалии приятно провести отпуск. На этом все», — заявил он. Его отец теперь занимался сбытом старинных плакатов, фотографий, железнодорожных карт и листовок XIX века. В Будапеште было навалом эфемеры промышленной революции и артефактов начала XX века, которые семейство Пинту продавало за 10–20 евро в интернете. В первые месяцы пребывания в городе Руи сходил на несколько собеседований в колл-центры, где ему могли бы пригодиться португальский и английский.

Но он все чаще отвлекался на футбол. В ту весну швейцарская полиция, действуя по указаниям ФБР, арестовала девять чиновников FIFA прямо во время совещания в Цюрихе. Им были предъявлены обвинения в коррупции, связанные с решением провести следующие Чемпионаты мира в России и Катаре. Также Пинту беспокоился за судьбу родного клуба. Спустя неделю после победы «Порту» в Лиге чемпионов-2004 Жозе Моуринью перешел в «Челси», который за год до этого был куплен российским олигархом Романом Абрамовичем. За прошедшее с того момента десятилетие у «Порту» не было шансов сравняться по финансам с ведущими клубами Германии, Испании и Англии или стать «трофейным клубом» вроде ПСЖ, который был приобретен эмиром Катара.

Чтобы сохранять хотя бы иллюзию конкурентоспособности, «Порту» приходилось идти на серьезные финансовые риски — как и другим клубам, не входящим в избранную элиту. Вернувшись в Вила-Нова-ди-Гайа, Пинту съездил на несколько гостевых матчей клуба с группой хардкорных болельщиков команды, называющих себя Super Dragons. Там он услышал о компании Doyen Sports Investments, в которой крутились деньги из Казахстана, — с ее помощью были осуществлены несколько последних трансферов «Порту». «С футболом что-то явно было не так, — говорит Пинту. — Я получил подтверждение этому из столь близких к клубу источников, что больше не мог бездействовать».

В течение лета Пинту заполучил тысячи корпоративных писем и контрактов Doyen. Как — он не объясняет: «Скажу только, что все эти футбольные организации удивительно беспечны. Они уверены в своей неуязвимости». Пинту удалось восстановить детали сделки между «Порту» и «Реалом» насчет полузащитника Каземиро — оказалось, аренда игрока португальским клубом включала в себя 700 тысяч евро лично для сына президента «Порту». «Было чувство, что у меня отбирают мой футбол, — признается. — И никого в Португалии это не волновало».

Управляющим Doyen, у которой также были офисы в Лондоне и на Мальте, был Нелиу Лукаш, харизматичный португальский агент лет сорока. В период с 2011-го по 2015-й Doyen инвестировала около 300 млн евро в сделки TPO. Компания была связующим звеном многих историй из первой партии Football Leaks. 3 октября, спустя четыре дня после публикации первой партии документов, Лукаш получил письмо на идеальном португальском от человека, назвавшегося Артемом Лобузовым (имя принадлежит российскому пловцу). Лобузов пригрозил Лукашу еще более серьезными разоблачениями. «Все хуже, чем вы можете вообразить», — писал он. Лобузов отметил, что журналисты отчаянно мечтают заполучить имеющуюся у него информацию. «Вам определенно не хотелось бы этого, правда? Мы можем это обсудить...»

Лукаш отправился с этим письмом в португальскую полицию, куда уже обратился с заявлением «Спортинг». В течение следующих дней Лукаш переписывался с Лобузовым — под присмотром отдела по борьбе с киберпреступностью. 5 октября Лобузов намекнул, что «пожертвование» в размере от 500 тысяч до 1 млн евро могло бы заставить материалы исчезнуть. Лукаш, разумеется, подыграл. Спустя четыре дня Лобузов написал, что его адвокат ждет от Лукаша сообщения. Адвоката звали Анибал Пинту.

Встреча была назначена на 21 октября неподалеку от Лиссабона. Анибал Пинту специально прилетел из Порту. Водитель забрал его из аэропорта и отвез в придорожный ресторан на шоссе A5 примерно в 15 км от города. Пинту стало не по себе. «Обычно юристы встречаются с клиентами в собственном офисе», — пояснил он. Место было выбрано полицией. Фургон наблюдения припарковался вне поля видимости. К Пинту присоединились адвокат Doyen и Лукаш, на котором была прослушка. За соседним столиком сидели двое офицеров в штатском.

Мужчины обсудили возможное соглашение между Doyen и Лобузовым — выплата 300 тысяч евро в течение пяти лет. Помня о том, что полиция подслушивает разговор, Лукаш предложил Лобузову работать на Doyen в качестве IT-консультанта. Он расспрашивал Пинту о хакерских навыках его клиента. «Я сразу объяснил, что это португальский подросток, а не криминальная группировка», — вспоминает адвокат. Но Пинту упомянул дело Caledonian Bank: «У нас с моим клиентом уже была подобная ситуация». Ближе к концу встречи, когда юрист Doyen отлучился в уборную, Лукаш предложил Пинту миллион евро в обмен на настоящее имя Лобузова. Адвокат отказался.

Руи Пинту позднее рассказал мне, что выдавал себя за Артема Лобузова, чтобы проверить подлинность оказавшихся у него бумаг. «В общем-то, я просто хотел понаблюдать за реакцией, — вспоминает он. — Я понимаю, что это было беспечно с моей стороны». В начале ноября Лобузов объявил, что выходит из дела. Лукаш и Doyen заподозрили иную причину разрыва сделки. Они привлекли для проверки собственных серверов стороннюю службу безопасности. Расследование показало, что летом 2015 года сотрудники Doyen стали жертвами фишинговой атаки — они получили от контактов в различных футбольных клубах копии папок Dropbox. Например, 19 июля один из руководителей ФК «Порту» прислал Лукашу папку под названием «Игроки». Когда он кликнул на нее, произошла установка программы, отправившей все содержимое лондонских серверов Doyen на российский e-mail. Факт взлома означал, что Лобузов мог читать переписку Doyen с правоохранительными органами в режиме реального времени (Пинту утверждает, что на самом деле прочитал эти сообщения лишь спустя несколько месяцев).

Конец 2015-го у Пинту выдался сумасшедший. На Football Leaks продолжали появляться все новые документы, связанные с различными юридическими фирмами, клубами и агентами. Их количество исчислялось тысячами, и Пинту по ночам проверял каждый из них вручную, страница за страницей. «В то время было очень тяжело осознавать масштабы правонарушений», — вспоминает он.

Пинту старался публиковать хотя бы пару контрактов каждый день. Но зачастую его разочаровывала реакция СМИ, которые считали Football Leaks не более чем источником слухов об именитых игроках. 20 января 2016 года Пинту опубликовал трансферный контракт Гарета Бэйла, уэльского нападающего, летом 2013-го перешедшего из «Тоттенхэма» в «Реал» за сумму чуть более 100 млн евро. Выяснилось, что публично Мадрид анонсировал ложную заниженную сумму, чтобы не обидеть главную звезду «Реала» Криштиану Роналду, который в свое время был куплен за 94 миллиона. Это был 77-й контракт, опубликованный Football Leaks. «Это был своего рода прорыв, но по-хорошему — да, полная туфта», — вспоминает Пинту.

К моменту встречи с Рафаэлем Бушманном из Der Spiegel Пинту всерьез думал бросить проект. «Все это начинало сводить меня с ума», — признается мужчина. Лукаш же после случая с Лобузовым нанял частную лондонскую киберкомпанию Marclay Associates с целью разоблачить Football Leaks. Упомянув дело Caledonian Bank, Анибал Пинту сильно помог расследованию. В марте 2016-го на сайте «Football Leaks: Разоблачение» была опубликована фотография Руи Пинту. Ресурс быстро заблокировали, но Пинту был в шоке. «На мои плечи лег дополнительный груз», — рассказывает он. В ту весну Пинту решил на полгода приостановить публикации Football Leaks, чтобы дать Der Spiegel возможность изучить полученные данные. Но он продолжал искать секретную информацию.  «В нем что-то есть, — отмечает Бушманн. — Это было сильно — добраться до такого уровня и не дать себе остановиться».

С 2011-го Der Spiegel базируется в аскетичной высотке в Гамбурге, с которой открывается вид на бывший городской причал. Данные от Football Leaks хранятся на десятом этаже, в комнате с табличкой «Geräteraum» — «аппаратная». В этой аппаратной я встретился с Бушманном, его редактором Михаэлем Вульцингером и исследовательницей Николой Набер — главными хранителями файлов Руи Пинту. К моему приезду они прибрались, сняв со стен диаграммы и графики, использовавшиеся во время работы над последним материалом по данным Football Leaks, вышедшим в ноябре прошлого года. Только на стеклянной стене рядом со столом Николы осталось несколько розовых клейких бумажек: «Писать», «Сопоставлять», «Писать», «Сопоставлять».

На первых жестких дисках, которые Пинту вручил Бушманну, содержалось около 18 миллионов файлов. Для обработки этой информации Der Spiegel закупил новые серверы и создал специальную защищенную сеть. «Прошвырнулись по магазинам», — шутит Никола. Программисты газеты конвертировали PDF-файлы в обычный текст, а журналисты, работавшие на Intella — специальном софте, который полиция использует при расследовании мошенничеств — пытались отыскать взаимосвязи между документами. Во время моего визита счетчик Intella показывал цифры в 16 миллионов электронных писем, 85 тысяч презентаций, 68 тысяч таблиц и 150 тысяч контактов в базе Football Leaks. Я ввел имя Джордана Пикфорда, нынешнего вратаря английской сборной — 2424 результата. Месут Озил, невероятный немецкий легионер «Арсенала», за который я болею, был упомянут 8629 раз.


Одним из первых материалов Der Spiegel стало расследование о налоговых махинациях Криштиану Роналду. Роналду, пятикратный обладатель «Золотого мяча», — португальская легенда и любимый игрок Пинту. Весной 2016-го Пинту обнаружил на Британских Виргинских островах компанию Tollinn, с помощью которой Роналду предположительно уклонялся от налогов, которые должен был заплатить в Испании. На протяжении нескольких недель Набер сопоставляла международные активы Роналду — $227 млн за 2015 год — с его налоговыми обязательствами и прибылью от офшоров. Все это было среди файлов. «Ты сидишь и думаешь: „Что мне нужно? Так, мне нужен общий доход в Ирландии“. Вбиваешь в поиск — и получаешь цифры. Безумие какое-то». В июне прошлого года Роналду признал себя виновным в уклонении от уплаты налогов. Он получил два года тюрьмы условно и штраф в 19 млн евро.

На протяжении нескольких недель Набер сопоставляла международные активы Роналду — $227 млн за 2015 год — с его налоговыми обязательствами и прибылью от офшоров
Я узнал кое-что новое. Вульцингер показал мне трансферные документы о переходе Поля Погба из «Ювентуса» в «Манчестер Юнайтед» — лето 2016 года, 105 млн евро. Контракт обещал 45 миллионов агенту Погба, Мино Райоле, который в этой сделке представлял все три стороны. Чаще всего команде Der Spiegel приходилось цепляться за малейшие подсказки в этом море данных. Их отношение к футболу изменилось. Однажды вечером Бушманн сидел в ресторане, наблюдая за тем, как два топовых мадридских клуба борются за место в финале Лиги Чемпионов-2017  («Реал» и «Атлетико» — прим. ред.). В какой-то момент он непроизвольно задумался о фондах и посредниках, вовлеченных в этот матч, Когда он в следующий раз взглянул на время, прошло двадцать минут. «Я часто ловлю себя на мысли, что больше не могу смотреть игру, как прежде», — признался он.

Пинту не сталкивался с такой проблемой. Летом 2016 года во Франции проходил Чемпионат Европы. Пинту отчаянно болел за португальскую сборную, возглавляемую Роналду. «Большинство людей не умею отделять одно от другого. Для меня Роналду на поле и вне его — два разных человека», — сказал он. Несмотря ни на что, Португалия добралась до финала, где противостояла хозяевам турнира. Пинту смотрел матч в будапештском пабе. Роналду покинул поле на 25-й минуте из-за травмы колена, Португалия выиграла в дополнительное время, а Пинту разрыдался.

Победа Португалии на Евро-2016. Фото / YouTube

Корреспонденты Der Spiegel старались держать дистанцию с Пинту, опасаясь спровоцировать его на новый взлом. «Если есть хотя бы небольшая вероятность того, что наш источник — хакер, мы ни в коем случае не можем просить его достать еще какие-то документы», — объясняет Бушманн. Но были моменты, когда они в нем отчаянно нуждались. Осенью 2016-го для Der Spiegel и их партнеров из European Investigative Collaborations приближались дедлайны по сдаче первого цикла историй. Но возникла проблема: тысячи документов просто не открывались на Intella. «Наши программисты неделями пытались найти решение», — вспоминает Бушманн.

Как-то раз Пинту прилетел в Гамбург на выходные. Выпив пару пинт пива, он уговаривал Бушманна взять его на игру местной команды — ФК «Гамбург». «Это был огромный стресс — ведь стадион напичкан камерами», — вспоминает журналист. Вечером он рассказал гостю о возникшей проблеме. Пинту сел за компьютер — он впервые имел дело с Intella. Бушманн вышел сделать кофе, а когда вернулся, проблема была решена.

В декабре Der Spiegel и E.I.C. представили первые расследования по материалам Football Leaks. Основными темами были доходы Роналду, захватнические сделки Doyen и сеть аргентинских агентов, которые с помощью подставных лиц и компаний-прокладок в Нидерландах уклонялись от уплаты налогов. Первые статьи были опубликованы в девять вечера пятницы. Пинту лихорадочно обновлял твиттер. Он написал Бушманну: «Это самый важный день в моей жизни».

В начале 2017-го Пинту наткнулся на файл под названием «Лас-Вегас». «Мне было любопытно: почему „Лас-Вегас“? Я решил проверить». В нем содержалась переписка между американскими и португальскими адвокатами, где обсуждался предполагаемый инцидент, произошедший ночью 12 июня 2009 года в отеле Palms Place в Лас-Вегасе. «Я был в шоке, — вспоминает Пинту. — Речь шла об изнасиловании». Среди документов было мировое соглашение от 12 января 2010 года между «Мисс П.» и «Мистером Д.», по которому Мистером Д. было выплачено $375 тысяч. Конфиденциальное письмо поясняло, что под псевдонимом «Мисс П.» значилась Кэтрин Майорга, бывшая модель, работавшая тогда в начальной школе. Мистером Д. был Криштиану Роналду.

Пинту срочно оповестил о находке Бушманна, который в то время работал над книгой о Football Leaks в родном Мюнстере, что в 2,5 часах езды от Гамбурга. Клубы и компании, упомянутые в первых публикациях Der Spiegel, в основном хранили молчание или же бушевали по поводу того, что информация всплыла наружу. В конце декабря 2016-го представители крупнейших европейских лиг обратились в FIFA, утверждая, что Система регистрации трансферов (Transfer Matching System), в которой содержится информация обо всех переходах игроков, — единственный возможный источник этих сливов. К расследованию привлекли еще больше частных детективов.

Как-то раз в гамбургском метро Бушманн понял, что стоит не на той платформе. Побежав к правильному поезду, репортер заметил, что поджарый пожилой мужчина, чем-то смахивающий на Клинта Иствуда, бросился вслед за ним, но двери закрылись прямо у него перед носом. Спустя несколько дней Бушманн увидел того же человека в плотном сером пальто в книжном магазине Мюнстера. «Я подумал: окей, держи себя в руках, возможно, это паранойя», — вспоминает Бушманн. Но когда тот же мужчина обнаружился за соседним столиком ресторана в Берлине, сомнений не оставалось. Остальная команда Der Spiegel также была уверена, что их переписки и передвижения отслеживаются. «Они знали больше, чем нам хотелось бы», — рассказывает Вульцингер. Когда Бушманн прилетел в Лас-Вегас расследовать обвинение Роналду в изнасиловании, уже знакомый мужчина наблюдал за ним из припаркованного Volvo.

Рафаэль Бушманн и Михаэль Вульцингер. Фото / Buchreport

Оборонительная реакция на статьи Der Spiegel заставила Пинту задуматься: а заинтересованы ли высокопоставленные футбольные чиновники в наведении порядка? В своих интервью под именем Джона он предлагал ФИФА и УЕФА связаться с ним, но никто так и не вышел на контакт. Пинту считает, что большинство спортивных корреспондентов относятся к футбольным чиновникам чересчур почтительно: «Они не хотят, чтобы люди знали правду». Иногда Пинту говорит, что целевая аудитория Football Leaks — «настоящие болельщики», которые в итоге и начнут требовать финансовых и нравственных реформ. Но до конца непонятно, кого именно он имеет в виду и существует ли эта группа людей в принципе.

14 апреля 2017-го Der Spiegel выпустил статью о том, что Криштиану Роналду был обвинен в изнасиловании, не называя имени Кэтрин Майорги. Время было самое подходящее: Роналду, тогда еще выступавший за «Реал Мадрид», играл в двух четвертьфинальных матчах Лиги Чемпионов против мюнхенской «Баварии», лучшего немецкого клуба. Но история мало кого заинтересовала. Представляющее Роналду и Моуринью португальское агентство Gestifute, чей президент Жорже Мендеш является одной из ключевых фигур мирового футбола, назвало публикацию «журналистской фантазией». Роналду сделал дубль в первой игре против Мюнхена и хет-трик во второй. «Наша история провалилась — ее никто не заметил», — говорит Вульцингер.

В Португалии интерес к Football Leaks также иссяк. После первых публикаций о местных «Спортинге» и «Порту» платформа переключилась на более именитые чемпионаты. Но в один непримечательный апрельский вторник Франсиско Маркес, директор по связям с общественностью ФК «Порту», получил e-mail с зашифрованного почтового сервиса Tutanota. В письме обнаружился внутренний документ ФК «Бенфика», главного соперника «Порту». Маркес поинтересовался у отправителя, как он может удостовериться в подлинности файла. «Думаю, прикрепленных изображений будет достаточно», — ответил источник. К письму были приложены скриншоты содержимого почтовых ящиков трех руководителей «Бенфики». Один из них был сделан полчаса назад. Спустя несколько дней Маркес получил около 20 гигабайтов внутренней переписки «Бенфики».


Противостояние «Бенфики» и «Порту» проходило по многим пунктам. Юг против севера, столица против остальной страны, очарование против честного труда. На двоих клубы выигрывали чемпионат страны 65 раз <37 раз, в том числе в 2019 году — «Бенфика», 28 раз — «Порту» — прим. ред.> В стране с населением в десять миллионов человек «Бенфику» поддерживает шесть, что дает основание считать ее самым могущественным государственным институтом. Болельщики других клубов называют «Бенфику» спрутом, а Португалию — «Бенфикастаном». Когда я спросил Маркеса, не думал ли он вернуть письма, он рассмеялся и ответил: «Нет. Это война».

У Маркеса есть собственное шоу на городском телевидении, и в течение последующих нескольких недель он зачитывал в эфире электронную почту «Бенфики». Он отбросил личные сплетни и прочие непристойные материалы, сфокусировавшись на попытках «Бенфики» полностью захватить португальский футбол. В одном из выпусков он рассказал о секретных инструкциях, которые высылались поддерживающим «Бенфику» телекомментаторам. В другом прочитал переписку, в которой речь шла о «святошах» — группе из восьмерых рефери, на которых можно было положиться в спорных моментах; последнее сообщение гласило «А теперь все это сотри». Среди файлов была презентация PowerPoint от июня 2012 года, в которой руководство «Бенфики» расписывало пятилетний план по «доминированию во внешней среде» и расширению влияния на португальских политиков, журналистов и судебную систему. «Теперь мы в курсе всего этого, — сказал тогда Маркес, — и это нечестно. Это недобросовестная конкуренция».

Франсиско Маркес. Фото / DR

В начале июня Маркес передал переписку «Бенфики» полиции. Он задавался вопросом, не связано ли все это с Football Leaks. Источник назвался «фанатом „Порту“, но критиком президента клуба». 12 июля Маркес получил зашифрованное письмо с четырьмя вложениями касаемо сделки «Бенфики» о налогах на землю вокруг стадиона в Лиссабоне. Источник больше никогда не выходил на связь.

19 октября полиция провела обыск на принадлежащем «Бенфике» Estádio da Luz. Шесть недель спустя сливы возобновились. На этот раз источник просто разместил неотредактированные письма в блоге под названием «Бенфика Маркет». «Там было много грязного белья», — вспоминает Маркес. Медицинские карты и разговоры представителей клуба с женами чередовались с контрактами игроков и решениями внутренних финансовых вопросов. Один из руководителей «Бенфики» сравнил сливы с терроризмом: «Мы не знаем, когда произойдет следующая атака, откуда исходит угроза и что это за оружие. Мы не знаем ничего». В начале 2018-го полиция дважды обыскала помещения клуба. В марте глава юридического отдела клуба Паулу Гонсалвеш был арестован по подозрению в подкупе трех должностных лиц ради получения обновлений по делу.

Скандал вокруг «Бенфики» стал самым крупным в португальском футболе за последние десятилетия и перевел вражду между клубами на новый уровень. В данный момент «Бенфика» судится с «Порту», требуя в качестве компенсации 17 млн евро. Подъехав к моему отелю в Порту, Маркес демонстрирует завал сообщений от фанатов «Бенфики», ежедневно грозящихся убить его. «Это изменило мою жизнь — теперь мне нельзя показываться на юге», — без особой грусти рассказывает он.

На фоне утечек «Бенфики» правоохранительные органы начали изучать другие недавние преступления, связанные со спортом. На глаза попалось дело о вымогательстве со стороны Артема Лобузова, пылившееся в архиве уже два года. Рукописное примечание от 27 апреля 2018 года гласило, что иск компании Doyen рассматривался в связке с предполагаемым взломом Football Leaks лиссабонского «Спортинга». «Подозреваемый опознан: Руи Пинту».

В это же время Der Spiegel и E.I.C. готовили вторую волну статей по Football Leaks. В начале 2018-го Пинту подкинул Бушманну новую партию жестких дисков, что увеличило количество файлов в базе Intella до 70 миллионов. Команда решила сосредоточиться на двух темах, которые на протяжении многих лет ускользали от европейских футбольных корреспондентов. Первая — как самым расточительным клубам (а конкретно, «ПСЖ», поддерживаемому вливаниями из Катара, и «Манчестер Сити», которым владеет Мансур ибн Зайд Аль Нахайян, член правящей королевской семьи Абу-Даби) удается обманывать правила расходования средств.

Согласно своду правил, известному как финансовый фэйр-плэй, начиная с 2013 года европейские клубы, которые претендуют на право участвовать в турнирах УЕФА, обязаны соблюдать баланс между расходами и полученными из футбольных источников доходами. Но в течение долгих лет доходы команд, принадлежавших наиболее богатым владельцам, пополнялись с помощью подозрительно богатых спонсоров и слишком удачных маркетинговых сделок, что помогало им поддерживать видимость этого баланса.

Владелец «Манчестер Сити» Мансур ибн Зайд Аль Нахайян. Фото / NBC

Данные Football Leaks показали, что летом 2012 года «Пари Сен-Жермен» подписал пятистраничный спонсорский контракт на сумму более миллиарда евро с катарским Управлением по туризму. Расследование УЕФА впоследствии показало, что реальная рыночная стоимость договора составляла 15 миллионов. Внутренняя почта «МанСити» намекала, что руководство клуба проворачивает сделки с помощью денег холдинга шейха Мансура, Abu Dhabi United Group. Весной 2013 года финансовый директор «Манчестер Сити» Жорже Чумильяс уточнял у одного из руководитель клуба Саймона Пирса, можно ли подделать ряд контрактов, чтобы соответствовать требованиям УЕФА. «Конечно, — ответил Пирс, — мы можем делать все, что хотим». «Манчестер Сити» отвергает все обвинения, поступившие в результате сливов Football Leaks: «Это очевидно спланированная попытка нанести ущерб репутации клуба».

Также Der Spiegel расследовал издавна гуляющие слухи о том, что крупнейшие европейские клубы планируют покинуть родные чемпионаты и сформировать собственную закрытую континентальную лигу — вроде НХЛ. Идея футбольной «Суперлиги» будоражила умы еще с конца 80-х. Это логичная коммерческая точка для вида спорта, в котором несколько команд полностью доминируют во внутренних чемпионатах. Но для многих стран это стало бы разрушением вековых спортивных традиций. Проштудировав переписку высших руководителей топовых клубов Европы, журналисты Der Spiegel обнаружили подробнейшие обсуждения формирования Суперлиги в начале 2016 года. Тогда в феврале мюнхенская «Бавария» — самый успешный клуб в истории немецкого футбола — изучала юридические последствия выхода из Бундеслиги. В последующие месяцы руководители семи влиятельных клубов, включая «Барселону», «Ювентус», «Манчестер Юнайтед» и «Милан», дважды встречались для обсуждения возможных форматов существования Суперлиги. Одна из презентаций носила название «Сценарий Суперлиги для Лучших Представителей Европейского Футбола».

Директор одного из клубов, участвовавший в переговорах, рассказал мне, что тот план был всего лишь фикцией для проведения более удачных переговоров. Тем не менее, он не назвал идею оторванной от реальности. Когда я спросил, является ли создание Суперлиги лишь вопросом времени, он ответил: «В какой-то форме — да». Он взвесил все за и против. «Нужно действовать благоразумно. Нужно понимать, что этим поступком ты убиваешь остальной европейский футбол».


Летом 2018 года история с обвинением Роналду в изнасиловании получила новое развитие. Шла волна разоблачений сексуальных домогательств со стороны влиятельных мужчин, всплывали контракты о неразглашении, которые заставляли жертв молчать. Воодушевленная этим, Майорга наняла нового адвоката, Лесли Стовалла, который связался с Пинту через анонимную почту с вопросом, нет ли у него еще каких-то документов. Пинту отрыл 27-минутную расшифровку интервью Роналду, обозначенного как Мистер X, с одним из его юристов, Пауру Рендейрой. Ответы в самой ранней версии документа подтверждают слова Майорги.

X: Она сказала, что не хочет, но позволила. Все было грубо. Я перевернул ее на бок, и все произошло быстро. Возможно, у нее остались синяки, когда я схватил ее. Она не хотела «отдаваться» и вместо этого подрочила мне. Я не помню, что еще она говорила, пока дрочила. Но она продолжала говорить «Нет». «Не делай этого», «Я не такая, как остальные». Потом я извинился.

Майорга в расшифровке обозначена как Мисс С.

Вопрос: Мисс С. кричала, визжала, повышала голос?

X: Она несколько раз сказала «нет» и «остановись».

Пинту отправил документ Стоваллу, который передал его вместе с другими файлами Football Leaks в полицию Лас-Вегаса 25 августа прошлого года. В сентябре в интервью Der Spiegel Майорга обвинила Роналду в изнасиловании, и полиция начала расследование. Роналду настаивал на собственной невиновности. В Instagram-видео, выложенном спустя два дня после публикации, он назвал новость фейком. «Это нормально — они хотят стать известными за счет моего имени. Но это часть моей профессии. Я счастливый человек, и все хорошо».

13 сентября 2018 года, за две недели до появления интервью Майорги, португальское издание Sábado назвало Руи Пинту создателем Football Leaks и главным подозреваемым по делу слитой переписки «Бенфики». Фото Пинту красовалось на обложке. Португальские СМИ оперативно начали развивать тему, и скоро страница Пинту в Facebook заполнилась угрозами от фанатов «Бенфики». Пинту уже в течение долгого времени переживал за собственную анонимность и думал, как будет защищать себя. В 2017-м Parquet National Financier, антикоррупционное французское ведомство, связалось с Football Leaks и попросило Джона поделиться имеющейся информацией. Во Франции действует одна из лучших в Европе систем защиты источников. Следующим летом Пинту обратился к адвокату Уильяму Бурдону, специализирующемуся на подобных делах, и попросил организовать встречу.

В конце ноября Пинту отправился в Париж на встречу с P.N.F. «Я выступал в качестве свидетеля, — вспоминает он. — По сути, рассказал им, какие данные у меня есть и как я их получил, вот и все». Сотрудники французской программы защиты свидетелей выдали Пинту защищенный телефон на случай экстренных ситуаций: «Они сочли мое положение довольно опасным». Вернувшись в Будапешт, Пинту решил в феврале переехать во Францию. «Я был на ужасном стрессе», — рассказывает он. Пинту доверился Бушманну. «Он часто повторял: „У меня будет семья, у меня будут дети, у меня будет нормальная жизнь“», — вспоминает журналист.


В середине января 2019-го к Пинту в гости приехали отец и его новая жена Элизабет. «Они подозревали, что что-то происходит», — рассказывает мужчина. Уже в квартире Пинту на тихой улице в седьмом районе Будапешта они обнаружили, что не могут открыть свой багаж. Кодовые замки на их чемоданах, судя по всему, кто-то взломал. На следующий вечер Пинту с отцом ушли в магазин, а вернувшись, обнаружили у дома полицейские машины и людей в форме. «Я понял: что ж, за мной пришли». Наверху полиция изъяла ноутбук Пинту, три телефона (включая выданный французскими властями), три флешки и 14 жестких дисков, содержащих 29 терабайтов данных. Пинту доставили в следственный изолятор, где он потребовал звонок адвокату. Полиция отказала: «Здесь тебе не американское кино».

Пинту посадили под домашний арест. Когда я приехал к нему в конце февраля,  на нем были джинсы, футболка Levi’s и электронный браслет на левой лодыжке. Его родители остались в Венгрии, но квартира казалась пустой, будто в нее только что въехали. В гостиной стояла двуспальная кровать, на которой спали отец и мать, и стол с дешевой коричневой скатертью. На стенах висело несколько маленьких красочных пейзажей. Все оборудование конфисковала полиция.

Большую часть времени Пинту раздумывал о своем деле. Согласно ордеру на арест, выданному португальской полицией, его задержали по шести обвинениям, связанным с предполагаемым шантажом Doyen и взломом «Спортинга» осенью 2015-го. В ордере никак не упоминались письма «Бенфики» и последовавший за ними позор главного португальского клуба, хотя Пинту был убежден, что это и есть настоящая причина его ареста. «Политики, полицейские — все теряют фокус, когда дело касается футбола».

Когда я спросил Пинту, имеет ли он отношение к скандалу с «Бенфикой», он ответил отрицательно, своей любимой формулировкой: «Я не помню, чтобы полиция или португальские власти связывали меня с этим делом». Пинту переживал, что гигантская база данных, из которой у Der Spiegel есть лишь 14%, будет потеряна или уничтожена, попав в руки португальской полиции. Он также опасался нападения самых отъявленных фанатов «Бенфики», называющих себя «Парнями без имени». Я спросил у Пинту, осознает ли он, как иронично было бы погибнуть от рук футбольных фанатов. «Ага, — ответил он, — осознаю».

На следующей неделе Пинту ожидало слушание об экстрадиции в Центральном суде Будапешта. Мы с Бушманном приехали заранее. Коридор перед залом суда был заполнен съемочными группами и юристами. Бурдон был там, одетый в длинное зеленое пальто. Рост Пинту — метр семьдесят, и когда его привели двое коренастых венгерских полицейских, он выглядел как студент, пойманный в поезде за безбилетный проезд. «Он как котенок, — пробормотал Бушманн, — бедный неокрепший котенок».

Руи Пинту в венгерском суде. Фото FERENC ISZA / AFP

Слушание об экстрадиции между странами Евросоюза — это почти всегда формальность. Когда судья объявил, что Пинту и полученная им информация будут переданы португальским властям, Бурдон в отчаянии хлопнул по своему чемодану. После слушания Пинту сидел на скамейке в коридоре в наручниках и давал импровизированную пресс-конференцию нескольким португальским журналистам. «Я делал это ради общества, — сказал он. — Я делал это ради фанатов футбола». Журналисты хотели услышать больше, но Пинту, казалось, иссяк. «Что я могу добавить? — спросил он. — Мне пора в венгерскую тюрьму».

Пинту был экстрадирован в Лиссабон 21 марта. За три дня до передачи его португальской полиции в Будапешт прилетели бельгийские следователи и скопировали все данные. Пинту надеется, что именно усиленно зашифрованные жесткие диски в итоге помогут ему выйти на свободу. «Скопировать их — одно дело, а вот открыть — совсем другое», — сказал мне один из его адвокатов. В феврале прокуроры из Евроюста, объединенной судебной организации Евросоюза, встретились в Брюсселе с целью обсудить способы системного анализа данных Football Leaks. Жан-Ив Лургулью из P.N.F. назвал Пинту информатором и подтвердил, что французские правоохранительные органы уже изучили 12 миллионов документов. Спустя месяц УЕФА объявила, что по следам публикаций Der Spiegel было проведено расследование финансовых правонарушений новоявленных чемпионов Англии «Манчестер Сити». Клубу может грозить отстранение от участия в Лиге Чемпионов. «Не нужно напоминать мне, что Пинту могут посадить за хакерство и кражу информации. Такой риск существует, — признает Бурдон. — Но Сноуден сделал то же самое. Существует принцип соразмерности между нарушением закона и пользой, которую оно принесло. Пинту появился из ниоткуда и раскрыл глаза миллионам людей».

Возвращение Руи Пинту в Португалию попало на первые полосы всех газет. Месяц назад в Лиссабоне я видел по португальском ТВ пародию на «Руи Пинту, Хакера». После ареста Пинту блог «Бенфика Маркет» затих, но в последние месяцы существования там творилась настоящая анархия, в которой участвовали письма одной из крупнейших португальских юридических фирм и секретные судебные документы. Хотя Пинту отрицает причастность ко всему этому, на него смотрят как на символ широкого молодежного протеста в стране, где не существовало других форм активизма. «Таких, как Руи, один на миллион», — отмечает социолог Каррейра да Сильва. Пинту также стал героем для всех, кто терпеть не может «Бенфику».

Во время беседы с Франсиско Маркесом, директором по связям с общественностью ФК «Порту», мы обсуждали самых значимых людей португальского футбола. Мендеш — агент, Моуринью, Роналду. «Теперь их четверо, — сказал Маркес. — Благодаря Руи Пинту футбол стал лучше».

Растяжка в поддержку Руи Пинту на стадионе во Фрайбурге. Фото / nordtribuene.org

Пинту ожидает суда в тюрьме рядом с полицейским управлением в центре Лиссабона. Франсиско Тейшейра да Мота, португальский адвокат Пинту, рассказал мне, что прокуратура в любой момент может добавить к делу кражу переписки «Бенфики». Пинту держат отдельно от остальных заключенных — для его же безопасности. Но когда ему разрешают выйти на зарядку или прогулку, Руи слышит, как они выкрикивают его имя — как ему кажется, с подбадривающей интонацией. Чтобы скоротать время, он читал книгу о шпионах Второй мировой войны.

Как-то раз я спросил Пинту, считает ли он себя идеалистом. Он удивил меня, сказав, что не знает значение этого слова — открыл ноутбук и загуглил его. «Человек, который больше руководствуется идеалами, чем практическими соображениями, — зачитал Пинту. — Утопист, фантазер, выдающий желаемое за действительное, романтик, мечтатель. Возможно, это определение мне подходит. Пожалуй, да».


Поделиться