"Власти живут сегодняшним, максимум - завтрашним днем, и не думают о последствиях того, что делают". Почему IT-бизнес уезжает из Беларуси и к чему это приведет

Власти не думают, что будет со страной через несколько месяцев, тем более через год. А экономические последствия событий последних двух месяцев мы будем чувствовать еще долго. Почему IT-компании хотят уехать из Беларуси и что ждет бизнес и белорусскую экономику дальше?

4 октября украинский президент Владимир Зеленский подписал указ о привлечении белорусских IT-специалистов в Украину. Новые меры значительно упростят бюрократический процесс для белорусских айтишников, которые захотят сюда переехать.

Украина, а также Польша, страны Балтии и Казахстан присоединились к борьбе за белорусских специалистов, поскольку все больше IT-компаний хотят уехать из Беларуси.

Такая борьба неудивительна: за последние годы Беларусь заработала репутацию страны с одной из самых динамично развивающихся IT-отраслей в Восточной Европе с долей более 6% от ВВП. В 2018 году на IT-сектор приходилось более 2% всех рабочих мест в стране и почти 15% новых рабочих мест.

Министр экономики Беларуси Дмитрий Крутой прогнозировал, что в ближайшие несколько лет доля IТ в ВВП страны может вырасти до 10%. Однако эти надежды и прогнозы рухнули после событий августа этого года, которые свели на нет все достижения в области технологий за последнее десятилетие.

Почему IT-компании хотят уехать из Беларуси и что ждет бизнес и белорусскую экономику дальше? Об этом мы поговорили с директором гродненской IT-компании «Иквадарт» Глебом Койпишем.


- Насколько Беларусь действительно является IT-страной и изменилась ли ситуация после выборов?

- Я бы не сказал, что Беларусь такая уже IT-страна. Это преувеличение. Та же Эстония, например, гораздо более айтишная страна, чем мы.

Пять лет назад мы были почти исключительно сервисной IT-страной, то есть мы что-то делали для кого-то. И только в последние два года у нас начал развиваться продуктовый бизнес.

Со временем айтишка в Беларуси меняется. Появились инвесторы, готовые вкладывать деньги в белорусские продукты. Конечно, это пока не на таком уровне, как, например, в США или Эстонии, но, тем не менее, ситуация развивается.

Продуктовый бизнес требует инвестиций. Даже если вы создадите топовый продукт, без инвестиций вы не сможете его развивать и продвигать. IТ-продукты обычно нацелены на глобальные рынки, и чтобы получить инвестиции и выйти за пределы Беларуси, необходимо доверие. В последние годы это доверие формировалось: в Беларусь приезжали компании из других стран на выступления и презентации стартапов, налаживались связи и знакомства. Постепенно формировалась структура, экосистема продуктового рынка.

Все это продолжалось до событий августа этого года. Конечно, если люди не понимают, что будет завтра, они не могут прийти и принести сюда свои деньги.

Сервисный IТ-бизнес, в отличие от продуктового, может более-менее существовать в таких условиях. Но даже здесь - если из-за отсутствия интернета вы один раз не выполните свои обязательства, второй раз, третьего не будет - с вами расторгнут договор и пойдут в другую компанию.

Поскольку основная деятельность моей компании сейчас - это сервисный бизнес, политический кризис нас пока не затронул. Некоторое доверие мы уже завоевали, и сейчас мы получаем новых клиентов, активно не продавая, через «сарафанное радио», которое работает достаточно хорошо. Мы строим партнерские доверительные отношения с нашими клиентами. Когда в августе мы ушли в отпуск на 2 недели, мы написали клиентам письма, в которых объясняли ситуацию, и все это спокойно приняли, несмотря на то, что сроки проектов сдвинулись.

То, что сейчас происходит в стране, вряд ли можно назвать каким-то логическим развитием событий.  Мне кажется, что то, что сейчас делает государство, - это хаотичные тушения пожаров каждый день.

- После выборов ваша команда ушла в отпуск на 2 недели - на забастовку. Какой была атмосфера в компании в то время и как было принято решение?

- В айтишке команда - это целая компания. Если вы не заботитесь о своей команде, у вас ничего не будет.

Все прекрасно понимали, что происходит в стране. Я собрал команду, все высказались, что думают о развитии событий в Беларуси. Я сказал, что то, что сейчас происходит, гораздо важнее той работы, которую мы делаем. Так что, если вы хотите как-то отреагировать на это или чувствуете себя в опасности, вы можете выбрать: можете работать удаленно - мы продолжали работать удаленно после начала эпидемии коронавируса. Вы также можете уехать и работать из другого города или даже страны. Если хотите - можете взять отпуск на неопределенный срок и куда-нибудь поехать. На данный момент, пока мы все в Гродно, работаем удаленно.

- IТ-индустрия стала одной из визитных карточек Беларуси и важной частью белорусской экономики. Как сочетаются авторитаризм и высокие технологии?

- Попробуйте зарегистрировать ИП и вы поймете, какая мы на самом деле IT-страна. Многие бюрократические процессы, которые возникают при регистрации бизнеса, взаимодействие с властями и многое другое можно легко упростить с помощью информационных технологий. Но это не делается. У нас есть компании, которые создают продукты, но для экспорта за границу, и собственный потенциал никак не используется для создания IТ-инфраструктуры внутри страны. Государство должно инвестировать в это. Никто не будет работать бесплатно. Если компания может продавать свои услуги, что-то создавать и зарабатывать на этом деньги, почему она должна делать это бесплатно для государства? Государство должно быть таким же заказчиком, который платит деньги.

У нас же социальное государство, которое создает множество ненужных рабочих мест: у всех небольшая зарплата, но якобы все заняты. Достаточно пойти в Гродненский отдел статистики и посмотреть: это семиэтажное здание, в котором сидят специалисты по обработке данных. Мне кажется, это полностью работа машин.

- Почему Александр Лукашенко активно продвигал создание Парка высоких технологий в Беларуси? Благодаря этому в стране сформировался средний класс людей, финансово независимых от государства, которыми нельзя особо покомандовать как силовиками или чиновниками.

- Просто появились бизнесмены, которые умеют разговаривать с людьми у власти и которые четко объяснили, какие финансовые выгоды может принести IТ-индустрия. Вряд ли кто-то там думал, что может возникнуть слой независимых, свободомыслящих людей. Здесь были размышления исключительно о цифрах.

ПВТ - это, прежде всего, особый налоговый режим для развития IТ-бизнеса. Это позволило остановить отток компаний и специалистов за границу, чтобы они не регистрировались в соседних странах, которые на тот момент предлагали достаточно хорошие условия. Во-вторых, в декрете были рассмотрены проблемы, с которыми сталкиваются белорусские компании, когда они начали сотрудничать с зарубежными партнерами. То есть это документооборот, который должен был стать электронным. В Беларуси раньше была такая юридическая Terra Incognita. Приехать сюда инвестору, который готов вложить деньги в белорусский продукт, было очень проблематично. Когда декрет разрешил «английское право», эти проблемы были решены, условия были упрощены.

Справка. В 2005 году в Беларуси был создан Парк высоких технологий, который называют «Силиконовой долиной Восточной Европы». Он объединяет более 800 ИТ-компаний и включает льготный налоговый и правовой режим для ИТ-компаний, работающих в Беларуси. В 2017 году был принят «Декрет о развитии цифровой экономики», продолжающий льготный режим для компаний - резидентов Парка высоких технологий - до 2049 года.


- Белорусы сейчас демонстрируют чудеса самоорганизации и взаимопомощи, и одним из локомотивов этого процесса стали айтишники. После выборов они начали активно поддерживать протестующих технологически и финансово. Это онлайн-инструменты, которые помогают сообщать о задержаниях, помощь бастующим и тем, кто потерял работу, помощь сотрудникам правоохранительных органов, которые уволились, чтобы не исполнять приступные приказы. Почему айтишники, которые работали в Беларуси в достаточно комфортных условиях, «вписываются» в политику?

- Жизнь не заканчивается в пределах дома или офиса. В айтишке обычно работают думающие люди. Когда у вас есть определенный доход и вы можете удовлетворить свои основные потребности, вы уже начинаете думать более широко - как помочь другим. Счастье не ограничивается тем, что вы можете позволить себе сходить в ресторан или купить машину, есть другие люди, определенные проблемы, которые вы можете помочь решить. Поэтому айтишники являются движущей силой возникающих сейчас инициатив по оказанию помощи.

Людям, работающим, например, на заводах, в бюджетной сфере, сложнее в этом плане. Многие зависят от того, получают ли они стабильную зарплату. Поэтому им сложно проявлять инициативу из-за боязни потерять работу.

После начала акций протеста я наткнулся на такую ​​фразу: люди, получающие зарплату в 2 тысячи долларов, выходят и борются за тех, кто получает 500 рублей. Мне кажется, что айтишники сейчас чувствуют себя так же, как и другие люди в стране - в опасности. У нас нет неприкасаемых. Сейчас большую роль в обществе играет также чувство несправедливости, то, что люди в Беларуси бесправны и не могут ничего контролировать. Если раньше все чувствовали, что что-то не так, но, может быть, это было не так очевидно, то теперь все это увидели.

Справка. 12 августа более 2500 учредителей, инвесторов и сотрудников белорусских ИТ-компаний написали открытое письмо, в котором призвали власти прекратить насилие против мирных демонстрантов и освободить политзаключенных. В противном случае они пригрозили покинуть страну. Этот процесс уже идет: по словам министра цифровой трансформации Украины Михаила Федорова, с начала протестов в августе в Украину перебрались около 2000 белорусских IT-специалистов.

- IT-сообщество Гродно создало несколько проектов для помощи пострадавшим во время протестов, среди них -  сайт GrodnoHelp.

- IT-сообщество Гродно появилось с сообщения в Facebook. Собралась команда людей, которые за три дня сделали проект GrodnoHelp. Это сайт, где вы можете найти профессионалов, оказывающих благотворительную помощь тем, кто попал в беду: пострадал от насилия со стороны силовиков во время акций протеста в Гродно, потерял работу и т. д. Там вы можете найти информацию о том, как организовать забастовку, или предложить свою помощь.

Перед нами не было задачи сделать что-то красивое, главным было собрать всю необходимую информацию, чтобы помочь людям, которые объявили забастовку или собирались бастовать, потеряли работу или получили физические травмы во время акций протеста.

- Активная позиция айтишников вызвала резкую реакцию властей: офисы многих IТ-компаний подверглись обыскам и другим формам давления. Не начала ли власть пилить сук, на котором сидит? Насколько дальновиден шаг «закручивания гаек» в этой сфере?

- В прошлом году Парк высоких технологий заработал около двух миллиардов долларов. В масштабе ВВП всей страны это возможно немного. Но нужно понимать, что IТ - это очень маржинальный бизнес, в нем работают сотрудники, которые получают очень хорошие зарплаты. Следовательно, айтишка - очень сильный драйвер экономики.

Айтишник же не только заработал две тысячи долларов, но и купил что-то за эти деньги, воспользовался некоторыми услугами. Все это драйвит экономику Беларуси. Сейчас в связи с событиями последних месяцев наблюдается отток айтишников из Беларуси. Но политический кризис и действия властей влияют не только на IT-сферу, но и на бизнес в целом. Появились проблемы в банковской системе: физические лица не могут получить кредиты на покупку жилья или авто. Первыми это почувствуют те, кто строит, продает, арендует недвижимость, автодилеры. Затем кризис почувствуют рестораны и компании, которые предоставляют услуги.

Когда я смотрел, что происходило в нашей стране летом, мне казалось, что у властей есть план. Были какие-то абсурдные действия, и предполагалось, что через две недели мы обязательно узнаем, что это было частью плана. Но потом понимаешь - нет, они просто живут сегодняшним, максимум - завтрашним днем, и не думают, какими будут последствия того, что они сделают. Поэтому - да, они пилят сук, на котором сидят. Власти не думают, что будет со страной через несколько месяцев, тем более через год. А экономически будет очень сложно, последствия событий последних двух месяцев мы будем чувствовать еще долго. Но так будет, чем бы ни закончились протесты.

Если победит добро, вместе со сложностями будет и благоприятный бизнес-климат: потенциальные компании-инвесторы поймут, что, хотя экономическая ситуация в Беларуси не очень хорошая, здесь безопасно и понятны правила игры, поэтому они могут приносить сюда свои деньги.


- Многие белорусские ИТ-компании сейчас думают о релокации. Украина и другие страны готовы их принять. Реальна ли перспектива массового ухода IТ из Беларуси?

- На самом деле, вопросом релокации задаются не только IT-компании, но и бизнес в целом. Просто для IT-компании это проще сделать - это всего лишь вопрос нескольких месяцев. Начать процесс можно довольно быстро: сначала перевезти команду в другую страну, потом - весь бизнес. Если же у вас, например, производственное предприятие, вам необходимо перевезти все оборудование. Во-первых, это вряд ли возможно, а во-вторых, ваше производство ориентировано в первую очередь на рынок Беларуси и, скорее всего, рынок России. Если вы переедете в ЕС, то вряд ли сможете продавать на этих рынках.

Необходимо рассматривать каждую компанию отдельно. Если для компании жизненно важно быть в международной доступности, на постоянной  связи, то отключения Интернета, которые у нас практикуются в последнее время, становятся просто катастрофическими. Если таким образом компания рискует потерять своих основных клиентов, то, конечно, такая компания, скорее всего, решится на релокацию быстрее.

Я понимаю компании, бизнес которых привязан к зарубежным рынкам. Особенно, если это продуктовый бизнес - большинство из них вынуждены уехать. Можно конечно физически остаться в Беларуси для выражения своей гражданской позиции, но перевезти бизнес и передать управление продуктом кому-то другому.

В продуктовый бизнес вовлечено много игроков. Сначала вы делаете продукт своей небольшой командой - обычно это сестра и близкий друг. Когда что-то получается и дело доходит до развития продукта, люди начинают получать инвестиции. Сначала к ним приходят мелкие инвесторы, бизнес-ангелы, которые выделяют небольшую сумму на развитие - 10–50 тысяч долларов. То есть на этом этапе вы становитесь ответственными перед людьми. Вы развиваете продукт, начинаются первые продажи, в вас начинают верить другие люди - и вы переходите на следующий уровень инвестиций. Речь идет о более значительных суммах, начиная от 100 тысяч долларов. Так что с каждым новым шагом и уровнем вы получаете больше инвестиций. И если вдруг возникнет угроза уничтожения вашего бизнеса, и вы ничего не сделаете для его спасения, это будет безответственно по отношению к тем людям, которые поверили в вас и которые в вас инвестировали. Если вы потеряете бизнес, они потеряют свои вложения.

Некоторые IТ-компании переехали, некоторые знают, как это сделать, и находятся «на старте» до первого инцидента с компанией или ее сотрудниками. На мой взгляд, у большинства компаний и специалистов еще нет окончательного решения, все ждут. Все меняется слишком быстро. Нужно понимать, что релокация - это не так-то просто. Переезд в другую страну означает изменение привычного образа жизни, регистрацию компании в другой юрисдикции - а это другой налоговый режим и так далее. В Польше, Литве, Латвии и Эстонии налоги выше, чем в нашей стране.

Сам я никуда не пойду. Это наша страна, наш город. Бизнес можно восстановить, главное - сохранить команду.

- Что для тебя самое сложное в нынешней ситуации?

- Опыт ведения бизнеса помогает мне справляться с эмоциями - если вы не умеете управлять своими эмоциями, вряд ли у вас что-то получится.

Самым сложным для меня было сочетать все, что происходило в стране, с моей семьей. У моих родителей не очень хорошо с сердцем, и когда ОМОН разбил мне голову во время прогулки вечером 10 августа, им стало плохо. Мне было сложно сбалансировать: чтобы у моей семьи было все хорошо, и вместе с тем чтобы выделять время и энергию на то, что происходит в стране. 

Но я понимаю, что то, что мы делаем, нужно делать. Конечно, можно сказать - у меня есть семья, каждому есть что терять. Но нельзя ограничиваться только собой и своей семьей, нужно смотреть шире.

- Каким ты видишь дальнейшее развитие событий?

- В августе некоторые думали, что мы выйдем на площадь и через несколько дней победим. Для меня было очевидно, что это произойдет не так быстро. Это не будет что-то вроде борьбы в финале Лиги чемпионов: прошло 90 минут основного времени, дополнительные минуты, может быть, пенальти, и все - кто-то выиграл. Нет. Скорее всего, это противостояние и «качели» будут продолжительными.

Для бизнеса наступают очень тяжелые месяцы работы. Этот период может длиться больше года. Поскольку сейчас наш бизнес привязан к экономике Беларуси, в этом году более половины наших клиентов - белорусские, мы скоро также почувствуем на себе эти события. Но мы уже думаем, что делать в такой ситуации. Мы в компании рассматриваем разные сценарии: что делать, если к нам придут или если у меня не будет доступа к руководству компанией, если госзаказчикам будет запрещено работать с нами или если большинство клиентов по объективным причинам не смогут платить деньги, в том числе по текущим контрактам. У каждого сценария есть план действий. Но никто не знает, какой сценарий сработает в итоге.

С гражданской точки зрения, нам нужно бороться при любом раскладе, пока не победим.



09.10.2020 20:15:48