АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Коронавирус Интеграция Ликвидация НГО Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа

Петр Кузнецов: Самый вероятный сценарий развития событий – ужесточение санкций, кризис и крах экономики

Аналитик Петр Кузнецов - о последних ходах властей в направлении эскалации.

Петр Кузнецов: Самый вероятный сценарий развития событий – ужесточение санкций, кризис и крах экономики
"По итогам последних дней имеем сразу два события, очень красноречиво говорящих, что внешнеполитический белорусский кризис только набирает обороты и, по всей видимости, ни к чему хорошему не приведет. Никого, - пишет Петр Кузнецов.

- Заявления о том, что Белосток и Вильно – белорусские города, наряду с обнаружением четырех трупов мигрантов на белорусско-польской границе со всей очевидностью говорят, что эскалация лишь набирает обороты. И, конечно, трудно допустить, что это происходит по инициативе польской или литовской стороны.

Сегодня ситуация такая, что контекст внешний надо всегда увязывать с контекстом внутренним. Становится все более очевидным, что в долгосрочных планах действующей власти такой штуки, как «оттепель» или «либерализация», как-то не предусмотрено. 

Террор, который начался в 2020 и получил огромные масштабы в 2021, по всей видимости, имеет целью не только и не столько посадить всех недовольных, поскольку это невозможно в принципе и физически (о чем мы неоднократно говорили в 2020, рассчитывая, что уже только поэтому революция не может проиграть). 

Тут одна из главных целей – навести такой страх, чтобы не только самые активные сели, но и потенциально активные сами уехали либо просто замолчали, именно из-за страха. Я уже и забыл, кто это говорил в одном из сливов: «лишние люди в государстве» - так они воспринимают всех нелояльных и, конечно, сверхцель – просто избавиться, чтобы некому было «подавать олос».

Поскольку такие расчеты становятся все более очевидными, понятной становится и перспектива: в какие-то моменты что-то может затихать, просто потому, что системе тоже надо переключаться на другие задачи и давать себе разрядку, но потом возобновляться с новой силой, чтобы, так сказать, «держаться в тонусе». 

На этом фоне рассчитывать на начало некоего диалога или торга с Европой – наивно, все обречено на провал. Вот сигналы подавать можно, и этими сигналами могут быть и заявления о том, что «можем дать консультации по борьбе с мигрантами», и некие квази-помилования, которые мы обсуждали на прошлой неделе. 

В любом случае, это будут лишь сигналы о том, что поговорить можно, а то и нужно. Другой вопрос: зачем и о чем?

Я по-прежнему остаюсь абсолютно уверенным в том, что белорусский режим «закусывается» с Западом исключительно по идеологическим и информационным мотивам, но в качестве основной практической угрозы всегда рассматривал и продолжает рассматривать Россию. 

Между Путиным и Лукашенко нет и не может быть ни доверия, ни симпатий, и сегодняшнее положение, когда Минск фактически в полной власти Москвы и один на один с ней – самое дискомфортное для белорусской стороны из всех, какие могут быть.

Как с этим бороться и что этому противопоставить? В предыдущие годы это всегда была «многовекторность», то есть, параллельно со сказками про интеграцию – огромные усилия МИДа Макея по налаживанию «прагматичных» отношений с Западом. 

Будем откровенны: вслух такого никто не скажет (неприлично), но до недавнего времени для Европы Минск был относительно удобным партнером. Когда мы в таком контексте говорим о «Европе», мы имеем ввиду, в первую очередь, страны-соседи Беларуси, то есть тех же Польшу и Литву, поскольку именно в их интересах (не в интересах же Португалии) иметь у своих границ некую стабильность. 

И важнейшим моментом для этих соседей всегда было как раз то, что, во-первых, граница была надежной и спокойной. Во-вторых, совковый минский режим, выводящий белорусскую государственность с 1994 года, еще и никак не угрожал национальным мифам Литвы (белорусам это может показаться смешным, но для литовцев это крайне важный и болезненный момент) и некоторым, очень сомнительным, историческим установкам поляков (для них это тоже важная штука).

Иными словами, последними действиями Минск выбрасывает в отношениях с Западом на стол последние и очень острые козыри. 

Мы уже говорили выше, что «потепление» имеет примерно нулевые шансы стать повесткой дня для диалога, но какой-то диалог нужен – как противовес российскому влиянию. И обострение как риторики (про Белосток и Вильно – это сильно: предъявить территориальные претензии странам – членам НАТО), как и действий (не очень верится, что к смертям мигрантов как-то причастны поляки) – это отчаянная попытка навязать Европе свою рамку переговоров.

Продолжающимся повышением ставок Минск добивается, чтобы Европа приняла в отношении него «план умиротворения». Ну, вот, как до 1939 года умиротворяли Гитлера – так, возможно, и хотелось бы. Воевать же никто не хочет и не будет, а проблемы надо как-то решать: что ж, давайте поговорим, на каких условиях мы перестанем доставлять вам проблемы.

Многие говорят, что за «гибридной атакой» Беларуси стоит Москва. Отчасти такое может быть. Там такое, наверняка, одобряют, вполне обоснованно рассчитывая, что вся эта история лишь углубит противостояние и увеличит зависимость белорусской стороны от России. 

Однако парадокс в том, что, скорее всего, и Минск, и Москва, смотрят на сценарий эскалации на западном направлении с одинаковым оптимизмом, но с противоположно разными целями: белорусский режим надеется заставить Европу таким образом снова говорить с собой, Путин – в расчете, что уж после такого-то, точно никто с Лукашенко разговаривать не будет.

Большая проблема лишь в том, что сегодня на Западе вряд ли найдется политик, который решится подать голос за переговоры в таких и на таких условиях. Куда громче звучат голоса, называющие происходящее «агрессией».

На агрессию, как известно, нужно отвечать, поэтому самый вероятный сценарий развития событий – ужесточение санкционного давления, кризис и крах белорусской экономики.

И при таком раскладе может не сработать ни минский расчет, ни московский. Минский – потому, что последствия получатся совсем не те, которых бы хотелось. 

Московский – потому, что в случае полного развала белорусской «стабильности» в результате экономического коллапса, придется либо наблюдать за хаотичным транзитом, вызванным некими неконтролируемыми событиями, либо нести такие издержки по компенсации урона от «неработающих санкций» ради сохранения статус-кво, что расходы на Крым покажутся детским лепетом", - отмечает аналитик.

Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...