АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Олимпиада Запрет полетов Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа

"Нам не нужно политическое убежище. Мы хотим честных выборов и жить в своей стране"

Одиннадцатого сентября 2020 года, в разгар массовых протестов против фальсификации результатов выборов, двое белорусов пришли к посольству Швеции в Минске и... живут там уже более 9 месяцев.

"Нам не нужно политическое убежище. Мы хотим честных выборов и жить в своей стране"
Виталий и Владислав Кузнечики, отец и сын, позвонили в звонок и попросили защиты, объяснив, что их ищет милиция и они опасаются за свою жизнь. Получив отказ, они перелезли через забор и остались на территории посольства.

За несколько дней до этого 47-летний Виталий Кузнечик и его 29-летний сын Владислав участвовали в марше солидарности в Витебске: силовики повалили Кузнечика-старшего на землю, начали избивать и распылили газ в лицо. Владислав ринулся спасать отца, растолкал силовиков, в результате обоим удалось убежать.

"Ни разу не жалел о том, что я отбил отца от карателей – сотрудников силовых структур", – говорит Владислав Кузнечик.

"Поступком сына я горжусь, я бы точно так же поступил. Я думаю, многие бы так поступили", – говорит Виталий Кузнечик, чье избиение милиционерами в сентябре 2020 года попало на видео.

На обоих мужчин сразу завели уголовное дело, по которому им грозит до шести лет лишения свободы. После акции протеста мужчины скрывались несколько дней, узнав о слежке за своими родственниками, отец и сын направились к посольству Швеции.

"Нас же убьют"

"Сразу нас не пустили, – вспоминает Владислав. – Может, не поверили. Когда мы пришли в посольство, через домофон нам сказали: "Мы вас не пустим". Мы говорили: "Что делать? Нас же убьют".

Кузнечики перелезли через забор и спрятались под лестницей на территории посольства. Оттуда они записали видеообращение. На тот момент к зданию приехал ОМОН и журналисты.

"Людей находят с пробитыми головами, повешенными. ОМОН оцепил посольство и ждет, пока шведское посольство выдаст нас им. Надеюсь, что этого не случится", – говорил на видео Владислав Кузнечик.

На тот момент в Беларуси погибшими в результате подавления протестов считалось по меньшей мере трое человек. Одного из демонстрантов, Никиту Кривцова, нашли повешенным в лесу на окраине Минска. Смерти еще нескольких людей также связывали с репрессиями против несогласных с фальсификацией результатов выборов.

Под лестницей Кузнечики просидели до 10 часов вечера, затем им разрешили зайти в здание посольства, сразу предупредив, что долго они там оставаться не могут – в шведском законодательстве не предусмотрена процедура получения политического убежища в посольстве.

Буквально на следующий день юридическую помощь Кузнечикам предложил живущий в Европе юрист Вадим Дроздов, который сам родом из Беларуси. Для защиты Владислава и Виталия он направил письмо сначала в Европейский суд по правам человека, а затем в Комитет ООН против пыток.

"Мы понимаем на сегодняшний день, что в Беларуси по всем политически мотивированным делам люди подвергаются пыткам во время нахождения в местах лишения свободы либо им создаются пыточные условия – условия, которые мы можем на сегодняшний день приравнивать к пыткам", – говорит Вадим Дроздов.

Первого октября 2020 года Секретариат Управления Верховного комиссара ООН по правам человека прислал письмо от Комитета против пыток по ситуации с Кузнечиками. Вадим Дроздов считает, что фактически это обязывает не выставлять Кузнечиков за территорию посольства.

"Мы очень мало знаем о том, что происходит"

Вадим Дроздов говорит, что не видит, чтобы шведские власти что-либо предпринимали для решения данной ситуации.

"Я не исключаю, что посольство просто выжидает – может, у них (Кузнечиков) когда-то не хватит терпения, и они добровольно выйдут. Тогда правительство Швеции скажет: "Ну мы же их не выгоняли, они сами ушли". А что потом с ними произошло – это уже совершенно другой вопрос", – объясняет юрист.

Глава шведской Организации поддержки демократии в Восточной Европе Мартин Уггла надеется, что шведские дипломаты ведут негласные переговоры с белорусскими властями, чтобы, к примеру, получить гарантии и вывезти Кузнечиков в Литву или Польшу.

"Но мы очень мало знаем о том, что происходит, потому что шведские власти вообще ничего не говорят об этом. Говорят, что они работают над решением этой проблемы, но о каком решении идет речь, мы, конечно, не знаем", – говорит шведский правозащитник.

"Это сейчас очень важно, чтобы мы не забыли о Беларуси, чтобы Евросоюз и Швеция продолжали помогать людям, которые сейчас борются за демократию, за свободу, чтобы это было сделано не только на словах, но и конкретными действиями", – говорит Уггла.

Настоящее Время отправило запрос в МИД Швеции и получило такой ответ: "Мужчины без приглашения и разрешения проникли на территорию посольства Швеции в Минске. Эти два человека заявили, что хотят подать заявление о предоставлении убежища в Швеции. Однако заявления о предоставлении убежища, поданные в посольстве Швеции, не могут быть удовлетворены. Мы постоянно работаем над этим вопросом и ведем диалог с этими двумя людьми. Мы не можем вдаваться в подробности нашей работы".

В 2014 году похожая история произошла в Азербайджане. Критика президента Ильхама Алиева журналиста и правозащитника Эмина Гусейнова обвинили в незаконном предпринимательстве и уклонении от уплаты налогов. Гусейнов укрылся в посольстве Швейцарии в Баку, считая, что его преследуют по политическим мотивам.

Переговоры между Швейцарией и Азербайджаном длились почти год, в результате правозащитник покинул Баку на самолете швейцарского министра.

"У меня онкология"

В посольстве Кузнечики чувствуют себя в безопасности. Для них отвели комнату, где есть кровати, душ, туалет, стиральная машина, микроволновка, электрочайник. Для занятия спортом – турник, штанга, гири. "Еду готовим сами, даже пироги печем", – говорим Владислав Кузнечик. Телевизор и компьютер запрещены, за новостями отец и сын следят при помощи мобильных телефонов.

"Самая главная проблема у нас в том, что и мне, и отцу нужно медицинское обследование. У меня онкология", – отмечает Владислав. В 2019 году врачи обнаружили у него злокачественное новообразование аппендикса.

"Мне каждые полгода нужно обследоваться, – продолжает Кузнечик-младший. – Еще у меня частичная атрофия зрительного нерва. Это было после травмы еще в подростковом возрасте. Каждые полгода мне надо ложиться в больницу, чтобы зрение не ухудшилось. Я могу ослепнуть, в принципе, на один глаз".

"У отца тут тоже была проблема – у него сильно болел живот, в течение недели он ничего не ел, температура. Тоже об этом всем мы говорили работникам посольства, они передавали властям Швеции. Но власти Швеции сказали: "Ничем помочь не можем". Мы также говорим, что мы никуда выходить отсюда не будем, будем здесь до последнего", – добавляет Владислав.

Адвокат Вадим Дроздов просил у посольства Швеции предоставить врачей Кузнечикам. "Юридически Швеция не имеет юрисдикции в отношении ваших клиентов, и запрашиваемое медицинское обслуживание выходит за рамки временной меры, указанной Комитетом против пыток, – ответили там. – Практически посольство Швеции в Минске не может предоставить вашим клиентам необходимую медицинскую помощь".

Владислав признается: "У нас нет цели получить политическое убежище. Мы не думали, что режим столько продержится. Думали, что до Нового года, может, продержится, ну максимум до весны [2021 года], и мы все-таки выйдем отсюда, останемся в своей стране со своей семьей. Но, как тут видно, все затянулось, и неизвестно, сколько это еще продлится".

В Беларуси у Кузнечика-младшего остались жена и двое детей. До протестов 2020 года они с отцом занимались мелким бизнесом.

"Мечта – чтобы режим рухнул"

"Я считаю эту власть нелегитимной, так как они сфальсифицировали выборы 2020 года, нагло огласили нереальные проценты – более 80% [за Лукашенко]", – говорит Виталий Кузнечик.

"Я пошел протестовать, потому что думал про будущее своих детей. Не хочу, чтобы они жили и у них не было права выбора. Когда у тебя забирают это право, хотят сделать из тебя раба – это не жизнь, – объясняет Владислав. – Очевидный факт, что победила Светлана Тихановская. Есть данные платформы "Голос" (туда избиратели присылали фотографии бюллетеней и копии протоколов с участков – НВ), есть знакомые. Из сотни друзей-знакомых за Лукашенко голосовали, может, пару человек. А когда случились эти зверства, думаю, вообще мало кто за него остался".

"Сейчас ситуация в Беларуси очень сложная, идут репрессии, уничтожается гражданское общество, уничтожаются независимые СМИ. На данный момент мы мечтаем о том, чтобы Лукашенко ушел в отставку, чтобы прошли честные независимые выборы, на которых мы, народ, определим сами себе достойного лидера. Мы хотим жить в свободной демократической стране и не зависеть от одного человека, который забрал власть в свои руки", – делится своими мечтами Виталий Кузнечик.

"Моя мечта на данный момент – чтобы наконец-таки режим рухнул, – говорит Владислав. – Чтобы отпустили всех политзаключенных, чтобы все, кто причастен к пыткам, убийствам, репрессиям, ответили за свое".

Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...