АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Запрет полетов TUT.by Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа

"Степан сделал всё, что мог. Мы замерли в ужасе... за себя. Потому что это обращение было к нам"

Байнет: «Степан явил нам наше собственное реальное положение в нашей стране» Лидеры мнений — о политзаключенном, которого из суда увезли в скорой.

 "Степан сделал всё, что мог. Мы замерли в ужасе... за себя. Потому что это обращение было к нам"
Процесс над Степаном начался 1 июня в суде Советского района. Степана Латыпова задержали 15 сентября прошлого года в собственном дворе. Он защищал мурал с изображением «диджеев перемен».

Степана обвиняют в организации групповых действий, грубо нарушающих общественный порядок, и неподчинении требованиям представителей власти, а также в сопротивлении сотруднику органов внутренних дел и мошенничестве в особо крупном размере.

Латыпов не признал вину по всем предъявленным эпизодам.

На процесс его привезли избитым, как свидетельствуют очевидцы.

Во время суда Степан заявил, что ему угрожали: если не признает свою вину, будут преследовать родственников. После этого он воткнул себе ручку в горло. «Скорая» увезла его из зала суда без сознания.

В соцсетях многие шокированы произошедшим. Люди пишут слова поддержки: «Степан, живи!»

Оксана Зарецкая: «Я не хочу писать «Степан, держись!» Это как стоять под крестом, на котором распят Христос, и подбадривать его: «Парень, ты крутой! Мы гордимся тобой! Давай только вперёд!»

Степану уже не надо держаться. Он упал в наши руки со своей Голгофы. И мы стоим внизу, перепачканные его кровью.

Может быть, кому-то и хочется, чтобы он как-то взобрался на свой крест обратно и повисел там ещё, вдохновляюще склонив голову в терновом венце: мученик, символ, страдалец, раздававший цветы и беседовавший с солдатами, пришедшими его убивать. Ведь иначе теперь нам, стоящим внизу с его телом на руках, придётся что-то делать.

Взойти на крест вместо него? Оплакивать и смотреть на следующие казни? Пойти по миру с рассказами о самопожертвовании и второй щеке, подставленной для удара?

Нам не дадут почтить его память. Как на месте гибели Тарайковского могут поставить мусорный бак. Но мы же всегда можем хранить его светлый окровавленный лик в памяти, поставить на аватарку, написать что-то в фейсбуке. И на этом успокоиться, вернуться к работе, семье, детям. Потому что в обратном случае за нами могут прийти. С обыском, угрозами, арестом.

И вот с этой кровью на руках, с телом человека, который пошёл на смерть на наших глазах, мы замерли в ужасе... за себя. Потому что это обращение было к нам.

Степан уже сделал все, что мог».

Сабина Брило: «Искусство самоубийства — вот какой предмет пригодился бы в наших школах.

Но система работает не для того, чтобы облегчать страдания; она производит страдание и им питается».

Виктория Василевич: «Степан Латыпов явил нам наше собственное реальное положение в нашей стране. Он продолжает оставаться героем и мучеником. Господи, спаси и сохрани!»

Олег Горунович: «У дзень, калі хлопец з Плошчы Перамен Сцяпан Латыпаў паспрабаваў пепарэзаць сабе горла з-за катаванняў з боку ГУБАЗіКа, у дзень, калі аўтара Трыбуны Дзмітрыя Руто затрымалі за шалік у машыне (ужо амаль 6 гадзін, як не выпускаюць з РАУСа, і магчыма, пакінуць у няволі да суда, а можа, і далей), я яшчэ даведаўся, што многія футбалісты падпісалі ліст за Лукашэнку, падпісаліся за ўсё гэта беззаконне.

Прычым сярод падпісантаў як мінімум адзін чалавек за перамены, як і яго жонка. Гэты чалавек бегаў па полі з белым бранзалетам, яму пагражалі за гэта арміяй, а цяпер ён, аказваецца перадумаў, бо заробак — штосьці каля 7К даляраў у месяц?

Беларускі футбол перастае для мяне існаваць».

Ольга Северинец: «Божа, праз што яны там праходзяць і як нам выратаваць іх і сябе?! Чым далей, тым цяжэй...»

Андрей Стрижак: «Лента заполнена шокирующими кадрами попытки суицида Степана в клетке «суда». Политзаключенный с «Площади Перемен» попытался совершить его после того, как следствие пригрозило ему преследованием родных и близких, если Степан не согласится дать признательные показания. Когда я пишу эти строки, врачи борются за жизнь этого смелого и честного человека.

Я наткнулся на его интервью двухлетней давности, о любимой профессии (Степан арборист — его задача лечить и ухаживать за деревьями) и понял, что в этих словах Степан говорил не только о деревьях. Он говорил о себе и всех нас.

«Дерево даже думает не категорией одного дерева. Оно думает категорией леса. Есть такое понятие, как смена биоценозов, которая начинается с осинника и заканчивается сосняком. Это естественная и правильно заложенная биология смены хвойных лесов.

Если сейчас здесь пройдет пожар, то после него на месте вырастут осины и, может быть, березы. Через некоторое время начинают потихонечку прорастать сосны. Через 40 лет осины гниют и падают, а сосны занимают доминирующее пространство. Через 200-300 лет здесь растет высокий сосняк. Еще сотня лет — он зреет, потом перезревает, падает, образуются завалы. Рано или поздно их подожжет молния — цикл повторяется заново. Появится новое поколение».

Цикл всегда повторяется заново. Мы залечим раны. Почтим погибших на этом пути. И будем строить справедливое общество».

Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...