АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Запрет полетов TUT.by Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа

Владимир Астапенко: Сначала посадка самолета была «спасением Европы», а потом внезапно — «провокацией западных спецслужб»

Ситуацию с посадкой в Минске самолета Ryanair, работу МИД и министра Макея «Наша Ніва» обсудила с бывшим послом Беларуси в Аргентине и на Кубе, представителем Народного антикризисного управления (НАУ) Владимиром Астапенко.

Владимир Астапенко: Сначала посадка самолета была «спасением Европы», а потом внезапно — «провокацией западных спецслужб»
- Как вы оцените действия белорусского МИД в кризисный период после посадки в Минске самолета Ryanair?

- НАУ констатировало еще осенью, что международная политика Беларуси провалилась. И все последующие действия так называемых белорусских дипломатов в эту оценку вписываются.

Чтобы поддерживать рабочие и продуктивные отношения с разными странами, нужно как минимум научиться слушать и слышать своих партнеров. МИД же занял позицию страуса, который спрятал свою голову в песок. Поэтому белорусская сторона не услышала предложение назначить своего содокладчика по московскому механизму ОБСЕ [о расследовании нарушений прав человека и основных свобод в Беларуси. — НН]. В результате в докладе ОБСЕ были сформулированы очень четкие, юридически обоснованные вопросы о проведении выборов, соблюдении прав человека, пытках, массовых репрессиях, на который по сей день нет никакой реакции режима, и все поднятые вопросы висят в воздухе.

МИД не слушал правозащитных экспертов ООН, которые разработали хорошие рекомендации по законодательству о массовых мероприятиях, где предлагалось снять все административные ограничения на выдачу разрешений, предусматривались спонтанные массовые мероприятия, исключалась уголовная ответственность их участников. Но все эти рекомендации также не получили никакой реакции властей. Такими методами в дипломатии отношения не выстраиваются.

То же самое по большому счету произошло после посадки в Минске самолета ирландской авиакомпании Ryanair. Уже прозвучало много экспертных оценок и политических выводов. Я же скажу о другом: если вы в этом контексте пытаетесь начать диалог с международным сообществом, то не нужно менять ролями в разговоре диспетчера с пилотом. И как с этой позицией пытаться кого-то убедить в мире, если известно, что оригинал разговора все равно будет опубликован. Это опять-таки та же самая позиция страуса, который опустил голову в асфальт и считает, что его никто не найдет.

- НАУ призвала после данного случая послов Беларуси уходить в отставку. Думаете, еще есть готовые к такому шагу?

- Когда я подавал в отставку осенью, то свое заявление направил «для сведения» во все посольства и структурные подразделения центрального аппарата МИД. Тогда никакой публичной реакции не было, и мне кажется, что и сейчас отклика мы не дождемся. Кто хотел сделать свой моральный выбор, тот уже его сделал, а остальные будут уходить вместе с режимом. 

Могу только им порекомендовать в условиях, когда закрылось небо над Беларусью, а по инструкциям МИД пролет в Беларусь через третьи страны исключается под угрозой уголовного преследования за хищение бюджетных денег, использовать северных оленей исключительно за свой счет.

- В чем сейчас вообще заключается работа послов Беларуси на Западе?

- Если спросить у послов, то они вам могут многое рассказать, но опять же это будет позиция страуса, так как никакой внешней политики уже нет. На каком-то этапе мы говорили, что многовекторная внешняя политика превратилась в одновекторную.

Сегодня же можно констатировать, что она стала вообще безвекторной. Страна потеряла всякую легитимность и уважение на международной арене. С такими режимами, которые пользуются методами лжи и манипуляций, в мире предпочитают не иметь дел. Наши послы могут понадобиться за границей только для того, чтобы получить очередную ноту протеста.

- Есть ли смысл вообще в существовании Министерства иностранных дел, если все так плохо, как вы говорите? 

- Если мы констатируем безвекторность внешней политики, то ни в таком министерстве, ни в таком министре необходимости уже нет. Макей — это министр, который потерял все свои позиции, кадры, он ни на что не влияет и своими руками сокращает систему дипломатической службы. 

- Во время выступления Макея в парламенте он грозил прекращением сотрудничества с ЕС в направлении нелегальной миграции, а также говорил о возможном выходе из Восточного партнерства.

- Такие аргументы озвучены режимом не впервые. Для ЕС — это довольно чувствительная тема, но нужно иметь в виду, что программа Восточного партнерства была предложена постсоветским странам для содействия их сотрудничеству с ЕС в различных областях. Тот же Макей сделал очень много усилий, чтобы Беларусь в эту программу попала, потому что реализация проектов Восточного партнерства поддерживается ресурсами Евросоюза. Если какая-то страна не хочет заниматься той или иной тематикой, то ее никто не заставляет. Делая такие заявления, Беларусь стреляет сама себе в ногу, так как не учитывает собственных интересов. То же самое касается и вопроса нелегальных мигрантов. Говорить миру, что мы вас сейчас «завалим» наркотиками и нелегалами, — это фактически террористическая угроза. Но такие угрозы уже никого не напугают, на таком языке ни о чем не договоришься.

- Что происходит с Макеем? Раньше его многие и в Беларуси, и за рубежом считали едва ли не либералом.

- Под влиянием внешних факторов он начал выполнять роль, к которой он не был готов — превратился в «ястреба» с тупым клювом. Сегодня Макей явно не имеет того влияния, которое должен иметь министр иностранных дел при принятии ответственных и адекватных решений. Мы уже говорили, что Макей остался один на железнодорожном вокзале, теперь можно добавить, что и в аэропорту он один. 

- Раньше фишкой нашей дипломатии была «многовекторность». Теперь на ней можно ставить крест?

- Очевидно, что крест поставлен на всей международной политике. Можно было спорить о многовекторности, о ее претворении в жизнь, но сейчас Беларусь — это токсичное государство в отношениях со странами как на востоке, так и на Западе. Я думаю, что это уже начинают понимать и российские партнеры.

- Есть версия, что изолированная Беларусь не нужна и Китаю.

- Однозначно, такой партнер никому не нужен. Если у кого-то есть опция не иметь дело, то он ее использует, а не будет заморачиваться, чтобы понять, почему сегодня имелось в виду одно, завтра — другое. Сначала посадка самолета была «спасением Европы», а потом внезапно — «провокацией западных спецслужб».

- Почему в первые дни после инцидента Лавров и Захарова об этой ситуации говорили, может, больше, чем Макей и Глаз?

- На мой взгляд, и Лавров, и Захарова выбрали весьма сдержанный тон комментариев. Они говорили «давайте разберемся», «давайте послушаем», «давайте не будем принимать скоропалительных решений». Чем больше будет появляться фактов, тем, мне кажется, больше будет удивление у господина Лаврова.

- Дипломатический конфликт с Латвией. Его можно было избежать?

- При желании искать точки соприкосновения, можно было бы ожидать более сдержанной реакции на поступок мэра Риги. Но отзыв всего состава посольства — это фактически разрыв дипломатических отношений, а хуже — только война. Надеюсь, что до этого не дойдет, но данная ситуация загоняет режим в очередной тупик.


Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...