АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Репрессии Всебелорусское собрание Итоги Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия

Колесников: не случилось ничего такого, из-за чего белорусскому народу следовало бы радоваться или хотя бы переживать

В этом уверен специальный корреспондент “Ъ” Андрей Колесников.

Колесников: не случилось ничего такого, из-за чего белорусскому народу следовало бы радоваться или хотя бы переживать
Встреча проходила на высоком уровне, то есть в горах, в Красной Поляне. Холодно-то не было: господин Путин вышел встретить коллегу на свежий воздух в сером пиджаке, да и тот был в странной короткой куртке — в чем-то среднем между плотной рубашкой навыпуск и бомбером (видимо, чтобы не переодеваться лишний раз для лыж).

От встреч Владимира Путина и Александра Лукашенко всегда чего-то ждут — а зря. Ведь сами-то они давно, например, уже ничего не ждут.

Но просто рады — а что еще остается? Так и в этот раз:

— Очень рад,— предупредил российский президент,— нашей новой личной встрече. Это в современных условиях уже большая редкость и значительная ценность!

Он на всякий случай предупредил господина Лукашенко, чтобы ясно было с самого начала, кто тут есть кто:

— Мы самый крупный инвестор — свыше $4 млрд проинвестировано российскими партнерами в белорусскую экономику.

Связи оказались, как всегда, крепнущими, а «молодые люди в Беларуси выбирают российские вузы», «чтобы получить путевку в жизнь».

Справедливости ради, польские вузы они выбирают в последнее время все чаще примерно по этой же причине.

Владимир Путин сразу сказал коллеге, что придется покататься на лыжах — так уж у них заведено в Сочи зимой.
Александр Лукашенко согласился, конечно, но очевидно, что смог бы обойтись и без этого: через четверть часа можно было увидеть, как он, поднявшись на снегоходе наверх и отстав от Владимира Путина, засиделся потом на подъемнике (когда Владимир Путин уже встал), а потом рванул на лыжах куда-то направо, инстинктивно в сторону раздевалки, а не горки, но спохватился и вернулся, отталкиваясь явно коротковатыми для него палками, а потом остановился, чтобы понаблюдать, как российский президент исчезнет на спуске…

Что-то, кажется, не о том думал Александр Лукашенко… То есть не о Владимире Путине.

А пока он рассказывал президенту России, отдавая должное себе и ему:

— Наше даже внешнее, и одежда, и прочее, говорит о том, что это серьезные переговоры в обычной одежде…

Одежда для него точно не была обычной, тем более что он сам на нее, так сказать, постоянно оборачивался. А на то, что переговоры серьезные, не указывало вообще ничто.

— Это говорит о том, что мы просто близкие люди,— продолжал делать голословные заявления Лукашенко.

Вообще, Лукашенко не рассуждал как человек, который собирается вообще куда-нибудь и когда-нибудь уход ь со своего поста. Планов он демонстрировал громадье:

— Мы аж 33, по-моему, направления обозначили — помните эти «дорожные карты», которые мы выработали?..

Александр Лукашенко испытывал удовольствие от этих воспоминаний — конечно, он же получал под них очередные кредиты…

— В связи с нашей договоренностью когда-то в Сочи, когда встречались первый раз, мы договорились о том, что мы их модернизируем, подновим, правительства наши займутся этим. Действительно, правительства очень многое сделали — и России, и Беларуси. Они обновили формат, и мне сегодня посол Семашко (посол Беларуси в России Владимир Семашко.— А. К.) докладывал, что там, может быть, осталось из 33 6–7 «дорожных карт» — они сейчас уже, наверное, по-новому называются, ребрендинг провели, над которыми наши правительства работают… Все остальные в принципе готовы к подписанию, поэтому план действий есть...

То есть пока ни одна «дорожная карта» не заработала.

— Я, конечно, очень благодарен вам за ту поддержку, которую вы оказываете экономике Беларуси,— признался Александр Лукашенко.

— Должен вас проинформировать, что это не зря, деньги не выброшены на ветер: примерно из $70 млрд ВВП Беларуси мы, как вы сказали, минимум наполовину в торговом обороте завязаны на Россию!


То есть, он имел в виду, деньги, которые Россия дает Беларуси, на Россию же и тратятся. Не все, конечно, но половина наверняка.
Это, видимо, должно было успокоить Владимира Путина, хотя ведь ясно, что это уже белорусские деньги.

— Поэтому, Владимир Владимирович, спасибо,— крестьянская хитрость Александра Лукашенко не знала границ.— Знайте, что мы не выбросили деньги на ветер (по крайней мере ту половину, которая тратится на Россию; а почему Россия, кстати, сама на себя не может тогда потратить эти деньги? — А. К.): мы вкладываем в конечное производство, закупая в России огромное количество сырья и комплектующих, и этот объем нарастает, все время нарастает!

Александр Лукашенко даже помогал себе руками, показывая, как он нарастает и нарастает, словно не был уверен, что ему поверят и без этого.

— Если мы реализуем задуманные проекты, которые мы на пять лет утвердили,— продолжал он,— то импорт из Российской Федерации значительно увеличится. И несмотря на то что мы атомную станцию введем в строй, это примерно минус 5 млрд (куб. м.— “Ъ”) закупок природного газа, мы планируем построить второй Гродненский азотный комбинат, а это природный газ, поэтому мы все равно будем потреблять природный газ во все возрастающих объемах.

Нет, ничто не указывало в этих постоянных местоимениях «мы», что Александр Лукашенко сам куда-то собрался. Пока они собирались ввести в действие Гродненский азотный комбинат.
— Плюс миллиард,— кивнул российский президент.

— Даже больше, немножко больше,— поправил его Александр Лукашенко.— Проект стоимостью 1,2–1,3 млрд (евро, надо полагать.— А. К.), новый комбинат! Опыт у нас есть: у нас же такой работает там, поэтому мы хотим увеличить объем азотных удобрений. Если будет ваше поручение проработать этот вопрос, мы с «Газпромом» готовы этот проект реализовать.

Да будет, будет.

Александр Лукашенко мог попросить о новом кредите

— Мы часто обсуждаем тему коронавируса и ваши достижения… Я всегда говорю: и наши немножко там есть с советских времен… В производстве вакцин! — воскликнул Лукашенко.— У вас уже три зарегистрированных вакцины (действительно, третью зарегистрировали два дня назад.— А. К.) и еще в разработке… Мы тоже идем этим путем — к осени мы получим и свою вакцину, специалисты у нас есть! Но сейчас активно закупаем у вас.

И вот это была новость, в том числе для белорусов. Оказывается, в республике считай что готова своя, независимая от Запада и от России вакцина. За эти слова Александру Лукашенко тоже придется ответить. Да, только еще осенью. Но он же никуда не собирается. Да, обещал уже начать собираться, в том числе и Владимиру Путину. Но в его случае обещать — точно не значит жениться.

— Дома часто обсуждаем: эта тема вакцин говорит о высочайшем уровне науки в Российской Федерации,— признался Александр Лукашенко,— а без образования науки не бывает.

Легко представить себе это: Александр Лукашенко с Николаем (а с кем еще, если дома?) сидит и обсуждает: «Без образования, сынок, науки не бывает…» Комок в горле…

— Александр Григорьевич, вы упомянули о финансовой поддержке,— Владимир Путин хотел об этом высказаться отдельно, видимо, чтобы запомнилось.— Вы правы абсолютно, это важно, но это далеко не главное.

То есть 1,5 млрд не деньги, когда речь идет о близких людях и странах.
— Главное — это совместная работа и кооперация в реальном секторе экономики,— произнес российский президент.

Таким образом, речь шла об интеграции, которой никак за многие годы не достичь Владимиру Путину с Александром Лукашенко. О Союзном государстве, которого не было и нет.

— Что касается нашей совместной работы по борьбе с коронавирусной инфекцией, то она действительно развивается успешно,— добавил Владимир Путин.— Мы первую партию поставили в прошлом году, в этом году в феврале и в марте будут следующие поставки. Но самое главное, на мой взгляд,— это то, что мы на вашем предприятии…

— По вашим технологиям мы производство в марте начинаем! — перебил его господин Лукашенко.

— Совершенно верно,— согласился президент России.— И что очень важно, технологии переданы. Мы пока ни с кем так плотно…

— Серьезная поддержка,— опять перебил его президент Белоруссии.— Если бы этого не было, нам бы трудно было с вакцинацией!

Да, скоро в Беларуси будет своя вакцина, но и тогда российская, будем надеяться, не потеряет своей роли, по крайне мере как вспомогательная.

— И результат в целом, так скажем, аккуратно, удовлетворительный,— кивнул президент России.— У нас на 100 тыс. населения, это самый такой объективный показатель, где-то совсем недавно было 12 заболевших за сутки… Сейчас, я думаю, гораздо меньше: где-то в районе десяти.

— Самая эффективная вакцина — российская, это признано во всем мире! — Александр Лукашенко, кажется, наконец-то понял, что плохо хвалил все это время российскую вакцину.— Как бы там кто-то ни троллил и ни бросал камни в огород, это самая эффективная вакцина, самая!

— Это правда,— согласился российский президент.

Впечатляло, как в сознании Александра Лукашенко соединяются эти понятия: из нового мира — «троллить» — и из его собственного, внутреннего, то есть «бросать камни в огород»… откуда-то из Шклова, с родины огурцов…

— Два-три человека из сотни, и то не всегда, могут приболеть,— пошел гораздо дальше президента России, который только замахнулся на 10 человек из 100 тыс., Лукашенко; а что ему стоило? — У нас один человек приболел, не буду его называть (видимо, имя-то на слуху.— А. К.), после вакцинации российской вакциной… Полтора дня всего!..

То есть уже сразу и один, а не два-три даже…

— Проходит в легкой форме,— не в интересах российского президента было спорить.

Однако истина, от которой они так стремительно удалились за последнюю минуту, видимо, не давала покоя Владимиру Путину.
— Но я хочу сказать, что на 100 тыс. населения где-то у нас около 10 сейчас человек заболевших за сутки,— снова сказал Владимир Путин.

— Вообще ничего! — опять дезавуировал его заявление президент Белоруссии.

— А на юге Франции,— не утерпел Владимир Путин,— 70 с лишним на 100 тыс. человек!

Да и кто бы на его месте утерпел?



Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...