АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Репрессии Всебелорусское собрание Итоги Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия

Некляев: "16 августа город был наш, на улицах не было ни спецназа, ни ОМОНа, все они сбежали"

Поэт и политик, кандидат в президенты в 2010 году Владимир Некляев в интервью обозревателю "Свободы" Виталию Цыганкову напоминает, что никогда белорусские оппоненты Лукашенко не получали помощи от Москвы, и рассказывает, почему 16 августа не призывал людей на площади занимать государственные учреждения.

Некляев: "16 августа город был наш, на улицах не было ни спецназа, ни ОМОНа, все они сбежали"
- У меня перед глазами стоит картина из одного телерепортажа в августе, где вы, Владимир, стоите на площади Независимости и говорите корреспонденту в телеэфир, что нельзя оставаться на месте, нужно идти шествием, это будет динамично, присоединятся другие люди. Но, продолжаете вы, «я не тот человек, который теперь может на это повлиять или управлять этим процессом». Сейчас много обсуждают те августовские и сентябрьские дни. Считаете ли вы, что в тот момент не хватило политического лидерства или конкретного лидера, который мог бы увлечь за собой те сотни тысяч, которые тогда вышли на улицы?

- Я в своих мыслях неоднократно возвращался к этому дню, 16 августа. И достаточно сильно себя упрекал, что не принял такого решения, которое, как я теперь вижу, должен был принять. 16 августа город был наш, на улицах не было ни спецназа, ни ОМОНа, все они сбежали, увидев то количество людей, которое вышло на протест. И я стоял на площади и чувствовал, что нужно что-то делать. Я попробовал, когда еще шли к площади Независимости, повернуть людей к тюрьме на Володарского, но за мной пошли только около сотни человек. Все остальные пошли на площадь Независимости - с музыкой, с песнями. С ощущением победы.

Я попытался на площади поговорить с людьми, чтобы занять Дом правительства или горисполком - но у меня не было мандата на то, чтобы встать на трибуну и призвать людей к этому. А во-вторых, я не знал точно, не есть ли этот уход силовиков с улиц ловушкой и частью какого-то их плана. Они ушли, люди занимают горисполком или еще какое-то здание, а потом они бросаются с оружием, и начинается трагедия. И в ней будет виноват тот, кто принял такое решение. Офицер Игорь Макар (полагаю, это тот человек, которому можно доверять) сказал, что готовилась умышленная провокация такого рода, они собирались даже расстрелять несколько силовиков, ввести войска и потопить протест в крови. Так что, может, и хорошо, что никто в те дни не пошел штурмовать и занимать государственные учреждения.


- Считаете ли вы, что сейчас так необходимо страстно и пламенно анализировать произошедшее в августе и сентябре, искать ошибки и виновных? Или прежде всего стоит концентрироваться на том, что дальше делать?

- Конечно, прежде всего сейчас надо думать о том, что делать сейчас. Я и так уже вижу подготовленность оппозиции (и совсем старой, там, где Зенон Позняк, и более поздней, где Милинкевич) к грызне и ругани. И не вижу солидарной позиции по нашей стратегии, по штурму режима, который должен привести к победе. Я вижу это только в массовом выходе людей на площадь, не меньшем, чем это было в августе-сентябре. Я бы все делал именно в этом направлении.

- Много дискуссий идет по поводу того, нужно ли возвращаться в Беларусь Светлане Тихановской. Эти разговоры активизировались на фоне возвращения в Россию политика Алексея Навального. Ваше мнение по этому поводу - мнение человека, который и уезжал, и возвращался?

- Ради чего и почему вернулся Навальный? Ведь он хочет быть президентом России, для этого он пошел в политику. Хочет ли быть президентом Беларуси Светлана Тихановская? Нет, она неоднократно об этом заявляла. Так с какой мотивацией она будет возвращаться?

Даже если учесть все эти фантазии, что ее ОБСЕ под охраной привезет, или ООН возьмет ее в свой штат... так что, лукашисты позволят ей делать революцию? Мы живем в стране, в которой воцарилась военная диктатура, и последствия возвращения для нее будут однозначно тюремные.

Наши лидеры, которые готовы стать президентом (Статкевич, Северинец), которые готовы ради этого пожертвовать собой, — находятся в заключении.

- Ваше отношение к российской теме? Сейчас существуют две противоположные позиции. Одни считают, что Москва поддерживает Лукашенко, он ее устраивает, и все действия Кремля с августа только доказывают это. Другие аналитики заявляют, что это было временно, а на самом деле Кремль давно хочет убрать Лукашенко, просто ждет лучшего момента и благоприятных обстоятельств.

- Все белорусские политики, которые пытались участвовать в борьбе за власть, так или иначе надеялись на помощь России, и ни разу они этой помощи не получили. И в ближайшей перспективе я не вижу возможности такой помощи. Может, Путина и не устраивает Лукашенко, но в долгой перспективе он на него рассчитывает, и все действия Москвы это доказывают. Сейчас Россия задержала и выдает режиму Лукашенко на расправу спортсмена Алексея Кудина.

На сегодня в России преобладает путинская Россия. К нам, белорусам, восторженное отношение у небольшой части общества, у демократических россиян. Вот пример. Я написал эссе о книге моего давнего друга Игоря Шкляревского, блестящего российского поэта, родом из Могилевщины. Но из-за того, что в российской культурной элите меня причислили к русофобам, ни одно издание, даже самое демократичное, этого не напечатало.

- Социологические опросы подтверждают, что большинство россиян, даже зная обо всех зверствах силовиков в Беларуси, поддерживают не протестующих, а Лукашенко.

- Да, и они поддерживают Лукашенко только по одной причине - ведь он говорит, что «мы такие же, как и вы». А кто так не говорит - тот враг России.

- Говорят, что первый этап революции прошел и сейчас нужно готовиться ко второму. Но пока царит контрреволюция, мы видим все эти дикие задержания и приговоры. Как белорусам пережить это время, какие слова могут дать надежду и веру, что эта тьма не навсегда?

- Во-первых, революция произошла. Революция - это не обязательно смена власти. Произошла революция в сознании, душах людей. Людей, которые являются силой, готовой довести дело революции до конца.

Можно, конечно, ожидать экономического провала, если у властей не будет денег платить зарплаты. Когда наступит такой момент, тогда легче будет вывести людей на улицы. Но сколько этого момента ждать, когда мы видим, что какие-то санкции особенно сильно не действуют?

Поэтому я считаю, что не стоит чего-то ждать, а через независимые СМИ и интернет нужно доказывать, что мы готовимся к новому выступлению, ко времени "Ч". Всю нашу деятельность нужно направлять на то, чтобы поднять людей.

- Все эти месяцы велись жаркие дискуссии вокруг мирной формы протеста. Большинство высказывалось в том духе, что именно это единственная приемлемая форма. Люди, которые высказывали обратную мысль, были в меньшинстве, и их иногда чуть не называли провокаторами. Но если будет вторая волна протестов и люди выйдут на улицы, — то после опыта августа и сентября многие из них скажут — «мы больше не будем только ходить по улицам с цветочками». По-вашему, возможна ли такая смена в сознании протестующих?

- Безусловно, возможна, и она уже наблюдается. Я убежден - не надо пугаться того, чем нас пугает Лукашенко. У него не так много этих сил. И если мы выйдем на протест тем количеством людей, как это было 16 августа - то никаких кровавых действий от власти не будет. Тем более армейского участия не следует бояться. Ведь все эти события, происходившие с 9 августа, весь этот ужас, они повлияли не только на тех, кто выходил на площадь. Нет такой силы, которая могла бы победить народную силу.

Я недавно, еще будучи в Швеции, написал драму "Ягайло". И написал ее только потому, что увидел очевидные параллели с тем, что происходило 500 лет назад, с сегодняшним временем. Есть руководитель страны, у которого присутствует ничем не управляемая жажда власти, и ради ее насыщения он начинает торговать интересами страны. Наконец все перемололось, а народ, который тогда никто не брал в расчет, остался народом, и теперь дошел до осознания того, что он есть нация.

Перспектива нашей победы очевидна. Это подтверждается всей историей. Я лично убежден, что это произойдет уже при моей жизни.

перевод с бел. — EX-PRESS.BY

Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...