АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия Белгазпромбанк Беларусь-Россия

Адвокатам велено замолчать

Правозащитный центр «Весна» и РПОО «Белорусский Хельсинкский комитет» провели пресс-конференцию «Право на защиту и адвокаты в условиях кризиса прав человека в Беларуси».

Адвокатам велено замолчать
Основными темами разговора стали оценка реализации права на защиту и состояние института адвокатуры в условиях острого кризиса с правами человека в стране, противостояние и помехи оказанию правовой помощи гражданам, факты давления и преследования в связи с их профессиональной деятельностью.

В пресс-конференции приняли участие председатель РПОО «Белорусский Хельсинкский комитет» Олег Гулак, адвокаты Александр Пыльченко, Дмитрий Лаевский, Сергей Зикрацкий. Модератором встречи выступил правозащитник  Валентин Стефанович.

Открывая встречу, Валентин Стефанович отметил, что в Беларуси давление на адвокатов традиционно начинается в связи с кризисом с правами человека, который в этом году отличается особым масштабом и глубиной.

Олег Гулак согласился с наблюдением Валентина Стефановича и отметил, что правозащитное сообщество продолжает использовать все доступные механизмы для разрешения ситуации.

«Благодаря докладам, обращениям, работе с Комитетом по правам человека ООН, у нас есть конкретная критика ситуации и четкие рекомендации, какие меры стоит применить Беларуси, как изменить законодательство, чтобы адвокаты в полной мере могли реализовывать помощь своим подзащитным, – отметил он. – Сейчас мы впервые видим, как активизировалось адвокатское сообщество, оно готово говорить о своих проблемах и отстаивать права, поэтому эффект от нашей работы определенно наступит».

Свой кейс описал Александр Пыльченко, которого комиссия Министерства юстиции рекомендовала лишить лицензии на прошлой неделе. Он отметил, что это произошло из-за комментария журналисту, в котором он тезисно объяснил полномочия государственных органов в связи со сложившейся в Беларуси ситуации в поствыборный период.

«Стоит отметить, что у Минской городской коллегии адвокатов не возникло ко мне претензий, хотя вопросы этичности находятся в их компетенции – решение принимало сразу Министерство юстиции, – рассказал Пыльченко. – Подобная ситуация показывает положение адвокатуры: например, для адвокатов действует подписка о неразглашении, в то время, как по государственному телевидению ситуация может описываться вполне конкретно. Поэтому мы будем обжаловать решение комиссии Минюста ближе к ноябрю и публично озвучивать все проблемы».

Дмитрий Лаевский также подчеркнул, что публичное обсуждение – один из действенных инструментов прекращения подобного давления. Он остановился на случае Максима Знака, давление на которого высказывается в двух аспектах: обвинении и заключении под стражу.

«Пример преследование Максима Знака учай, когда к уголовному преследованию и заключению под стражу привело свободное выражение профессионального мнения, – подчеркнул Лаевский. – Подобные выводы позволяет сделать то, что до сих пор в ходе процессуальных действий не были приведены конкретные высказывания Максима Знака, которые рассматриваются как преступные. Более того – мы проанализировали всю его публичную риторику и пришли к выводу, что все его высказывания являются изложением правовой позиции адвоката. Если оно привело к предъявлению обвинения, то цель обвинения – заставить адвоката не выражать правовую позицию публично».

Дмитрий Лаевский также подчеркнул, что несмотря на то, что характер обвинения не содержит насильственных действий, а Максим Знак не пытался скрыться от следствия, выбрана неоправданно жесткая мера пресечения – заключение под стражу.

«И обвинение, и заключение Максима Знака под стражу приводит к тому, что человек утрачивает возможность высказывать правовую позицию, а это может воздействовать на адвокатов в целом и приводит к их самоцензуре», – резюмировал Лаевский.

Давление на адвокатов и их подзащитных также возникает и при административном преследовании – эту ситуацию описал Сергей Зикрацкий. Он пояснил, что препятствия работе адвоката возникают на каждом этапе административного преследования.

«Все начинается с того, что я даже не знаю, куда при задержании увозят моего клиента, – отметил адвокат. – Клиенты редко получают возможность совершить телефонный звонок. Это значит, что административный процесс начинается без моего участия. В дежурной части РУВД мне говорят, что информации о моем клиенте также нет, потому что его не оформили: задержанных держат в кабинетах, актовых залах и гаражах. С августа мне удалось попасть только в Октябрьское РУВД, потому что там были журналисты».

Далее адвокат сталкивается еще с рядом препятствий: начиная от сложности узнать суд, где проходит слушание дела подзащитного, и невозможности конфиденциального общения с клиентом из-за суда по скайпу, заканчивая немотивированным отказом сделать копии документов.

«Это происходит для того, чтобы у нас не было доказательств произвола нарушений, – объясняет Зикрацкий. – Более того – после этого не соблюдаются сроки обжалования постановления, что приводит к тому, что жалобы по административному аресту рассматриваются, когда клиенты уже вышли на свободу. Все это ограничивает права не только адвокатов, но и задержанных».

Завершая пресс-конференцию, Валентин Стефанович отметил, что правозащитное сообщество требует освобождения адвокатов и прекращения давления на них, ведь только независимая адвокатура является гарантией справедливого суда. Впрочем, если бы в нашей стране было хотя бы стремление создать справедливый и независимый суд, это было бы уже половиной проблемы.  

Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...