АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Референдум Белгазпромбанк Беларусь-Россия Павел Шеремет Экономический кризис Эпидемия

Политические убийства в Беларуси: как это устроено

В 1999 году в Беларуси уже начали говорить о том, что существует некое специальное подразделение, нигде не зарегистрированное, которое занимается похищениями и убийствами по личному приказу Лукашенко.

Политические убийства в Беларуси: как это устроено
 К 20-летию со дня похищения Дмитрия Завадского
«Они так спешили обвинить этих спецназовцев, что не потрудились даже найти труп Димы, — говорит Светлана Завадская, жена Дмитрия. — Все понятно, конечно: нужно было скорее увести следствие в ту сторону, чтобы случайно не выйти на обвинение самих себя». Труп Димы до сих пор не найден. Двадцать лет прошло. За эти годы информация просачивалась сквозь железобетонную стену государственного вранья по чуть-чуть, по капле, по букве. В какой-то момент всем стало ясно, что произошло. Но официальное следствие приостановлено. За похищение Завадского осуждены двое спецназовцев. За убийство — никто.

Дмитрий Завадский. Фото: Naviny.by

Дмитрий Завадский, оператор белорусского бюро ОРТ (так тогда назывался Первый канал), бесследно исчез 7 июля 2000 года. В 10.10 утра он вышел из дома, сел в машину и поехал в аэропорт встречать своего друга и коллегу Павла Шеремета. (Павел был убит в Киеве 20 июля 2016 года.) Когда Павел, не дождавшись друга, вышел на стоянку аэропорта, он обнаружил там «Шкоду» Завадского. Машина доехала. Но без водителя, которого больше никто никогда не видел. Отпечатки в «Шкоде» оказались аккуратно стертыми.

Годом раньше точно так же бесследно исчезли генерал милиции, бывший министр внутренних дел Беларуси Юрий Захаренко и бывший председатель Центризбиркома Виктор Гончар со своим другом-бизнесменом Анатолием Красовским.

Политический оппонент Лукашенко. экс-министр внутренних дел Беларуси Юрий Захаренко — был похищен. Фото: Naviny.by

Захаренко исчез 7 мая по дороге с автомобильной стоянки к собственному дому, Гончар с Красовским пропали, выйдя из бани 16 сентября. И Захаренко, и Гончар были самыми яркими оппонентами Александра Лукашенко (не считая Геннадия Карпенко, который умер при странных обстоятельствах 6 апреля 1999 года). Тогда, в 1999 году, в Беларуси уже начали говорить о том, что существует некое специальное подразделение, нигде не зарегистрированное, которое занимается похищениями и убийствами по личному приказу Лукашенко.

Бывший ЦИК Беларуси Виктор Гончар, один из яврких противников Лукашенко, пропал, выйдя из бани. Фото: ТАСС

Завадский исчез по той же схеме. Только это было подано очень демонстративно. Дмитрий любил рыбалку и мог один уехать с удочкой на несколько дней. Так что если бы он не вернулся с рыбалки — во-первых, поиски начались бы позже, а во-вторых, на поверхности лежала бы куча версий вроде «заблудился, утонул, увяз в болоте». Но похищение по дороге в аэропорт — публичное, демонстративное и хамское. Понятно было, что журналист Павел Шеремет начнет бить тревогу сразу же, особенно обнаружив на стоянке пустую машину. И что преступление непременно свяжут с такими же похищениями Захаренко, Гончара и Красовского.

Но неожиданно со слезой выступил сам Лукашенко и пообещал лично «открутить головы» тем, кто похитил Дмитрия Завадского.

3 августа был задержан вернувшийся из Чечни бывший офицер спецподразделения «Алмаз» Валерий Игнатович. Чуть позже — боец «Алмаза» Максим Малик, нигде не работающий и трижды судимый Сергей Саушкин и бывший курсант академии МВД, сосед Игнатовича по общежитию Алексей Гуз. Похищение Дмитрия Завадского вначале стало одним из эпизодов уголовного дела № 414100.

На снимке (слева-направо): Валерий Игнатович (лежит), Максим Малик и Алексей Гуз в зале суда. 2002 год. Фото Виктора Толочко / ТАСС

Необходимо отметить, что все четверо обвинялись в убийстве азербайджанской семьи Насибовых (5 человек) в Минске и еще в нескольких разбойных нападениях, грабежах и убийствах. И арестовали их именно по подозрению в убийстве азербайджанцев.

А потом в деле появилась лопата, найденная при обыске в «Фольксвагене» Игнатовича, на которой оказались следы биологического вещества с ДНК Завадского.

И это стало единственной причиной, по которой похищение Дмитрия стало эпизодом дела № 414100. «Лопату нашли только при третьем обыске, — говорит Светлана Завадская. — Похоже, при первом обыскивали, при втором подбрасывали, при третьем находили».

Мотивом была объявлена месть.

2 января 2000 года в новостях НТВ (не ОРТ даже) был показан сюжет о задержании федеральными войсками человека славянской внешности на одном из блокпостов. Подозревали, что он воюет на стороне сепаратистов. Человеком в кадре был Игнатович. А в конце января из командировки в Чечню вернулся Дмитрий Завадский и рассказал в интервью «Белорусской деловой газете», что многие белорусы воюют в Чечне и что он лично был свидетелем задержания бывшего офицера спецподразделения «Алмаз» на одном из блокпостов. Он даже не назвал фамилию Игнатовича, и сюжет был на другом канале, но следователи посчитали, что Игнатович решил отомстить.

Валерий Игнатович после увольнения из «Алмаза» тренировал националистов. Кадр из видео

Валерий Игнатович уволился из «Алмаза» в 1998 году после травмы, полученной во время учений. После этого он учил всевозможным спецназовским приемам белорусское отделение «Русского национального единства» (РНЕ). После появления информации о его возможных контактах с сепаратистами белорусские РНЕшники отказались от сотрудничества. 5 августа, через два дня после ареста Игнатовича, руководитель белорусского РНЕ Глеб Самойлов был убит. Убийство не раскрыли.  

С Чечней, кстати, история довольно странная вышла. Задержанный на блокпосту Игнатович сказал, что приехал воевать на стороне федеральных войск. 10 суток он отсидел в СИЗО, после чего его благополучно отпустили. И даже приняли на службу в 22-ю бригаду ГРУ. Вот только непонятно, успел Игнатович повоевать или нет — все убийства и грабежи, в которых его обвиняли, происходили как раз весной 2000 года. Впрочем, военные операции в Чечне следствие не слишком интересовали. 

20 ноября 2000 года редакции всех белорусских газет получили письмо с электронного адреса [email protected] Тема — «Всем! Всем! Всем!». Автор называл себя офицером Комитета госбезопасности.

ТЕКСТ АНОНИМНОГО ПИСЬМА
«Офицер Комитета госбезопасности» — редакторам белорусских газет. 20.11.200 года
 
«Ведение следствия по делу об исчезновении Дмитрия Завадского было поручено Генеральной прокуратуре и Комитету государственной безопасности. Факты, которые вскрылись по ходу следствия, вызвали не только давление на органы следствия со стороны Совета безопасности, но и противостояние между КГБ и Службой безопасности президента. На след группы похитителей КГБ вышел после ареста Игнатовича, бывшего офицера спецподразделения «Алмаз». Игнатович был арестован по другому делу, но сам он несколько раз был в Чечне, где воевал на стороне сепаратистов.

Во время следствия Игнатович назвал ряд фамилий белорусских военнослужащих, сотрудничавших с чеченскими сепаратистами в качестве инструкторов. После их ареста подтвердилась чеченская версия следствия.

По делу об исчезновении Завадского на сегодняшний день арестованы 9 человек. Пятеро из них являются действующими офицерами Службы безопасности президента, двое — бывшими офицерами этой службы, один — бывший офицер спецподразделения «Алмаз», еще двое — уроженцы Чечни. Подследственные сознались в убийстве Дмитрия Завадского и указали место в лесной зоне недалеко от Минска, где было закопано тело. В распоряжении следствия оказалась и лопата со следами крови. Экспертиза выявила идентичность крови на лопате с кровью Дмитрия Завадского. Эксгумация тела Дмитрия Завадского не состоялась. Ее не дали провести следственной группе руководство Совета безопасности и лично президент. Вместо этого в администрацию президента были вызваны председатель КГБ Владимир Мацкевич, генеральный прокурор Олег Божелко и министр внутренних дел Владимир Наумов. Президент приказал передать дело в МВД, мотивируя это тем, что следствие идет недостаточно интенсивно.

На самом деле это было сделано для того, чтобы развалить дело об исчезновении Завадского.

В ходе следствия также выяснилось, что эта преступная группа имела прямое отношение к исчезновению и убийству оппозиционного политика Виктора Гончара. В их ликвидации принимали участие 14 человек. Пятеро из них разыскивались вплоть до передачи дела в МВД.

Во время следствия давление на следственную группу дошло до критической точки. Два следователя были избиты, а жену одного из них пытались изнасиловать. Но, несмотря на это, следователи продолжали работу по изобличению преступников».

На следующий же день в силовых структурах началась настоящая лихорадка. Правда, белорусы узнали об этом только летом 2001 года. Но даты на документах, которые потом оказались в распоряжении оппозиционных политиков и журналистов, свидетельствуют о том, что письмо это стало детонатором.

21 ноября 2000 года — аккурат после рассылки — начальник криминальной милиции МВД Беларуси Николай Лопатик пишет рапорт на имя нового министра Владимира Наумова, вступившего в должность в сентябре 2000 года.

РАПОРТ
Начальник криминальной милиции Беларуси Николай Лопатник — главе МВД Владимиру Наумову
 
Страницы рапорта

«Докладываю вам о том, что мною получена информация следующего содержания.

В апреле 1999 года Шейман В.В. (глава совбеза. — И. Х.) дал указание министру внутренних дел Сивакову Ю.Л. допустить в СИЗО № 1 ГУВД Мингорисполкома командира СОБР Павличенко во время исполнения процедуры расстрела приговоренного к этой мере наказания и последующих действий по его захоронению. Сиваков Ю. Л. данное указание передал начальнику СИЗО Алкаеву О.Л. Павличенко к процедуре был допущен. 6 мая 1999 года Шейман В.В. дал указание Сивакову Ю.Л. выдать пистолет, которым приводится в исполнение приговор о смертной казни, Павличенко. Сиваков дал указание Алкаеву выдать хранящийся у него пистолет Павличенко, что Алкаев и исполнил.

В данное время Шейман В.В. дал указание Павличенко физически уничтожить бывшего министра внутренних дел Захаренко Ю.Н.

Информационное обеспечение местонахождения Захаренко Павличенко было обеспечено спецподразделением Васильченко Н.В., задание на которое ему также дал Шейман В.В. через своих сотрудников. Акция захвата и последующего уничтожения Захаренко была произведена Павличенко, командиром роты СОБР, командиром первой роты спецназа в/ч и четырьмя его бойцами.

Командир роты СОБРа Дмитрий Павличенко был назван руководителем операции по похищению и убийству политических противников Лукашенко
8 мая 1999 года пистолет Павличенко сдал Алкаеву. 16 сентября 1999 г. Павличенко провел акцию захвата Гончара В.И. и Красовского А.С.

Место захоронения трупов Захаренко Ю.Н., Гончара В.И., Красовского А.С. — спецучасток номерных могил на Северном кладбище».

О Завадском в этом рапорте речь не идет. Зато генерал Лопатик фактически дает подробное описание того самого «эскадрона смерти». Написать такой рапорт он мог только на основании вагона и маленькой тележки доказательств. Другой вопрос, как долго все эти факты лежали у Лопатика в ящике стола. Возможно, анонимное письмо, разосланное по всем белорусским медиа, заставило его действовать, чтобы потом не пришлось оправдываться за бездействие.

Понятно, что писать рапорт министру Сивакову на министра Сивакова и его приближенного Павличенко генерал Лопатик не стал бы. Но Сиваков еще в апреле был снят с должности главы МВД, а в сентябре его место занял Наумов. И рапорт ушел к новому министру.

22 ноября, на следующий день после рапорта Лопатика, председатель КГБ Беларуси Владимир Мацкевич отправляет генеральному прокурору постановление о превентивном задержании командира СОБРа Дмитрия Павличенко на 30 суток. В постановлении говорится, что Павличенко — организатор и руководитель преступной группы, занимающейся похищениями и физическим устранением граждан. В СИЗО КГБ Павличенко провел сутки. А потом его освободили.

Постановление о превентивном задержании командира СОБРа Дмитрия Павличенко на 30 суток с перечислением подозрений

Дмитрий Павличенко после публикации обвинений в руководстве похищением и убийством нескольких человек всего сутки провел в СИЗО. Фото: Sb.by

Кто может пойти против председателя КГБ и генпрокурора? Два человека: секретарь совбеза Виктор Шейман либо сам Александр Лукашенко.

Тем не менее 24 ноября следователи допросили начальника СИЗО № 1 Олега Алкаева и изъяли расстрельный пистолет ПБ-9 и журнал выдачи и приема оружия и боеприпасов.

Один из листов журнала выдачи расстрельного пистолета и патронов. Из архива Ирины Халип

27 ноября руководитель следственной группы по делу Игнатовича Иван Бранчель вынес постановление о криминалистической экспертизе пистолета и патронов на предмет исправности.
В тот же день Александр Лукашенко отправил в отставку и генерального прокурора, и председателя КГБ. Генеральным прокурором стал тот самый Виктор Шейман из рапорта Лопатика — глава совбеза, не имеющий юридического образования.

Постановление об экспертизе расстрельного пистолета. Фото из архива Ирины Халип

Александр Лукашенко принимает Виктора Шеймана. Подозрения в организации заказных убийств по политическим мотивам не помешали главе совбеза Шейману занять пост генерального прокурора Беларуси
В июне 2001 года один из членов следственной группы по делу № 414100 Дмитрий Петрушкевич исчез. А через несколько дней во все минские редакции принесли видеокассеты. На записи Петрушкевич рассказывал:

НОВЫЕ ДАННЫЕ
Видеопоказания Дмитрий Петрушкевича, члена следственной группы, после его исчезновения
 «Когда Павличенко был помещен в изолятор КГБ, генпрокурор Божелко лично с ним беседовал и требовал, чтобы тот сознался, где же все-таки находится Завадский.

После этого от Павличенко поступила информация, что Завадский находится в районе Северного кладбища. Вероятнее всего, там же находятся и другие пропавшие белорусские политики: Гончар, Красовский, Захаренко.

Но на тот момент следствие больше всего интересовал именно Завадский. В тот же день было приблизительно установлено место, где он захоронен, потому что никто не сомневался, что Завадский действительно убит. И лично Божелко подписал запрос на имя Генерального прокурора России Устинова, в котором просил предоставить технику, предназначенную для отыскания трупов в земле, а также специалистов, поскольку в Беларуси такая техника на тот момент отсутствовала.

Но на следующее утро Павличенко как ни в чем не бывало вышел из следственного изолятора… Также можно добавить, что министр внутренних дел Наумов, который очень хорошо знаком как с Игнатовичем, так и с Маликом, другим обвиняемым по этому делу, до сих пор их посещает в следственном изоляторе. Я думаю, что он и снабжает их информацией, так как преступникам известны данные практически обо всех членах следственной группы».

Олег Алкаев уехал из страны после утечки информации о расстрельном пистолете

Олег Алкаев в своих многочисленных интервью после отъезда за границу (уехал летом 2001 года, когда рапорт Лопатика и информация о расстрельном пистолете «утекли» в прессу) подтверждал, что Владимир Наумов в ноябре 2000 года посещал в СИЗО Игнатовича. Кстати, именно Наумов раньше возглавлял спецподразделение «Алмаз» и лично принимал его на службу. Алкаев утверждает, что 22 ноября слышал последнюю фразу Наумова, адресованную Игнатовичу: «Ты подумай, Валера, и скажи, пока не поздно, где закопан Завадский».

Но Игнатович молчал и на следствии, и на суде. Он не произнес ни слова.

Суд начался осенью 2001 года. Он проходил в закрытом режиме. Адвокат Светланы Завадской Сергей Цурко рассказывал, что на заседании 6 ноября обвиняемый Алексей Гуз заявил ходатайство о вызове в судебное заседание и допросе в качестве свидетеля оперуполномоченного Заводского РУВД Гриба. Гуз говорил, что при задержании именно этот опер угрожал «повесить» на него в том числе похищение Завадского и показывал фотографию обнаженного трупа — якобы это был труп Завадского. Суд ходатайство не удовлетворил, и уже 20 лет никто не знает, был ли тот Гриб с фотографией или это фантазия обвиняемого.
Адвокат Цурко обращал внимание и на то, что повторный (третий) осмотр автомобиля Игнатовича, при котором из багажника наконец достали лопату, проводился 15 августа — через 12 дней после ареста. И все это время машина стояла в милицейском гараже. Была ли она опечатана — понятые не помнят.

Да и вообще трудно предположить, что Игнатович 7 июля убил Завадского лопатой, которую потом повез в Чечню, и месяц лопата с ДНК жертвы кочевала по России, чтобы вернуться в Минск и стать единственной уликой.
Лопата, правда, оказалась лишней. Валерия Игнатовича и Максима Малика признали виновными в похищении Дмитрия Завадского, но не в убийстве. По совокупности преступлений их приговорили к пожизненному лишению свободы. Дело об убийстве Завадского в отношении неустановленных лиц выделили в отдельное производство. В 2006 году его приостановили и больше не возобновляли. Сколько бы ни писала Светлана заявлений — не возобновляют. И получается, что после похищения — черная дыра. «Что они сделали с Димой, если не убили? — говорит Светлана. — Кому они его передали? Кто его увез? И, может быть, тело все-таки нашли, но почему-то предпочли сохранить это в тайне?»


Светлана верит, что тайна похищения и убийства ее мужа все-таки будет раскрыта. Но откроют ее, скорее всего, фигуранты уже совсем других дел. В 2012 году, спустя 10 лет после приговора, известный белорусский продюсер Геннадий Шульман, отбывавший свой срок в колонии № 17 в Шклове, видел Игнатовича: «Дело в том, что его держали в могилевской «крытке», а вот по медицинской части эта тюрьма была прикреплена к нашей зоне.
И вот однажды утром, когда мы стояли на разводе на плацу, мимо нас провели скелет в кандалах. Не в наручниках — в кандалах. Это и был Игнатович. От боевика там ничего не осталось. Обезумевший инвалид с кожей и костями».

А Светлана Завадская спустя 20 лет все такая же красивая. Их с Дмитрием сын Юра, потерявший папу в 9 лет, вырос. Юре исполнилось двадцать девять. Он уже на целый год старше папы.


Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...