АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Референдум Белгазпромбанк Беларусь-Россия Павел Шеремет Экономический кризис Эпидемия

О чем не говорит Лукашенко. А надо бы сказать

"Я им страну не отдам!"  То есть, даже если народ проголосует против - не отдадите? Но ведь это слова не президента, собирающегося переизбираться, а узурпатора.

О чем не говорит Лукашенко. А надо бы сказать
Подписи собраны, поданы в избирательные комиссии. Участники выборов успели наговорить друг о друге много чего. Впереди — после регистрации — начнется период агитации, когда поток взаимной критики только усилится. Поэтому хотелось бы использовать время, когда ЦИК занимается проверкой поданных документов, чтобы услышать президента Беларуси.

Не кандидата. До сих пор мы слышали одного из кандидатов по имени Александр Лукашенко, использовавшего служебную безнаказанность для того, чтобы оскорблять тех своих соперников, кого он по какой-либо причине считал для себя особо опасными. 

Оскорблять — и преграждать им путь к регистрации. Так с самого начала случилось с Сергеем Тихановским. Так позже случилось с Виктором Бабарико. Так может случиться с Валерием Цепкало.

Хочется услышать президента.

Человека, который без угроз, без воспоминаний об Андижане или о гражданской войне в Таджикистане, абсолютно спокойно сказал бы:

— Я буду уважать выбор своего народа. Я буду гарантом свободного волеизъявления, даже если меня не поддержит большинство.

Это важно для всех — услышать из уст главы государства такие слова. Это успокаивает гораздо больше, чем вопль человека, синеющими пальцами вцепившегося в кресло в служебном кабинете:

— Я им страну не отдам!

То есть, даже если народ проголосует против — не отдадите? Но ведь это слова не президента, собирающегося переизбираться, а узурпатора. А хочется, повторюсь, услышать президента.

Центризбирком приготовился к тому, что на выборах не будет наблюдателей, что в число членов избирательных комиссий опять не попадут представители оппозиции и значительное число самовыдвиженцев. 

Но ведь все — включая саму власть — заинтересованы в том, чтобы выборы были признаны честными, чтобы значительная часть общества, поддерживающая альтернативных кандидатов, согласилась с их результатом. 

Только так Беларусь, о которой Александр Лукашенко заботится (будем исходить из того, что заботится искренне) избежит уличного противостояния. Избежит того, что сам кандидат в президенты называет «майданом», а историки будут называть началом гражданской войны.


Нужно ведь понимать: четыреста с лишним тысяч подписей за Виктора Бабарико, сто тысяч — за Светлану Тихановскую, двести тысяч — за Валерия Цепкало — это очень много. Никак не меньше 13% от числа избирателей. Это много — даже если брать по минимуму, как сделал сейчас я. 

Причем в случае низкой явки эта цифра вырастает, потому что они-то, в отличие от колеблющихся, готовы прийти на участки для голосования. Вы готовы ею пренебречь? Но ведь это граждане нашей страны, имеющие право участвовать в управлении ею. 

А сколько человек представляет госпожа, скажем, Кочанова, которую никто и никуда не избирал? Одного — Лукашенко? И сколько человек доверяет Лидии Ермошиной, если по официальному социологическому опросу Центризбиркому как институту в Минске доверяет всего 11%?

Если мы хотим гражданского мира, то и готовиться нужно к гражданскому миру. А вовсе не нагнетать обстановку через государственные средства массовой информации. 

Чем больше они пугают, тем меньше им доверяют. Чем больше они лгут, тем меньше им доверяют. И число тех, кто готов голосовать против такой политики, вовсе не падает. Напротив — растет. Каким оно будет через месяц?

Об этом надо бы сказать президенту. Не выступая перед собранной под руководством госпожи Кочановой группой сотрудников предприятия, стоящих под присмотром начальников. Непосредственно — обратиться к народу в прямом эфире. Как он делал в самом начале своего правления, в 1994 году. 

Объяснить, что он намерен делать в случае переизбрания, он успеет во время, отведенное Центризбиркомом для всех кандидатов, когда они будут оглашать свои программы. 

А вот что будет делать президент, чтобы общество преодолело внутренний раскол, который может только углубиться после выборов, — об этом бы сейчас услышать. Слова действительно государственного деятеля. Слова человека, думающего о судьбе народа больше, чем о судьбе собственного окружения. Это ведь — не одна и та же судьба.

Не хочет? Или — нечего сказать, потому что все, что я перечислил выше, для него неважно? Жаль, если так.

Поделиться



Загрузка...
‡агрузка...