Калякин: Кандидат от правоцентристов займет последнее место на президентских выборах

Лидер Белорусской партии левых "Справедливый мир" Сергей Калякин рассказал "Белорусскому партизану", почему не приветствует выдвижение единого кандидата от оппозиции на президентские выборы и будет ли сам принимать участие в президентской гонке.

Калякин: Кандидат от правоцентристов займет последнее место на президентских выборах
«Единый кандидат только мешает работе»

- Сергей Иванович, а ваша партия уже определилась с участием или неучастием в президентских выборах?

- Этот вопрос до сих пор не решен. Но мы будем его рассматривать. У нас есть несколько кандидатов, которые могут пойти на выборы. И партия будет участвовать в выборах. Но в данный момент сказать, кто конкретно пойдет, не могу. Просто не знаю.

- А в праймериз вы не участвуете?

- Нет. Мы не видим в этом никакого смысла. Для родственных политических организаций, у которых очень близкие позиции по геополитике, социально-экономической сфере – это еще приемлемо, потому что, выбирая единого кандидата, они объединяются и совместно пропагандируют свои ценности. 

А если это представители разных политических сил, с совершенно разными подходами к различным вопросам, то в результате объединения они не только ничего не приобретают, но и теряют! Потому что написать программу такому кандидату очень сложно – надо все спорные вопросы вычеркивать, а, как правило, они бывают очень важны для простых людей. 

И в результате получается такая травянистая программа, которая не дает возможности не только привлечь новых людей, но и мобилизовать своих сторонников. А в ряде случае вообще ведет к потере сторонников.

Поэтому в нынешних белорусских условиях я не вижу в праймеризе совершенно ничего положительного. Тем более что все мы понимаем: настоящих выборов нет, это лишь политическая, практически мобилизационная компания по активизации своих сторонников, по привлечению новых людей.

В этом случае единый кандидат мешает, а не помогает работе.

- По-вашему, его вообще не стоит выбирать?

- Да, в белорусских условиях это не имеет смысла. Когда нет возможности получить реальную победу на выборах, можно лишь продвигать свои идеи и взгляды в массы, увеличивать ряды своих сторонников, мобилизовать их к работе. А с единым кандидатом смысл во всем этом теряется…


«Не идти на выборы нельзя!»

- Но если идти на выборы, так сказать, всей толпой, то власть снова может нарисовать основным кандидатам 100 000 собранных подписей…

- Так она и единому кандидату их нарисует! 

Я, кстати,  уверен, что кандидат от правоцентристской коалиции по официальным данным займет последнее место на президентских выборах, причем с минимальным количеством голосов. И результат совершенно не будет зависеть от того, кто проголосуют за этого кандидата.

А когда идти на выборы, как вы говорите, толпой, то всем нарисуют маленький процент поддержки, но вместе получится неплохой результат. Не один процент, а, скажем, 10. А единый кандидат получит минимум голосов при подсчете.

Конечно, анализировать те цифры, которые рисует власть на выборах, - занятие неблагодарное. И строить на этом какой-то разумный анализ невозможно. Потому что когда вы пойдете к людям, которые разделяют ваши устремления – будет совершенно другой результат. И каждая партия сможет таким образом работать со своим сектором и усиливать свое влияние. 

В Минске, допустим, такой подход позволит в целом усилить влияние оппозиции.

- Отчасти я с вами соглашусь, но тогда получается, что в выборах никакого смысла нет. Результат уже предсказуем.

- А вы разве верите в то, что цифры, написанные в протоколах, соответствуют действительности? Конечно, нет! И мы, когда идем на выборы, говорим: выборов нет! 

Но не идти на выборы оппозиции нельзя! Потому что нужно доносить людям альтернативную точку зрения на то, как должна развиваться страна, что плохо в экономике, как можно все улучшить. И надо призывать людей к совместной деятельности, чтобы изменить ситуацию. В этом смысл выборов!

Еще выборы позволяют изобличать власть в фальсификациях, нарушении правил проведения выборов, манипуляций с явкой, итогами голосования. А если оставить их один на один с собой, только с провластными кандидатами, у нас будут изумительные честные выборы, проведенные по всем стандартам! 

Им и фальсифицировать ничего не придется. Вот как стоит вопрос. 


«За пять дней собрать 50 000 подписей – это фантастика!»

- Как думаете, сегодня хоть кто-то из белорусской оппозиции способен собрать 100 000 подписей?

- Очень сложный вопрос… 

Вообще, в Беларуси норма сбора подписей в 10 раз выше, чем в России. У нас очень высокая планка для 9 миллионов населения. К тому же существует административный ресурс, который препятствует свободному сбору подписей, люди боятся ставить подпись за независимых кандидатов – это все только усложняет.

Я не говорю, что совсем невозможно собрать 100 000 подписей, но это крайне сложно. 

Могу утверждать, что в 2015 году никто не собрал, несмотря на то, что кое-кого зарегистрировали. Потому что когда еще за неделю до окончания сбора подписей некоторые говорили, что у них есть только половина, собрать за пять дней еще 50 000 - это просто фантастика.

- А в 2010 году?

- Не думаю, что для многих была другая ситуация. Хотя в 2006 году Александр Милинкевич собрал эти подписи, но тогда была немного другая ситуация. Еще власть не так забронзовела, еще не было такого уровня управляемости среди населения. И все равно было очень сложно! У Милинкевича была действительно большая команда тех, кто реально собирал подписи.

- Как думаете, есть ли сегодня смысл поднимать вопрос об изменении Избирательного законодательства? Или уже поздно что-то менять?

- Безусловно, это нужно делать. Беларусь – единственная среди своих соседей, у кого нет выборов по партийным спискам. 

Вопрос еще и в безопасности страны. Я сейчас говорю о государственном финансировании политических партий - пропорционально тому, сколько голосов за них отдают граждане на выборах. 

Такой подход позволяет защитить политическую систему от внешнего влияния, внешнего спонсорства и продвижения иностранных интересов внутри страны. Когда нет партийных списков, политические партии попадают в большой соблазн, особенно когда деньги внутри страны получить невозможно.

Кстати, мы эти вопросы поднимали, направляли документы и президенту, и в Центризбирком, и в Палату представителей, и в Совет Республики. Все сказали спасибо, интересно, но пока никто ничего в этом плане не делает. Хотя Лидия Ермошина уже начала говорить о том, что, наверное, нужно переходить к голосованию по партийным спискам…


«Поход в президенты – это не поездка на курорт…»

- Сергей Иванович, а у вас у самого есть желание сходить на президентские выборы?

- Сложный вопрос… Поход на президентские выборы – это не поездка на курорт. А серьезная работа, с серьезными затратами - энергетическими и моральными. Но с другой стороны, может возникнуть такая ситуация, когда мне придется участвовать…

- Как вам кажется, появятся среди кандидатов какие-то новые лица? Будут ли какие-то сюрпризы?

- Ну вот Николай Козлов – это новое лицо или нет? Серьезный кандидат или нет – это уже другой вопрос… Но лицо-то новое! 

Ждать чуда, что действующий премьер-министр Сергей Румас или министр иностранных дел Владимир Макей пойдут на президентские выборы, думаю, не стоит. У нас немного другая система, в отличие от других стран…

- В свое время не исключали, что свою кандидатуру на президентские выборы может выставить Михаил Леонов – это было еще в те времена, когда он был гендиректором Тракторного завода. Как думаете, кто-нибудь из представителей нынешнего директорского корпуса рискнет поучаствовать в президентской гонке? 

- Сегодня это невозможно. Михаил Леонов помните как закончил? Тюрьмой. От звонка до звонка отсидел. И экс-гендиректор «Атланта» Петр Калугин тоже в тюрьме посидел – после того, как захотел пойти на президентские выборы.

И все эти очень конкретные, наглядные истории, наверное, у многих отбили охоту баллотироваться. Может, кто-то и хотел бы, но видят же, чем все может закончиться…

Думаю, и представители крупного бизнеса в других условиях пошли бы на выборы, у них есть политические амбиции.


- В России некоторые миллиардеры в президенты ходили.

- Тот же Павел Грудинин – крупный, успешный бизнесмен, который представлял левое крыло КПРФ. Но если в России это возможно, и все вроде бы на свободе, то у нас представители большого бизнеса поостерегутся играть в такие игры, потому что в один момент могут потерять все, что имеют, да еще и со свободой придется на какое-то время распрощаться.

- Одним словом, все будет вполне предсказуемо…

- Пока да…

Беларусь в свое время подписала серьезное обязательство о том, как мы должны проводить выборы в стране. Есть документ ОБСЕ, где расписано все по поводу прозрачности, формирования комиссий, подведения итогов и прочее. Но мы свои обязательства сегодня не выполняем. 

И имеем определенные издержки, в том числе в сфере получения инвестиций, взаимодействия со многими странами мира, это отражается негативно на нашей экономике, развитии социальной сферы. 

Мы обещали, что будем стремиться выполнять международные стандарты, но за прошедший период в этом направлении ничего не сделано, никаких изменений в Избирательный кодекс не внесено. И это печально. 

И это тоже будет накладывать отпечаток на принятие решений теми, кто потенциально мог бы участвовать в президентских выборах. Те, кто уже ходил на выборы, прекрасно понимают, какие результат их могут ожидать…
К сожалению, не очень весело.

- Это точно.

- Но в мире все меняется! И иногда в привычный сценарий вмешивается что-то такое, о чем мы с вами сегодня не знаем и даже не предполагаем. Но завтра что-то случится, и это полностью изменит ситуацию в стране, все расклады. Изменения могут произойти независимо от наших размышлений и от того, как сейчас обстоят дела. 

В этом и интерес жизни – она предсказуема, но не до конца…

17:01 16/01/2019
Поделиться





ссылки по теме
"Мне жаль женщин, которые идут в политику". После таких слов Давыдько в нормальной стране стал бы изгоем
Вelarus in focus: накануне выборов в белорусской оппозиции растет напряженность
Елена Анисим: Первое, что сделаю на посту президента - уравняю два государственных языка