АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия Белгазпромбанк Беларусь-Россия

Стас Карпов: Жалкий золотой век 3

Это письмо, дорогой получатель, про 90-е. Про время крушений и возрождений надежд.

Стас Карпов
Стас Карпов, Публіцыст, паэт. Скончыў у 2005-м філфак БДУ. Працуе графічным дызайнерам.

Вообще, единожды поняв, что никого нельзя убедить ни в чем и переубедить ни по какому поводу, я сам свою писанину стал воспринимать как такие письма в бутылке, которые вроде как больше нужны отправителю. Написал, в Свислочь – плюх, а дальше, слава Богу, мировой океан: может, кто-то прочитает, может покивает головой.

Это письмо, дорогой получатель, про 90-е. Про время крушений и возрождений надежд.

Как написал Андрей Дмитриев, «90-е с их ужасающей нищетой, тотальным дефицитом, криминальными разборками, далее переросшими в эскадроны смерти и проблему бесследно исчезавших людей… Для меня, сына офицера и учительницы, 90-е - это черная полоса унижений от жуткого безденежья и полной социальной беспомощности».

Собственно, после этого текста все рванули вспоминать, а чего там было 25 лет назад. Все рванули и я рванул, практически в последнем вагоне.

Как я понял, «они» сошлись на том, что это был золотой период для нашей страны. Когда «да, было трудно, но мы жили с надеждой и дышали полной грудью свободным воздухом молодой независимой Беларуси». А если кто не согласен, то это потому, что у него нету «национальных и «незалежницких» ценностей». Виталь Цыганков так и написал, что нету национальных и незалежницких, а еще, что «могу догадываться, но не хочу озвучивать, по каким причинам Дмитриеву сейчас понадобилось ругать 90-е.» Ну и «политически-близким» типа меня - тоже перепало.

Короче, они сошлись, что между колбасой и свободой, колбасу выбирают рабы. Ну, значит, так и вышло: они сошлись, а я – не сошелся.

И хотя у меня есть пара аргументов, но нет на них никакой надежды. А я все равно поделюсь.

Во-первых, освобожденные рабы никогда сразу не становятся свободными в нормальном смысле этого слова. Получив «паспорт», они не столько выбирают свободу, сколько не совсем понимают, как самостоятельно добыть колбасу. Поэтому «наблюдателю» нетрудно перепутать первое и второе. Можно вспоминать и Моисея, но лучше - результаты государственного строительства в Либерии силами освобожденных рабов. Если кто не знает, то в начале 19 века освобожденных американских негров отправили в Африку «на землю обетованную», чтобы они там построили себе свой рай. Негры радостно согласились, но рай не построили до сих пор.

Видите ли, то, что рабы после «паденья пут» испытывают огромные надежды на своё будущее – несомненно. Но в своей Либерии они, понимаете, как… они, во-первых, считали местных негров, не знавших рабства, людьми низшего сорта и не исключено, что обвиняли их в отсутствии «незалежницких» ценностей. Ну и вообще, бывшие рабы со всеми воевали и радостно брали в рабство все, что двигалось. Президенты у них менялись исключительно в результате переворотов и никогда не умирали своей смертью.

Сейчас там президент – женщина. Ее очень любят на Западе. Наверное, не за то, что она дала сенаторский пост полевому командиру, который угрохал предыдущего президента, предварительно сломав ему руки, кастрировав и заставив съесть собственное ухо.

Короче, когда мне говорят, что в 90-х откуда ни возьмись появилась свобода, которую потом отобрали, я хочу спросить: раз ее отобрали, – она, наверное, где-то лежит? Надо прийти, взять и опять будет свобода? Так?

Поэтому, во-вторых, думаю, что не стоит путать наличие свободы как наличие с отсутствием жратвы и вниманием государства как отсутствием.

Если на тебя всем плевать - ты свободен не более, чем либерийский негр. Или, скажем, бомж вокзальный. Свобода это достижение высшего цивилизационного порядка. Это право пользоваться понятными и неизменными по сути процедурами для реализации понятных и неизменных по сути гражданских прав. Вот и всё.

Если процедур нет – это не свобода. В стране может быть вера в свободу, надежда на свободу, ожидание свободы, но не быть самой свободы. А если менты тебя не тянут в дурку за несогласие с линией партии, если не убеждают, что работать бесплатно – твой долг, если не дают срок за анекдоты – это свобода только в сознании бывшего раба, который привык к унижениям самым изощренным. Поэтому, я хотел бы сказать, что в 90-х свободы не было, а была надежда: огромная, прекрасная, национальная. О ней в другой раз.

А сейчас скажу лишь что многие журналисты обвиняя народ в том, что он «отдал» свободу подобны докторам, которые лечат не то, что нужно. Народ не отдавал свободу: у него ее не было. Народ потерял надежду и вряд ли ее вернешь, рассказывая «пациенту», что все самое лучшее у него позади и что он не пациент, а чмо, быдло и сам выбрал быть бедным, старым и больным. Возможно, веру он потерял рано, возможно и даже наверняка – зря. Но обвинять кого-то в том, что у него нет надежды – глупо и странно. Надежду можно только дать, поделиться, если она есть у тебя самого, а у наших журналистов ее, как мне кажется, на себя не хватает – отсюда вот это вот всё, вот это, вот это вот.

Вообще, разговоры о духовности в противовес сытости странным образом напоминают мне тот же самый эпос, которым полны престарелые коммунисты.

Им тоже было тяжело, но все компенсировали эманации радости, разлитые над их огромной советской родиной. Он строили светлое будущее. Запускали корабли, работали по 25 часов в сутки, дали образование, выучили, вырастили.

Поэтому все претензии к совку по части отсутствия там сортирной бумаги они воспринимают как плевок в святыню.

В конце концов, кто видел Беломорканал, выдолбленный в каменной плите руками врачей, учителей и прочих, тот не должен мыслить рулонно. Конечно, жизнь в говне с томиком Маркса в руках порождает чувство величия собственной жертвы. Таким образом, только советскому человеку могло прийти в голову, что стоит заменить Маркса на Тарашкевича и можно продолжать строить. Но оказалось, что дело не в томике, а в говне и что униженный человек уже не хочет никакого томика: что он хочет жрать. Сейчас и безусловно.

И когда появился наш луноликий, который вместо того, чтобы призывать к строительству национального государства стал обещать всем эти блевотные человеконенавистнические «хлебушки», «творожочки», «кусочки мяска на празднички» на своем «клочке земли» в трех шагах от «землянок» - народ проголосовал за мяски на празднички.

Это было страшно, это было грустно. Но на мой взгляд тут есть один очень важный момент, который меняет минусик на плюсик.

Я считаю, что для того, чтобы избавиться от лукашенко как идеи навсегда, с ним надо было пожить некоторое время. И если воспринимать историю как закономерность и надеяться на счастливый конец, то лукашенко был полезен, поскольку как явление - своевременен.

Это можно понять если согласиться с тем, что 90-е не были никаким золотым веком и новым этапом. Как смешно видеть партизана в роли беларуского Адама, так и называть 4 года дурдома, хотя и во многом драйвового, прям ренессансом десятимиллионной нации большой европейской страны с тысячелетней историей – как-то хиловато. И, честно говоря, не очень «по-незалежницки».

Я думаю, что 90-е - это был просто всхлип, сбой, красивый, но, видимо, нежизнеспособный. В процессе изменения нашей страны. В процессе создания ее такой, какой мы хотели бы ее видеть. Где наши свернутые в рулон герб и флаг и полузабытый язык, как и наши национальные интересы примут все жители страны, а не отдельная группа «нас», которую назовет какой-то там по счету колонной очередной сельский гуманист.

Ведь кто-бы что ни говорил, но «цвяток радзімы васілька» проступает из-под тонн красно-зеленых тряпочек; но БРСМ – это стыдно даже для самых непривередливых; но творожочки вызывают смех у любителей съездить на выходные попить пивка в Вильню, а их количество растет.

Дети рабов не помнят, что такое рабство, хотя, как водится, имеют достаточно пухлую папку с анамнезами. А тем временем абсурдный человек с огромными руками, наш зубр-Валера, отстаёт каждый день на одну строку в бесконечной летописи жизни моей прекрасной страны.


«Статья в рубрике «Особое мнение» является видом материала, который отражает исключительно точку зрения автора. Точка зрения редакции «Белорусского партизана» может не совпадать с точкой зрения автора.
Редакция не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя.
Вы можете прислать свою статью на почту [email protected] для размещения в рубрике «Особое мнение», которую мы опубликуем».