Олег Рудаков: Сохраняя традиции: беларусы Прибайкалья 4

Беларусы Прибайкалья вдали от исторической родины сохранили свои традиции и до сегодняшнего дня.

Олег Рудаков
Олег Рудаков, член Молодежного клуба "Кривичи"

Основные волны переселения

Когда появились первые белорусы в Иркутской области сказать трудно.

Но по документам мы знаем, что выходцы из Беларуси были уже в составе первых экспедиций казаков и первопроходцев в Сибири.

В начале XVII века между Московским государством и Великим Княжеством Литовским (основу этого государства составляла Беларусь) велись постоянные войны.

Пленных московское правительство отправляла в Сибирь, но не в качестве ссыльных каторжников, а в качестве первопроходцев и воинов. Правда называли выходцев из Беларуси тогда не белорусами (это название закрепилось лишь в XIХ веке), а литвинами по названию государства.

Многие белорусы-литвины достигали больших успехов на царской службе и получали вознаграждения и повышения. Так, например, Ян Куча возглавил посольство к ойратам в 1620-1621 гг.; ротмистр Станислав Бартош руководил поисками соли в Иртышских краях, где открыл солёное Ямышевское озеро в 1610-х годах; Богдан Аршинский ездил «с посольством» в 1625 году в «Колмаки к Ишимовым детям царевича Сибирского», смоленский шляхтич Андрей Ануфреевич Дубенский во главе 300 казаков в 1628г. основал город Красноярск и т. п.

Вскоре в Сибири появляются целые деревни белорусов из Великого княжества Литовского или, как его кратко называли, Литвы.

По документам 1680г. известно селение Литвинцево вблизи Илимского острога Восточной Сибири, которое просуществовало до сороковых годов ХХ века.

Таким образом, мы можем сделать вывод, что первые белорусы появились в Сибири, в том числе и в Восточной её части, в XVII веке. И эти белорусы были в основном первопроходцы и воины.

Вторая волна, безусловно, связана с участием белорусов в восстаниях 1830 и 1863 годов. Тогда, особенно после подавления восстания 1863г. белорусов ссылали в Сибирь целыми деревнями. Но так как в основном это были католики, то зачастую их начали стереотипно называть поляками. Так в Иркутск попал Ян Черский, уроженец Северо-восточной Беларуси (Витебская губерния), Юзеф Калиновский, ближайший помощник Кастуся Калиновского – руководителя восстанием в Западной Беларуси. Калиновские в том числе издавали газету на белорусском языке, которую назвали «Мужицкая правда». Это была первая белорусская газета. Юзеф Калиновский в последующем стал монахом и получил имя Рафаил. Его именем назван Римско-католический храм, который находится на сквере Кирова в Иркутске. Будущие известные учёные: Бенедикт Дыбовский, Витковский и многие др. были белорусами.

Третья волна переселения белорусов в Сибирь, и самая массовая, связана с реформами Столыпина. Начиная с 1902 года, в Иркутский край потянулась целая вереница переселенцев. Они стали основывать свои поселения, сохраняя свой уклад, и даже манеру строить дома.

Так были образованы деревни:

- Чарчэт Тайшетского района;

- Анучинск Балаганского района;

- Тургеневка, Васильевка, Лидинск, Толстовка Баяндаевского района;

- Андрюшино, Ключи, Сулкет, Алкин, Каразей Куйтунского района;

- Мариниск, Бабагай, Жизневка Заларинского района;

- Килим, Нижний Бурбук, Верхний Бурбук, Мугун, Александровка, Икей Тулунского района;

- Иргей Нижнеудинского района;

- и многие другие.

По архивным данным с 1902 по 1912 гг. в Иркутскую губернию переселилось около 300.000 белорусов. Только в Тулунском районе за это время было образовано всего 157 деревень, из которых 124 деревни основали белорусы. Сейчас, правда, многие из этих поселений уже не существуют. Но и сейчас Тулунский и Нижнеудинский районы считаются наиболее «белорусские».

Четвёртая волна – 30-е годы ХХ века. И это не только политические ссыльные. В 1936-37 гг. объявленная коллективизация заставила переезжать в Сибирь многих крестьян, не желавших идти в колхозы. В Сибири же им пообещали, что они будут жить единолично. Правда слова как водится, не сдержали и уже в 1939 году коллективизация прошла и в Сибири.

Так была образована д. Тарнополь Балаганского района, д. Виленск Нижнеудинского района и др.

Пятая волна связана с комсомольскими стройками. Братская ГЭС, Усть-Илимская ГЭС была построена в большей степени белорусскими строителями, которые до сих пор остались жить в Иркутской области. Особенно известен посёлок Улькан на БАМе, который строили белорусские комсомольские отряды.

Ну и наконец, последняя массовая волна переселенцев из Беларуси связана с Чернобыльской катастрофой и выводом ракетных войск из Беларуси. Так в микрорайоне Зелёный города Иркутска, где базируется ракетная дивизия, в каждом доме живёт минимум 5-7 семей белорусов (а всего там домов более 40).

На сегодняшний день трудно точно сказать, сколько белорусов проживает в Иркутской области, но по самым скромным подсчётам не менее 50 тысяч человек. Хотя мои исследования показывают, что чуть ли не у каждого третьего жителя Иркутской области есть белорусские корни.

Сохранённые сквозь века традиции Прибайкальских белорусов

Несмотря на то, что белорусы имеют тенденцию к быстрой ассимиляции и растворению в иноземной среде, многие белорусские анклавы в Иркутской области сохранили свои национальные особенности, пронеся их сквозь столетия.

Это начало проявляться ещё при основании некоторых деревень, в топонимике.

Так, например, как уже говорилось выше: ещё в 1680 году белорусы образовали своё поселение недалеко от Усть-Илимска и назвали его не иначе как «Литвинцево», памятуя о своей Исторической Родине Великом княжестве Литовском (Литва) – ядром которого были белорусские земли. Эта деревня исчезла только после построения Усть-Илимской ГЭС, попав в зону затопления.

В Столыпинскую реформу деревень с откровенно белорусскими названиями возникло ещё больше. Так белорусы основали деревни:

«Килим» (с белорусского на русский переводится как «Ковёр») в Тулунском районе,

«Анучынск» (по-русски «Портянка») в Балаганском районе,

«Ахины» (от белорусско-полесского «ахинай» - «обживай») в Эхирит-Булагатском районе,

«Лидинск» (от названия белорусского города Лида) в Баяндаевском районе,

и многие другие.

Сохранились удивительные Легенды об образовании таких сёл.

Например, деревня Анучынск была названа по такому случаю. Несколько белорусских семей в 1900 году прибыли в Иркутск. Им определили земли для освоения вблизи нынешнего районного центра Балаганск, но место для поселения они могли определить сами в рамках определённой территории. И вот, на подводах, со своим «скарбом» (личными вещами) белорусы двинулись в заданный район. С ними поехал русский чиновник, дабы утвердить новое поселение и отметить его на карте. 350 километров проехали наши предки, дабы добраться до места. Однако не сразу застучали топоры. Что-то не нравилось белорусам. То леса много, то земля не такая хорошая, то вода далеко. В общем, ездят они кругами, никак остановиться не могут. Чиновник уже подустал, нервничает. А этим белорусам никак не угодишь. Да ещё бормачат что-то на своём языке. Пойми их, что им нужно.

И вот заехал обоз на одну гору. Старики вдруг говорят: «Трэба спыніцца, анучы пераапрануць…”. Это значит нужно сделать привал и перевязать портянки. Ну ладно, остановились. А старики огляделись вокруг. Внизу речка весело бежит. Возле речки перелесок. Что-то родным повеяло… И тут, старики говорят: “А куды ўжо ехаць. Тут будзем.” Чиновник обрадовался. Думает: «Вот остановились «анучы» перевязать. Дивное слово какое. А назову я эту деревню Анучынск!»

Вот так и появилась уникальная белорусская деревня Анучынск в Балаганском районе, вытянувшись в одну основную улицу вдоль речки.

Эту историю мне рассказал дед Трахим (так он сам представился), в 1996 году. Трофим Андреевич Дубавец - так по паспорту. Ему тогда было 85 лет. Сейчас его уже нет в живых, а его яркие рассказы я помню… Со временем я их все опубликую.

До установления в Прибайкалье Советской власти в 1920 году белорусские деревни сохраняли свой традиционный уклад и все обрядовые национальные праздники. Об этом есть многочисленные свидетельства.

При этом они не поощряли, а иногда и запрещали смешанные браки с другими народами. Есть рассказы, как «ахинцы» специально искали белорусские деревни в других районах, дабы отправить туда своих сватов. Но, конечно же, смешенные браки всё равно были. Особенно с бурятами. Есть даже отдельные рассказы, что браки с бурятами были вынужденной мерой. Особенно в Баяндаевском районе.

Дело в том, что в этом районе были земли для пастбищ бурятских многочисленных стад коней и овец. Белорусские переселенцы с подачи российских чиновников вынуждены были ставить свои сёла на этих пастбищах, чем провоцировался конфликт. И только породнившись с каким-нибудь бурятским родом у белорусов появлялся шанс «обжиться» на этой территории.

После окончательного установления Советской власти, соблюдение обрядовых национальных праздников для белорусов стало более проблематично. Так как новые чиновники считали это проявлением архаизма и «буржуазности». Есть рассказы старожил, что приходилось иногда «втихушку» собираться и отмечать какой-нибудь праздник.

Однако в некоторых деревнях национальные праздники всё же сохранялись. Например, в д. Андрюшино Куйтунского района и в советское время традиционно ежегодно проводили Купальле.

Также в советское время появилась новая форма, позволяющая беларусам сохранять традиционную культуру. Почти в каждой деревне строились клубы. А в этих клубах создавались Ансамбли Народной песни. Это давало возможность белорусам собираться на репетиции и петь свои старинные песни. Некоторые Ансамбли славились на всю округу.

Так, например, сильными коллективами были:

- Ансамбль «Марусенькі» села Тарнопаль Балаганского района;

- Ансамбль «Варэнічкі» села Тургеневка Баяндаевского района;

- Ансамбль «Рушнічок» деревни Сулкет Куйтунского района;

- и многие другие.

К сожалению, процесс русификации и потери своих национальных черт в советское время шёл очень активно. Ещё в царское время бытовало утверждение, что если ты родился в Сибири, значит русский. В советский период это утверждение только усилилось. В паспортах в графе национальность всех белорусов рождённых в Иркутской области записывали не иначе как русскими. С этим мирились и сами белорусы.

Приведу один характерный пример.

В деревне Тарнопаль Балаганского района тётя Дуся Заикина (так она представилась, и все её в деревне так называют) мне говорила (сохраняю манеру изложения интервьюируемого):

- Вось сястра мая, дык яна беларуска, я дык ужо русская!

- Как это? – переспрашиваю я – Вы что не родные? У вас не один отец?

- Ды не! И бацька у нас адзин, и маци…

- Так, а как это получилось, что вы родные сёстры по национальности разные?

- Ну дык, яна ж радзилася у Беларуси, дык яна беларуска, а я тут радзилася – дык я русская – раздражённо объясняет тётя Дуся.

А я вновь:

- Ну хорошо, ну раз вы родные, то кровь то у вас одна!

- Ну кроў у нас адна – задумчиво сказала тётя Дуся, и тут же уверенно добавила – Але ж кали я прыйшла пашпарт палучаць, мне сказали, што я русская. Дык я - русская!!

При этом «русская» тётя Дуся показывала невиданное знание белорусской традиционной речи.

Процессу ассимиляции способствовала и образование. Почти в каждой белорусской деревне в советское время открывалась школа. Зачастую учителя приезжали «из вне». Им было тяжело понимать местных ребятишек. Возникали казусные случаи. Но приезжие учителя усиленно старались избавить детей от «деревенского говора».

Вот что вспоминала учительница Маргарита Еремеевна Гуревская из деревни Тургеневка Баяндаевского района:

«Когда я, молодая учительница, приехала в эту деревню, меня поразило здесь всё. Сама деревня: улицы ровненькие две основные, с переулками через каждые шесть домов. Как орнамент белорусский: параллельно-перпендикулярное расположение улиц. Но когда я первый раз открыла классный журнал, моему удивлению не было предела. Такие странные фамилии, многие оканчиваются на –ич: Тюшкевич, Макаревич, Пазьнякович и т.п. Думаю кто это такие? Откуда они? А как мне вначале трудно было. Я им объясняю на русском языке, а они меня не понимают. Вот, например, показываю картинку и говорю: «Ручей мелкий…» А в классе тишина, вижу не понимают меня дети. И вдруг один мальчик догадывается и говорит: «Плыткі !» Все как загалдели, поняли, значит. Ой, намучилась я первое время. Я их русскому языку учу, а они меня местному деревенскому учат. Вот так было. А потом я замуж вышла за местного хлопца. Теперь я их хорошо понимаю. А вышла когда на пенсию, стала замечать, что иной раз и сама «по-деревенски» разговариваю.»

И всё же белорусы Прибайкалья сохранили свою традицию и до сегодняшнего дня!

Возрождение традиционной культуры белорусов Прибайкалья

Новый всплеск интереса к традиционной культуре, белорусы Прибайкалья стали проявлять в 90-е годы. С распадом Советского Союза практически все народы Сибири почувствовали острую необходимость в своём национальном возрождении.

Для белорусов нашего региона знаковым событием стала дата 31 мая 1996 года. В этот День состоялся Учредительный Съезд белорусов Иркутской области, на котором была образована Региональная общественная организация «Иркутское товарищество Белорусской культуры имени Я.Д. Черского» (ИТБК).

Активом этой организации за 18 лет была проведена колоссальная работа по возрождению, сохранению и развитию Традиционной культуры белорусов в Прибайкалье.

На сегодняшний день существуют 12 отделений этой организации по Иркутской области. Также из ИТБК вычленялись ещё два самостоятельных общественных объединения: Местная Национально-культурная автономия «Беларусы Черемхово» и Иркутская городская общественная организация «Молодёжный клуб Крывічы».

Все эти организации способствуют широкому распространению белорусской традиционной культуры в нашем регионе.

В области существуют уже 19 творческих белорусских коллектива, два детских театра, открылись при школах и клубах различные студии и секции по белорусскому фольклору, танцам, ремёслам и пр.

Ежегодно по всей области проводятся белорусские праздники: Каляды, Грамніцы, Гуканьне Вясны, Купальле, Дажынкі, Багач, Дзяды, и др.

Белорусская молодёжь возродила традицию тематических Вячорак, где все желающие обучаются старинным белорусским танцам.

Проводятся Литературные и Исторические вечера, конференции, круглые столы.

Одним словом, сегодня мы можем с уверенностью сказать, что Белорусы Прибайкалья занимают стойкую позицию по сохранению и развитию своей этнокультуры вдали от Исторической Родины.

Примечательно ещё и то, что все три вышеперечисленные организации являются общественными и не имеют в своём распоряжении штатных сотрудников. Однако энтузиазм белорусских активистов в Прибайкалье ставит работу этих объединений на достаточно профессиональный уровень. Ежемесячно в Иркутской области в новостных лентах мы слышим о том или ином мероприятии белорусов.

При этом в финансовом плане приходится рассчитывать в первую очередь на свои личные средства, средства спонсоров и те субсидии и гранты которые удаётся получить из местных и областного бюджетов. Республика Беларусь в этом плане не осуществляет никакой финансовой поддержки.

Это ещё раз подчёркивает внутреннею необходимость Белорусов Прибайкалья к возрождению, сохранению и развитию своей этнокультуры даже вдали от Исторической Родины.


«Статья в рубрике «Особое мнение» является видом материала, который отражает исключительно точку зрения автора. Точка зрения редакции «Белорусского партизана» может не совпадать с точкой зрения автора.
Редакция не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя.
Вы можете прислать свою статью на почту belpartisan@gmail.com для размещения в рубрике «Особое мнение», которую мы опубликуем».