АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Референдум Белгазпромбанк Беларусь-Россия Павел Шеремет Экономический кризис Эпидемия

Сергей Трушкевич: История моей семьи 22

Сейчас все спорят о нашей белорусской истории. За всю истории не скажу, только  - о своем боевом деде.  

Сергей Трушкевич
Сергей Трушкевич

Написать этот пост меня сподвигла статья на сайте "Белорусский партизан"  о белорусских партизанах  и комментарии, не всегда объективно освещающие работу подразделений ГРУ - военной разведки. Предупреждаю сразу -  никаких разоблачений в моей статье вы не найдете. 

Все, что изложено - собственные мысли и выводы, основанные на рассказах очевидцев  описываемых событий. Многих уже нет с нами, но память жива…

Жил-был Василий Бобров (1913-1944 гг.). Следует сказать, что отец у Василия был “слуга царю, отец солдатам”- офицер с 3-мя Георгиями, полученными  еще солдатом. Поговаривали, что и 4-ый (до полного) назначили, да вручить не успели…Попал  в опалу  к новой власти и был сослан в Псковскую область. Для тех, кто не в курсе, поясню:  получить солдатский Георгий  было трудно,  и до второго креста  редко кто-то солдат доживал…

Из Псковской области в Беларусь вернулся Василий. Сначала в Борисове работал на железной дороге (1933-1936 гг.), затем в Минск переехал (1936-1944 гг.) и трудился  на товарной станции. 

Началась Великая отечественная война.  Хорошие специалисты и оккупантами ценились,  особенно на таком стратегическом объекте, как железнодорожные коммуникации…"И ходил Василий на работу под конвоем – “в спину упирался немецкий автомат, а вокруг - “глаза и уши” подпольщиков…”, - записал со слов очевидцев:  жены Василия – Марии Бобровой. 

Жена Мария часто брала у немцев “аусвайс” -  пропуск в Логойский район “для закупки продуктов у родственников”.  Так была налажена цепочка поставки информации с товарной станции Минска “в центр” (через леса Логойского района, где дислоцировались отряды "бригады Димы").

 

С начала войны сотрудниками НКВД  в лес под Логойском была заброшена диверсионно-разведывательная группа в составе 5-7 человек  для организации партизанского движения.  

Вскоре это была уже действующая боевая единица в 600-700 “штыков”, а с учетом хозслужб и вспомогательного персонала - до 1000 человек. И это всего лишь в 30-40 км от Минска!

Донесения Василия  прятали, вплетая  тонкую бумагу в косы. Иногда Марии “выдавали пистолет” и наказ: "Лiчы кулi, бо апошняя-цябе”. 

После убийства гауляйтера Кубе Василий Бобров был вынужден забрать семью и уйти в лес к  партизанам.

Как он собирал продукты для партизан, выполнял задания до 1944 года, как с детьми и односельчанами  пережили блокаду в землянке, как Мария работала санитаркой, спасая партизан , - это уже совсем другая история. 

Приведу  несколько  доводов в пользу ГРУ и их полезности  во время войны.

1. Существует распространенное  и ошибочное  мнение, что Сталин до последнего не верил в коварство Гитлера и не делал никаких телодвижений в сфере создания агентурной сети на западных рубежах. Может не благодаря Сталину, а вопреки  спецы НКВД-ГРУ  с 1930 года. 

2.  Засылкой людей за линию фронта (в тыл врага) проводилась также работа по линии НКВД и партийного советского аппарата (ЦК КПСС).

Но,  как правило, группы, засылаемые ГРУ,  оперативнее и мобильнее выполняли задания, формировали свои сети и привлекали на свою сторону население (не только для боевых действий , но и в качестве сбора информации, оружия, продовольствия и медикаментов).

Пример: уничтожение гауляйтера Кубе. (Одна из наглядных операций, где спецы ГРУ “выполнили задание”, при наличии конкурентов. Дело в том, что приказ на физическое устранение Кубе был выдан для 3 –х групп подпольщиков).

3. Командование групп, сформированных ГРУ,  никогда  не приписывало  себе показателей  по “уничтожению живой силы врага и его техники”. В центр шла только достоверная информация.

4. Следует указать на неадекватность мер фашистских карателей.

Так в начале войны на “восточном фронте” был застрелен чемпион Олимпийских игр 1936 года, легкоатлет и  любимчик фюрера. В ответ начали сжигать деревни. 

После убийства гауляйтера Кубе каждый третий подпольщик Минска был расстрелян…

Надеюсь, я хотя бы частично убедил, что мы выиграли войну благодаря  тупости или прозорливости вождей,  но и  благодаря профессионализму сотрудников военной разведки. 

Василий Бобров, мой дед по материнской линии, лежит на Военном кладбище. После освобождения Минска 3 июля ему оставалось жит ь 9 дней.  Он погиб 12 июля. 

“Дядя Дима” был взорван в самолете, перевозившем весь командный состав Белорусского партизанского движения   в Москву…Споры о том, кто виноват -“нямецкия дивярсанты” или же свои,  не утихают до сих пор. Хочется верить, что это все-таки были “хвашисты". 


«Статья в рубрике «Особое мнение» является видом материала, который отражает исключительно точку зрения автора. Точка зрения редакции «Белорусского партизана» может не совпадать с точкой зрения автора.
Редакция не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя.
Вы можете прислать свою статью на почту [email protected] для размещения в рубрике «Особое мнение», которую мы опубликуем».