Священник Леонид Акалович: Мы не хотели бы заниматься политикой, но нас втягивают

Самый возрастной кандидат в депутаты, священник Белорусской автокефальной церкви Леонид Акалович идет на парламентские выборы от Партии БНФ и искренне верит, что смог бы изменить Беларусь к лучшему. Он убежден, что из нашей страны нужно депортировать тех, кто не признает ее независимости, что белорусский язык должен быть единственным государственным, а говорение на родном языке - лучшее оружие против российской агрессии.

Священник Леонид Акалович: Мы не хотели бы заниматься политикой, но нас втягивают
В инициативную группу кандидата Леонида Акаловича входят самые разные люди - разных политических взглядов и профессий. Противостоять ему по округу будут пенсионер от ОГП, члены либерально-демократической партии и компартии Беларуси, главврач и заместитель директора управления капитального строительства от Республиканской партии труда и справедливости. Есть ли при таком раскладе шансы попасть в парламент, чем живет сегодня БАПЦ и зачем священнослужителю в 77 лет идти на выборы? Об этом Отец Леонид Акалович рассказал в интервью "Белорусскому партизану".

- Расскажите о Белорусской автокефальной церкви (БАПЦ): как она сегодня существует в Беларуси?

БАПЦ - это древняя церковь с богатой историей, мы ведем свое начало со времен Ефросиньи Полоцкой. Наш белорусский приход так и называется - Ефросиньевский. Мы молимся нашим белорусским святым, например, Кирилле Туровскому. Молимся также и мученику Мелхиседеку (Паевскому), который в 20 веке фактически возродил автокефальную церковь. 

Сегодня БАПЦ существует в Беларуси и за рубежом. Наша Церковь существует в Минске, есть несколько приходов в других городах. В зарубежье представлена нашим архиепископом Святославом Логиновым, который живет в Канаде. Есть также церковь Кирилла Туровского в Нью-Йорке. Я там, кстати, служил целый год. Приходы существуют также в Австралии, Англии, Германии.

Мы крестим детей, отпеваем умерших, отпеваем за упокой, то есть выполняем все христианские требы, не только в Минске, но по все Беларуси.

Мы уже много раз подавались на регистрацию, но нам отказывают под разными предлогами: говорят, что мы деструктивная секта, или цепляются к юридическому адресу - то там вода течет, то потолки не такие. То, что БАПЦ существовала в 20-е годы, имела статус, они назвали анахронизмом. Они требуют, чтобы мы ушли в лоно РПЦ, но мы не хотим подчиняться антинародной русской православной церкви. 

По Конституции у нас все могут исповедать любую религию, ничего антиконституционного мы не делаем. Но у нас переворачивают все вверх ногами. Есть приказ не пропустить - и все тут.

БПЦ московского патриархата по сути не является белорусской, хотя она себя так и называет. Она является пророссийской, агрессивной, захватническою церковью. Это церковь, которая благословляет на войну, а не на мир. Вспомнить хотя бы последние события в Украине.

- А в чем различия БАПЦ от БПЦ?

- Начнем с того, что все известные самостоятельные православные церкви автокефальные, сегодня их 14. Только когда церковь достигла уже высокого уровня самостоятельности, независимости, слово "автокефальная" опускается. Российская православная церковь также по сути автокефальная.

Наше главное отличие в том, что мы молимся на родном белорусском языке, а не на москальском. А канонически мы ничего не меняем, что было заложено учениками Христовыми - апостолами, и святыми отцами. Мы боремся за чистоту своего языка, так как это шестой конфессиональный стиль нашего литературного белорусского языка, и мы стараемся избегать москализмов-руссизмов и церковнославянизмов. Чистота родного языка, так же как и говорение на нем, является оружием против московской агрессии.

- Вы идете на парламентские выборы в качестве кандидата в депутаты. Когда собирали подписи за выдвижение, как к вам относились люди?

Подписи за меня собирали не как за священника. Мой стенд был просто как от активиста БНФ. В день Грюнвальдской битвы, правда, я был в священническом и прочел панихиду. Люди подходят, интересуются. 

Хочу сказать, что у людей постепенно растет заинтересованность в автокефальной церкви и разочарование в БПЦ, которая является в нашей стране рукой РПЦ.

Много людей отошло от православия, особенно после войны в Украине, которую развязала Россия. Люди видят и слышат, что это не Божья церковь, а сталинская, КГБ-шная. Какой была она такой при Сталине, такой и осталась теперь - при Путине. Сегодняшний московский патриарх - известный КГБ-ист, как и предыдущий.

Некоторые православные белорусы пошли к греко-католикам, католикам и протестантам. Ведь в этих церквях есть службы, которые ведутся по-белорусски. 

- Вот вы говорите, что интерес у людей растет. А я слышала мнение активных православных христиан, что они с настороженностью относятся к БАПЦ. Мол, они против раскола Церкви Христовой и очень болезненно реагируют на это. Вместе с тем, они хотели бы, чтобы БПЦ была автокефальной и иерархом выбирался белорус.

Это московская церковь - раскольники, это она раскалывает наш народ, нашу нацию. Мы же молимся за Беларусь, белорусский народ на родном языке. Кого мы раскалываем? Они незаконны на нашей территории, захватили со штыками нашу землю в 18 в. Эта церковь антибелорусская, она не способствует объединению нации, а наоборот - разъединяет.

Митрополит Павел вот заявил недавно, что уния не является национальной религией белорусов, обидел стольких верующих, греко-католики не утихают до сих пор. Церковь была национальной для белорусов, почему ее не принимать? Нужно мирно и дружно жить со всеми. Если БПЦ не принимает греко-католическую церковь, то что тут говорить о БАПЦ? 

Греко-католики, или как их называют - униаты, это те же православные. В 16 веке они ушли под Папу Римского после Брестской унии, чтобы не быть под Московией. Московия в 16 в. душила, вы знаете, что делал Петр Первый в Софийском соборе в Полоцке (Во время Северной войны по приказу Петра I собор использовался как склад амуниции и боеприпасов, а после взрыва в 1710 году был значительно разрушен - авт.), как приходили на наши территории исламистского характера люди, которые считали себя верующими и разрушали православные храмы, грабили церкви. Православные же, единоверцы, но нет, грабили и забирали все в Московию. Забирали не только богатства, но и людей, ремесленников. Белорусы костьми ложились при заложении Санк-Петербурга, во времена Российской Империи сражались за Крым, за Балканы. РПЦ, как и восточная держава, была всегда агрессивна. Так и сейчас, она не может примириться, что Украина и Белраусь добились самостоятельности. Они 20 лет не признают нас как народы, мы все по их мнению - испорченные русские.

Если они такие побратимы по церкви, почему Филарет, скажем, ни разу не пришел поздравить с каким-нибудь большим религиозным праздником в костел Кондрусевича? На одном уровне, митрополиты, могли бы встретиться, поговорить.

Униаты, БАПЦ, католическая церковь в большинстве, протестанты в основном национальные, ни одну из этих церквей нельзя запрещать. 

- Вы довольно резко говорите о БПЦ. А есть ли там люди, которые все же патриотично относятся к Белауси и белорускости?

Конечно есть. То, что происходит в наше время, многих заставляет задуматься над этим. Были в БПЦ и сторонники автокефальной церкви, мы даже встречались с некоторыми представителями и вели разговоры. Они сейчас ведут службы по-белорусски. Но в некоторых церквях можно очень редко услышать белорусский язык на службах, да и проходят белорусскоязычные службы в неудобное время, например, рано утром в субботу.

Раньше некоторые священнослужители БПЦ нас ругали, но ситуация понемногу меняется. Сейчас мы дружим, обмениваемся книгами, бывали на конференциях, проводимых БПЦ. Поддерживаем развитие белорусскоязычного богослужения. Поэтому, мне кажется, БАПЦ помогает БПЦ белорусизироваться в Беларуси. В этом наша маленькая заслуга. Они видят же также, что многие автокефальные церкви на родных языках молятся, а не на иноземных.

Я являюсь не только руководителем нашей Ефросиньевской общины, но и диаконом минского церковного округа. Фактически я единственный протеирей на всю Беларусь остался. У нас готовятся, заканчивают учебу два диакона. Теперь еще ищем кандидатов. Ведь без своих кадров мы ничего не сможем сделать. Будут кадры - тогда мы можем расширяться.



- Вы активно задействованы в политике. Вам это не мешает заниматься церковными делами?

Церковь - это политика. Она во все времена шла рядом с государством, всегда участвовала в политике. РПЦ говорит о триединой святой Руси. Идея триединства рухнула, когда РПЦ благословила "зеленых человечков" в Украине.

Мы бы не хотели заниматься политикой, но нас втягивают. Мы любим свою Родину, не выступаем против нашего государства, своего народа. Мы за народ, за Родину, целостность и демократичность, с миром и уважением друг к другу. 

Мы особо не высовываемся. Хотя и ходим на митинги, шествия, молимся там. В последнее время нас там не хватают, не тягают. Таким образом тоже привлекаем к себе людей. Приходят и молодые люди. 

Я как священник ездил освящать людей, которые погибли. Например, могилу Михаила Жизневского.

В Старых дорогах крест освящали, установленный в память 25 мирных жителей, убитых членами 2-й Минской партизанской бригады 15 апреля 1943 года. Меня тогда оштрафовали на 30 базовых. Тот крест, что мы ставили, на следующий день срезали, но сохранили и поставили недалеко от церкви при дороге, покрасили. Мы ездили к нему молиться. Мы помолились за расстрелянных мирных жителей, а после пошли помолиться за тех, кто расстреливал - к братской могиле, где лежат советские солдаты. Давайте сегодня искать примирение, чтобы сегодня подобного не повторилось.

Часто бывал на "Слуцких збройных чынах", благословлял молодежь БНФ. Езжу туда, куда попросят. Это наш священнический долг, быть с людьми, помогать им делать добрые дела. 

- Вы самый пожилой кандидат на этих выборах - скоро вам будет 77 лет. Скажите, зачем вам нужно участие в избирательной кампании?

А вдруг Господь Бог пошлет понимание в верхи, и я пройду в правительство? Конечно, это мало вероятно, но я так смотрю, каждый раз все партии ходят, себя пропагандируют во время избирательных кампаний, встречаются с людьми, находят новых единомышленников, а мы сидим как мышь под веником. Поэтому нам тоже надо шевелиться и идти к людям. 

Мне предложила Рада БНФ нашего района принять участие в выборах. Я отнекивался сначала, не хотел, а после подумал, а что я теряю? Я, кстати, однажды участвовал в выборах, в 1990-х годах - не прошел. 

Я сначала хотел пойти от БХД, хотя и был в БНФ. Я говорил на заседании БХД, что надо заниматься белорусизацией, чтобы церковь была не только христианской, но и белорусской. Они этот вопрос не ставили. Я был на Сойме, говорил свои замечания, но меня никто там не слушал. Я вышел из БХД. Если они не принимают ни меня, ни автокефальную церковь, почему я должен их принимать?

БНФ нас принимает, Владыка приезжал, и мы здесь проводили службу. БНФовцы-позняковцы, правда, меня на некоторых акциях отгоняли, например, на "Слуцким збройным чыне" или в Куропатах. Позняк и компания считают, что мы тут все продажные, агенты КГБ, он только один святой. Хотя я встречался с Позняком, когда служил в Бруклине в церкви Кирилла Туровского, мы в принципе в хороших отношениях. 

Мы стараемся объединяться в нашей любви к Господу и Отечеству. В избирательной кампании вокруг меня объединились и левые, и центристы, и художники, и простые рабочие. В моей инициативной группе самые разные люди, представители различных партий, например, кроме БНФ, есть социал-демократы, ОГП, молодежь БНФ, те, кто стремится возрождать именно нашу историю.


- С чем вы идете на выборы? Если вы вдруг попадете в парламент, что будете там делать?

У нас нет порядка, вся власть фактически сконцентрирована в одни руках, нет разделения на законодательную, судебную и исполнительную власти. Если бы я попал в депутаты, я бы старался этот принцип проводить, чтобы у нас было разделение властей. Еще я выступал бы за то, чтобы Беларусь была нейтральная, независимая, свободная, демократическая. Я бы продвигал идею, что нужно усилить защиту, сделать границу с Россией от "русского мира". Перекрыв границу, нужно вычищать нашу страну от русского мира, представители которого сегодня у нас здесь делают что хотят. Депортировать тех, кто не признает нашей независимости, нашей истории и языка, нашей национальной церкви.

Надо вернуться к Конституции 1994 года - должен быть единый государственный белорусский язык. Двуязычие загнало белорусский язык в подполье, ликвидировало в системе образования. Мы пишем десятки писем в различные инстанции, администрацию президента, правительство, министерства. Все отвечают, что у нас все в порядке, преподавание белорусского языка вводится с начальных классов, равное количество часов с русским. Такие хитрые отписки, эти бюрократы загнали языковую тему в политику!

- Вы считаете, что сегодня белорусы готовы так сразу перейти на единый белорусский язык?

Я помню 90-е годы, процесс белорусизации шел нормально, никто не бунтовал. Во время возрождения была такая эйфория, такая эпоха, было незабываемый время, когда возрождалось все белорусское. Дай Бог дождаться нам снова такой эйфории. Мы ходили по церквям, я участвовал в возрождении белорусской католической общины. Православие было сложнее пробить, более активными были католики и греко-католики.

Еще бы прошло 5 лет - и не было бы такой ситуации с языком, как сейчас. Но ликвидировали то демократическое существование. А теперь русский язык не считается иностранным, он как бы равноправный, но равноправия с белорусским нет. В школах изучают европейские языки, вот теперь и китайский добавили, а свой? Вокруг засилье русского языка. 

Но, несмотря на это давление, идет постепенное возрождение. Идет на уровне людей, особенно молодежи. Власть также поворачивается уже к белорусскому языку, с вышиванками, белорусскоязычной рекламой. Как бы они ни давили, процесс идет обратный. Чем больше сжимают, тем больше идет сопротивление. И события в Украине это еще больше подтолкнули, как это ни кощунственно звучит, но они поспособствовали возрождению белорусского языка, истории и культуры. 



Справка. Отец Леонид Акалович - священник, языковед, педагог, генеолог, общественный деятель. По образованию филолог, в 1967-2005 годах работал в Белорусском государственном педагогическом университете преподавателем белорусского языка. Занимается исследованием белорусской церковной истории, обосновал наличие шестого, богослужебного, стиля белорусского языка, который до сих пор официально не признается, после чего сам начал возрождать практику белорусского богослужения, став священником БАПЦ, переводить на белорусский язык молитвы, псалмы, Священное Писание и богослужения.

Верующие Белорусской автокефальной православной церкви находятся в Беларуси на полулегальном положении. За пределами Беларуси существует шесть приходов БАПЦ: в Нью-Йорке и Хайленд-Парке (Соединенные Штаты Америки), в Манчестере (Великобритания), в Торонто (Канада), а также в Аделаиде и Мельбурне (Австралия).

05:14 18/08/2016

ссылки по теме
БАПЦ поддерживает украинскую автокефалию
В Беларусь не пустили делегата Съезда белорусов мира из Украины - священника Логина
Глава БАПЦ: На Рождество Белорусская Церковь молится за борцов за независимость страны
Комментарий - 7




‡агрузка...