АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Олимпиада Запрет полетов Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа

Создал в Иркутске маленькую Беларусь, «скраў з Сібіры жонку» и через 35 лет вернулся в родную деревню: удивительная история белоруса Олега Рудакова

Известный в России белорус Олег Рудаков выступал на одной трибуне с Василем Быковым, привез домой 5000 книг и забытые народные танцы. Сейчас они с женой перезимовали, посадили картошку и принимают Беларусь такой, как есть

Олег с женой Олей поселился в доме, который построил еще его дед. Фото: Раиса Юдина

Найти в деревне нужного человека проще простого - спроси первого встречного. Но мой вопрос «Где тут дом Олега Рудакова?» вдруг озадачил местного жителя в Бездедовичах, пишет kp.by.

- Ну тот, что недавно из Иркутска вернулся, - уточняю на всякий случай, хотя была уверена, что в деревне, где Олег вырос, его все знают.

- А! Так бы і казалі! - обрадовался местный. - Вы праехалі яго хату. Вам нада вярнуцца да астаноўкі.

Подъезжаю к указанному дому. Когда навстречу выходит мужчина в белой футболке с надписью «КРЫВІЧЫ- ИРКУТСК», я уже не сомневаюсь, что это он, Олег Рудаков, иркутский белорус, который зимой вернулся с женой из Сибири на родину в Полоцкий район.

Найти дом Рудакова в деревне, где много однофамильцев, оказалось несложно - достаточно было уточнить: "Той, што з Сібіры сюды вярнуўся".

- Дык нас тут шмат у вёсцы Рудаковых, таму вам не адразу і сказалі, - объясняет он. И предлагает продолжить знакомство с местностью, а потом уже вернуться к его личной истории.

Начинаем с усадьбы Римского-Корсакова, родственника известного композитора.

Элегантное здание, построенное в конце XIX в., неплохо сохранилось. Правда, дух аристократии выветрен начисто - в советские времена здесь была больница, потом больница сестринского ухода.

А теперь его выкупили, но что здесь будет, пока неизвестно. На территории усадьбы сохранились здание мастерских из красного кирпича, вполне еще крепкий дом эконома и… памятник Ленину, увенчанный бюстом. Рабочие колхоза когда-то просто взяли и установили. От всей души.


От былой роскоши в усадебном доме осталась необычная геометрия помещений...

Но между усадебными постройками сейчас - трава по пояс.

И озеро, на котором при его бывших хозяевах плавали лебеди белые и черные, заросло.

Самая необычная достопримечательность на территории усадьбы Римского-Корсакова - памятник Ленину от колхозников.

Олег рассказывает и о прошлом усадьбы, и о своих предках. Про хозяйственного деда-хуторянина, которого только под страхом ссылки в Сибирь заставили вступить в колхоз. Про отца, который был мастером на все руки. Похоронен он на кладбище при храме, который строился как фамильная церковь-усыпальница Римских-Корсаковых. Храм красивый но, увы, недореставарированный и безымянный. Церковных служб здесь не бывает даже по праздникам.

Вокруг церкви, построенной как семейная усыпальница, образовалось кладбище.
Фото: Раиса Юдина

- Тут падземны ход быў. Ёсць легенда, што ён з капліцы да маёнтка вёў. Мы малымі там лазілі, - вспоминает Олег. - Ён быў трошкі завалены, і мы неяк дамовіліся, што збярэмся, возьмем ліхтарыкі, факелы і паходзім там. Але нехта прагаварыўся бацькам...

Храм вроде реставрируется, и есть надежда, что когда-нибудь здесь начнутся службы.

Еще в школе хотел увидеть Байкал – и прожил возле него более 30 лет

- Алег, як атрымалася, што вы, вясковы беларускі хлопец паступілі ў вайсковае вучылішча ў Цюмені? Ці ж вам у Беларусі было іх мала?

- Сібір хацеў паглядзець. У дзяцінстве пабачыў фільм пра Байкал, вельмі ўразіўся. Дастаў мапу, паглядзеў дзе тое возера. Не, думаю, ніколі не дабяруся. А вось 31 год пражыў ля Байкала! Спачатку у Чыту размеркавалі, пасля ў Іркуцк.

Увольнение Олега из армии - история, как он говорит, “цьмяная». Во время службы он отморозил ноги - ехал на спортивные соревнования в холодной машине зимой, и оказался единственным, кому не досталось валенок. Доехал в сапогах, не чувствуя ног, но еще третье место умудрился занять. Начались проблемы с почками. И на обследовании увидели, что почка у него только одна. А раз так, то его спешно комиссовали без права на пенсию – мол, тебя по ошибке взяли. А когда на следующем УЗИ обнаружилось, что вторая почка есть, просто она уменьшилась, его медицинскую карту спешно «потеряли», чтобы не создавать шума вокруг этой истории. Такое могло случиться только в лихие беспредельные 90-е… После увольнения Олег и таксистом работал, и учителем. Но важнейшим делом жизни у него был Иркутский белорусский клуб «Крывічы», который он сам же и создал, объединив вокруг себя этнических белорусов.

Когда-то дед Олега Рудакова жил на хуторе. В годы советской власти его несколько раз приходили агитировать в колхоз. И когда он еще раз отказался, разобрали крышу дома, пока его не было, и пригрозили ссылкой. Он переехал в деревню и построил дом.

- Пачалося з таго, што ў Іркуцку я выпісваў газету “Літаратура і мастацтва” на беларускай мове. Дужа любіў яе чытаць. А аднойчы нават захацелася нешта сваё выказаць. Напісаў адозву на нейкі артыкул наконт адраджэння мовы і адправіў у Мінск. Яго ў газеце надрукавалі і мне напісалі пісьмо - запрашаем у рэдакцыю, як будзеце у Мінску. Я і зайшоў, як прыехаў у адпачынак у Беларусь. Гэта быў 1995 год. З’езд Таварыства беларускай мовы. А я на ёй размаўляю з дзяцінства! Мяне запрашаюць на гэты з’езд у Дом літаратара, маўляў, ваш погляд цікавы, вам ёсць што сказаць. А там на трыбуне такія людзі: Васіль Быкаў, Ніл Гілевіч, Генадзь Бураўкін. І людзей процьма. Першае жаданне было збегчы, але ж неяк няёмка. Выступіў. Час мне не абмяжоўвалі, усім было цікава мяне слухаць. І як пачалі да мяне людзі у перапынку падыходзіць – цэлая чарга, я нават на абед не паспеў схадзіць. Пытанні задавалі, знаёміліся. Я шмат цікавага ад іх пачуў пра мову, гісторыю, што дагэтуль не ведаў.

У Іркуцку стварыў беларускі клуб. Сабраўся дружны калектыў, людзі, якія сталі сапраўднымі аматарамі беларускіх традыцый. Пачалі захапляцца вывучэннем беларускай мовы, рабіць сабе нацыянальныя строі, вывучасць народныя святы, традыцыі. Некаторыя кажуць, што мы там стварылі сваю маленькую Беларусь. І такі брэнд расакручаны ёсць - Беларусы Прыбайкалля. Гістарычная радзіма не дапамагала нічым, самі навучыліся усё рабіць.


"Від на жыхарства заняў шмат часу і абыйшоўся каля 1000 рублёў - даведкі платныя, а медкаімсія для грамадзян Расіі у тры разы даражэй”

Мы возвращаемся с экскурсии по Бездедовичам в дом, где Ольга, жена Олега, уже ждет нас с обедом. На деревенской кухне мило и уютно, хотя здесь, как и во всем доме штабеля не распакованных коробок. Прежде чем все достать и разложить по местам, Олег планирует подремонтировать дом. Где-то пол прогнил, где-то стену надо снести. Но сам дом, построенный еще дедом Олега, и постройки вокруг, учитывая, что здесь давно не было хозяина, выглядят очень прилично.

-Вось тут хлявы былі. Тут карова стаяла, зараз, на жаль. няма. Тут лазня, вось дроўнік, там куратнік. Дзве курачкі нават бегаюць недзе, - показывает свои владения Олег. – Тут пуня. Спачатку трэба тут зрабіць падлогу, перанясці сюды нашы рэчы, каб спакойна рамантаваць хату.

- У вас там столькі каробак, што, напэўна, вагон для перавозкі трэба было арэндаваць!

- Ну не вагон, а фуру. Усё гэта кнігі у асноўным. Пяць тысяч кніг. Розныя – па этнаграфіі, філасофіі, гісторыі, мастацкая літаратура ёсць. Я пакінуў таварыству беларускай культуры у Іркуцку і нашаму клубу “Крывічы” каля 1, 5 тысячы кніжак.

Из Иркутска Олег привез пять тысяч книг! Они рассортированы по коробкам и помечены.

Олег не без гордости показывает свой огород: лук, картошка, капуста, свекла, подсолнухи, кабачки и тыква. Чтобы все это посадить, землю, которая несколько лет не обрабатывалась, пришлось четыре раза перепахивать, а потом еще руками перетрясти каждый клочок.

-Дзёран такі быў - не верылася, што нешта зможа узыйсці. А бачыце, узышло! Але мы сутыкнуліся з паразітамі. Агуркі толькі пачынаюць вылазіць - адкуль ні вазьміся слімакі, смаўжы. А яшчэ тут водзяцца цокары. Ведаеце хто гэта? Не? Гэта пачвары такія чорныя, падобныя на пацукоў, ядуць яны толькі карэнні. Птушкі замучылі – здзёўбваюць нашы парэчкі. Карацей, ваюем, - смеется Олег.

Его жена, Оля, присоединившись к разговору, уточняет, что цокар - это водяная крыса. Красавица Ольга, про которую супруг говорит «мая жонка, якую я скраў з Сібіры”, вообще много знает и умеет. Она и огородом занимается, и хозяйством, делает из соломки красивые поделки, вяжет крючком кукол и игрушки, ткет красивые пояса. Психолог по образованию, она не исключает, что сможет продолжить работу по специальности.

Оля по образованию психолог, но в семье она главный специалист по агрономии.

Даже цветы из соломки у нее просто загляденье. Кстати, их она смастерила еще в Иркутске.

С работой у обоих ситуация несколько затянулась, потому что супруги только недавно получили вид на жительство в Беларуси.

- Нават часова не бралі на работу без ВНЖ. У экспедытары не ўзялі - стары, кажуць, толькі да 45 бяруць, - смеется Олег. - Зараз думаю, будзем як рамеснікі рэгістравацца. Ёсць думка зрабіць тут аграсядзібу, сад пашырыць. Шмат часу заняў від на жыхарства. А грошай колькі! Недзе каля 1000 рублёў заплацілі - і даведкі платныя, і медкамісія, што для грамадзян Расіі ў тры разы даражэй.

На вопрос о причине возвращения на родину Олег, не задумываясь, отвечает:

-Я калі з’ехаў з Беларусі, ведаў, што вярнуся сюды абавязкова. Лічыў, што адной нагой там, другой тут, што я там часова, так лёс склаўся. Шмат сяброў там, і ўсе ведалі мяне як беларуса.

Последней каплей в решении вернуться стало состояние здоровья мамы Олега. После травмы она не может ходить. Дети ее не оставляли – то старший сын, который живет в Полоцке, забирал к себе, то дочка. А на лето она все равно стремилась в свой дом, в деревню. С возвращением младшего сына ей теперь не надо никуда уезжать из родных стен.

“Чацвёра”, “Шасцёра”, “Полька задам” - гэтыя танцы беларусы у Сібір прывязлі і танчаць там у вёсках”

Родители Оли остались в Сибири. Они тоже белорусы, чьи бабушки-дедушки когда-то приехали осваивать сибирские земли.

- У часы сталыпінскай рэформы ў Іркуцкую вобласць перасяліліся каля 300 тысяч беларусаў. І гэта не лічачы ссыльных. Але, на жаль, беларусы хутка асіміліруюцца і страчваюць свае карані. І шмат хто запісвае сябе рускімі, - рассказывает Олег. - У адной весцы бабулька, якая ведае шмат беларускіх песень і размаўляе па-беларуску, мне кажа: “Вось сястра мая - яна беларуска, а я дык руская”. Пытаюся: “Бацькі адны?””Адны, - кажа, - але яна ж яшчэ ў Беларусі радзілася, дык яна беларуска, а я тут, у Сібіры”. Паводле афіцыйнага перапісу, каля 50 тыс беларусаў пражывае у Іркуцкай вобласці (усяго там 2,5 млн чалавек).

Иркутская белорусская диаспора уникальная. Молодежь с удовольствием учит белорусский язык в воскресной школе при клубе. Народные песни и танцы здесь знают такие, что нам, живущим в Беларуси, и не снилось. Танцуют и поют сами, проводят мастер-классы, организуют праздники с национальными обрядами. Созданный на энтузиазме ансамбль аутентичной песни «Крывічы» стал известным творческим коллективом. Его не раз приглашали на большие фестивали в Беларуси и России, снимали о нем фильмы и телепередачи.

Белорусы Прибайкалья знают столько белорусских народных песен и танцев, что нам, живущим здесь и не снилось!

- Калі нас першы раз запрасілі на “Славянскі базар” у 2011 годзе, Воля, якая сама была у Беларусі ўпершыню, давала інтэрв’ю мясцоваму тэлеканалу на дасканалай беларускай мове. “А вы дзе нарадзіліся у Беларусі?” – пытае яе ўражаны карэспандэнт. Усе былі вельмі здзіўленыя, што яна нарадзілася ў Сібіры, і бацькі яе, і бабулі, і што мову яна вучыла не ў школе. У Іркуцку шмат моладзі цудоўна размаўляе на беларускай мове. Гэта партыятычны брэнд такі і ўступаючы ў клуб “Крывічы” асабліва маладзёны лічуць за гонар ведаць мову продкаў! А яшчэ павінен быць у кожнага свой поўны строй нацыянальны. Хто сам шые, хто замаўляе. Воля мая кашуль 40 пашыла і на замову, і мне.

Иркутские белорусы записали несколько дисков с народными песнями и танцами. Один из таких песенных дисков я получаю в подарок от Олега и Ольги. К стыду своему, из 25 песен я знаю только три. С танцами все еще печальнее: “Чацвёра”, “Шасцёра”, “Полька задам” – первый раз такое слышу.

- Гэтыя танцы беларусы у Сібір прывязлі і танчаць там у вёсках. Старыя людзі памяталі, мы у іх запісалі. Нават не ўсе спецыялісты, якія тут займаюцца танцамі, іх ведаюць. Чаму так? Думаю, у другой палове 19 стагоддзя полькі, кракавякі проста выціснулі старыя танцы. А ў Сібіры такой моцнай плыні полек не было, і беларусы танчылі тыя танцы, што прывязлі.

Многое в этом доме сделано руками отца Олега, который был человеком мастеровитым. Мог и дом построить, и часы починить, за которые ни одна мастерская не взялась.Фото: Раиса Юдина

“Калі што не атрымаецца, тады вілы ў рукі - і пайшлі у парабкі. Мне ўсе роўна дзе працаваць”

Они приехали в Беларусь зимой с расчетом на то, что здесь будет потеплее, чем в Сибири, где минус 40 – еще не самый сильный мороз. А она и у нас в этом году неожиданно выдалась такой суровой, что, как шутит Олег, знали бы – могли и в Сибири перезимовать. Но начали обживаться, запаса дров на зиму хватило, на следующую уже пополнили. Вода в колодце есть, установили насос. Бытовые проблемы, кажется, супругов вообще не пугают. Скорее, удивляют.

Суровую белорусскую зиму супруги пережили с запасом дров, который сохранился. К будущей зиме готовят новые запасы.

-У Іркуцку і бензін таннейшы, і лекі. Вельмі дарагія яны тут. Бензін – космас нейкі, кожны тыдзень на 1 капейку даражэе. Але што ёсць, тое ёсць. Што мы можам зрабіць? Як той цокар - хто ж пра яго ведаў, што ён ёсць? – рассуждает Олег. - Я наогул успрымаю Беларусь так, як яна ёсць. Няма нейкіх прэтэнзій, запатрабаванняў. Няма ружовых акуляраў наконт Беларусі, я усё успрымаю нейтральна. І тыя выпрабаванні, з якімі мы сутыкаемся, мужна праходзім. Мы ведаем, што цяжкасцяў тут шмат, заробкі ў параўнанні з Іркуцкімі нізкія (хоць і там яны не самыя высокія у Расіі). Але прыехалі і плануем тут жыць. Прыстасавацца можна да ўсяго, што ёсць.

- А чым вам дапамагчы можна? Калі вы сад збіраецеся сад пашырыць, то можа якіх саджанцаў вам падвязці?

- Добра было б! Але бліжэй да восені або ўвесну. Увогуле мы рады ўсім гасцям. Стараемся, каб цікава было з намі. Калі хто захоча набыць Воліны вырабы – будзем рады. Можам з творчымі вечарынамі прыязджаць, калі запросяць. У Іркуцку мы і вяселлі правадзілі на беларускі манер, і святы на чалавек 300, дзе кожную гадзіну нешта адбываецца і ўсе госці - удзельнікі падзей. Нешта накшталт фестывалю “Наш Грунвальд” у Дудутках, але меншага маштабу.

Калі пра планы, то найперш хацелі б захаваць свае творчае развіццё. Калі атрымаецца, будзе цудоўна, а калі пры гэтым яшчэ і грошы заробім - зусім шыкоўна. Калі не, дык не. Тады вілы ў рукі - і пайшлі у парабкі. Мне усе роўна дзе працаваць. Не праца упрыгожвае чалавека, як кажуць.



Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...