АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Санкции Репрессии Итоги Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия

Исключили из квартета…

Исключили из квартета за гражданскую позицию.

Исключили из квартета…
13-летняя минчанка Анна Зенина отказалась участвовать в радиоконкурсе «Молодые таланты Беларуси», который проводит Первый канал Белорусского радио. Девочка учится играть на саксофоне в одном из минских музыкальных средних заведений, уже несколько лет участвует в школьном духовом квартете. Коллектив, видимо, довольно крепкий, сыгранный, потому что его руководитель объявил, что подает заявку на национальный радиоконкурс. Но юная саксофонистка Анна Зенина – небывалое дело! – участвовать в конкурсе отказалась. Мотивировала свой отказ гражданской позицией: она не согласна с глобальной позицией Белтелерадиокомпании, в состав которой входит Первый канал радио, который и проводит конкурс «Молодые таланты Беларуси». Тогда педагог вычеркнул девочку из состава квартета вообще, заменив ее другой ученицей. А Ане объяснил, что, хоть и уважает ее гражданскую позицию, но не хочет впредь зависеть от ее желания или нежелания выступать.

Конечно, девочка, в силу возраста и отсутствия опыта не рассчитывала на такой точный и болезненный ответный удар. Тем более от любимого педагога. Она переживает… Но в квартет обратно не просится, свою позицию не меняет. Некоторые осуждают за этот подростковый демарш ее маму: почему ребенок погружен в политическое противостояние, зачем лишать его детства? Об этом тонком моменте мы и поговорили с мамой девочки Тамарой ЗЕНИНОЙ.

– Дочка заранее советовалась с вами, участвовать ей в радиоконкурсе или нет? Она обсуждала это дома?

– Нет, Аня пришла из школы и поставила меня перед свершившимся фактом. Я сразу сказала ей, что совершенно ни на чем не настаиваю: это полностью твое, дочка, решение. Но она же со мной живет, всё видит и слышит. Я не раз вслух возмущалась, что Белтелерадиокомпания ни разу честно не сказало в эфире о насилии над мирными гражданами! А потом проводит конкурсы для развлечения… Анна пережила немалое потрясение, когда я оказалась в ЦИП на Окрестина. И, конечно, дочка со мной солидарна.

– Сколько дней вы провели в СИЗО?

– Меня отпустили через сутки со штрафом в 30 базовых, хотя я мать- одиночка, мой ребенок оставался дома совершенно один и задерживать меня больше, чем на три часа, не имели права. Однако тогда за решеткой остались еще семь моих соседей, с которыми меня задержали в то декабрьское воскресенье. Им всем дали по 15 суток и перевезли в Жодино. Когда они вышли, то рассказывали, как в СИЗО перестукивались «Жыве Беларусь!» с соседними камерами, за что им в наказание громко включали Первый канал радио. Люди воспринимали это, как пытку.

– И Анна слышала эти разговоры…

– Да, и эти рассказы у нее, кажется, крепко отложились в памяти. Я считаю, что дочка поступила правильно. Если уж мы объявляем протест, выходим из дома, рискуя свободой и жизнью, то почему, возвращаясь, должны продолжать сотрудничать с этой властью? Протест должен быть во всем.

– Тамара, вы до сих пор не назвали фамилию педагога и номер школы, в которой учится ваша дочь. Боитесь?

– Не хочу, он хороший педагог, мы стремились попасть к нему в класс. Пусть он сам даст оценку своему поступку. Аня в любом случае собирается дальше у него учиться, если он не откажется. Она мечтает стать профессиональным музыкантом.

– То есть вы не до конца свободны, согласны? Осуждаете режим, так сказать, выборочно. Вернее, осуждаете его в общем, без конкретных персон.

– Я не согласна с педагогом в данном случае, но… его престиж берегу. Выходит, так. Аня давно и серьезно занимается музыкой, участвует во многих конкурсах. В школьном квартете играет четыре года. Духовой инструмент выбрала сама, крошкой, когда поступала. Почему? Наверное, потому, что еще в раннем детстве у нее была такая игрушка пластмассовая, детская труба на пол-октавы. Запала ей в душу… Я, как все мамы, пришла в музыкальную школу и, помню, написала заявление на фортепиано, но Анна твердо объявила педагогам, что на самом деле хочет играть на саксофоне. Судьба. И вот уже думаем в будущем поступать в музыкальный лицей или колледж на духовое отделение. Человек хочет быть музыкантом.

– Вы с педагогом не обсуждали ситуацию с исключением из квартета? Ведь у подростка травма. Хотя и у педагога травма – как выступать квартету из трех человек?

– Именно эту ситуацию не обсуждала, хоть мне и было обидно за Аню, она любит этот коллектив и всегда с радостью в нем играла. Педагогу давно известна моя позиция. В начале учебного года Аня принесла из школы квитанцию о перечислении 30 рублей на счет управления культуры Мингорисполкома. Учитель сказал, что деньги пойдут на ремонт инструментов. Я отказалась платить, потому что открыла первый попавшийся тендер Мингорисполкома и увидела, как в это же время государство закупает музыкальные центры в воинскую часть. И еще мы постоянно слышим о покупках военной техники и оружия. Тогда я так и сказала педагогу: «У государства есть деньги на автозаки, а на инструменты нет? Тогда пусть все видят, какие у нас хорошие автозаки и какие плохие детские музыкальные инструменты». Он попытался возразить: мол, тогда и от школы следует отказаться, потому что «она ведь тоже содержится режимом». Но ведь школы содержит не режим, а мы, налогоплательщики. И сам режим, саму власть тоже содержит народ. И учитель согласился, сказал, что уважает мою позицию и даже сам придерживается такой же.

– Но Аню из квартета исключил.

– Это его право, надеюсь, он сохранит коллектив, который будет выступать не только при этой власти, но и после ее смены.

– А есть ли правые в данной ситуации, в данном конфликте «учитель – ученик»? По моему, и он, и она, и все мы сейчас так или иначе обожжены и травмированы. Но добровольно выпасть из общественной жизни и смотреть на всё только сквозь призму политики люди не могут. Вы согласны?

– Сейчас политику уже вряд ли можно отделить от нашей жизни. И я бы даже не относила этот конфликт к разряду политики. Беззаконие проникло во все сферы нашей жизни, в том числе и в образование, и в искусство. Вот недавно прямо на рабочем месте был задержан артист Камерного хора Белгосфилармонии Денис Иванов, а осенью музыкантов забирали прямо из дворов, где они пели «Купалинку». Среди них были наши соседи Леонид Павленок и Андрусь Такинданг, любимый нами саксофонист Павел Аракелян. Моя дочь знает всех этих людей, за всех мы переживаем вместе с ней. Так что это не конфликт с учителем, а возможность как-то противостоять творящемуся беззаконию. Каждый сейчас протестует так, как может.

Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...