АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Всебелорусское собрание Итоги Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия Беларусь-Россия

«Аккуратно» удалить из памяти. Как госТВ рассказало о народном мемориале Бондаренко

Место памяти Романа Бондаренко — на кладбище, а не в городе. Ведь смерть его трагична, но не имеет общественной значимости. А «политизация» смерти кощунственна.

«Аккуратно» удалить из памяти. Как госТВ рассказало о народном мемориале Бондаренко
Такую позицию транслировали государственные СМИ, рассказывая о том, как убирали мемориал Бондаренко с «Площади Перемен».

Об этом пишет Media IQ. (текст в сокращении).

На воскресенье 15 ноября в Telegram был анонсирован протестный марш под лозунгом «Я выхожу» в память о Романе Бондаренко. В этот день милиция разогнала протестующих на «Площади Перемен», а коммунальщики убрали оттуда цветы, лампадки и символику и перевезли на Северное кладбище.

Из трёх гостелеканалов только минский СТВ рассказал о тематике протестной акции и мемориале в первый же день. Общенациональные «Беларусь 1» и ОНТ умолчали об этом до комментария президента. СТВ предвосхитил сказанное Лукашенко о мемориале 17 ноября, а ОНТ и «Беларусь 1» только транслировали и развили его идеи.

Государственные медиа при этом рассказали о народном мемориале Бондаренко с использованием манипуляций: смещали акцент, приводили отрывочные факты и домыслы, избирательно подавали информацию, обобщали, давали манипулятивные оценки, приводили ложную дилемму. В провластном дискурсе смерть протестующего признаётся трагедией, но не имеет ценности ни место гибели, ни причина смерти, а скорбеть по нему нужно на кладбище. Создание мемориала на месте гибели негативно оценили как политизацию и осквернение.

Логика госТВ: смерть Бондаренко трагическая, но общественной значимости не имеет

Традиция создавать мемориалы на месте трагедий существовала всегда. Например, мемориал «Розы» у входа на станцию метро «Немига» находится на месте давки и гибели людей в 1999 году, как раз на месте народного мемориала. Долгое время после трагедии люди возлагали живые цветы на том самом месте, на ступеньки — и скульптор увековечил их в бронзе. СТВ рассказывал об этом: «Погибли 53 человека. Об оборвавшихся жизнях теперь напоминает такое же количество роз, застывших на стилизованных ступенях».

Мемориал «Яма» находится на месте массового расстрела узников минского еврейского гетто. «Новая Беларусь подчеркнула уважение и память, воздвигнув здесь монумент», — рассказывали на «Беларусь 1».

Мемориал «Хатынь» возвели на месте уничтоженной нацистскими карателями деревни. «На месте трагедии белорусские военные и ветераны Вооружённых Сил высадили памятную аллею», — рассказывали на ОНТ в мае. А в июне Александр Лукашенко посетил церемонию открытия похожего мемориала в деревне Борки и зажёг там свечу. «Борки называют огненной сестрой Хатыни, — рассказали на «Беларусь 1». — Это живой памятник жестокости и бесчеловечности нацизма».

Мемориальный знак стоит на месте гибели подпольщика, Героя Советского Союза Владимира Омельянюка на минской площади Независимости. «К основанию мемориала падают простреленные пулей газетные листы — память о месте гибели Владимира Омельянюка 26 мая 1942 года», — писали на сайте «Минск-Новости».

Мемориал Владимира Омельянюка. Фото: «Минск-Новости»

Представьте, что любой из вышеперечисленных памятников перенесли в другое место, пусть даже и «аккуратно». Власть не стала этого делать, несмотря на идею, что мемориалы «должны быть на кладбище». Об этих памятниках госмедиа рассказывали лояльно.

Месседж госмедиа — смерть Бондаренко трагическая, но общественной значимости не имеющая. Об этом говорит, во-первых, одобрение «аккуратного переноса» на кладбище. Во-вторых, госмедиа подают воскресную акцию протеста 15 ноября как оскверняющую политизацией память Бондаренко. Игнорируя причину гибели.

Поэтому, по логике госпропаганды, всем «истинно скорбящим» следует отправиться на более приемлемое для «общественного порядка и благоустройства» место.

Подобное отношение у властей и к народному мемориалу Александра Тарайковского, погибшего во время протестов 10 августа. Коммунальщики убирали цветы и надписи с места гибели, засыпали тротуар, где появляется надпись, солью. Против написавшей там «Не забудем» девушки возбудили уголовное дело. Об этом писали негосударственные СМИ. А если использовать поиск Google по сайтам госмедиа ОНТ, СТВ, «Беларусь 1» и «СБ. Беларусь сегодня», то упоминаний имени Александра Тарайковского не находится вообще. При этом, например, государственный обелиск «Минск — город-герой», возле которого многократно собирались протестующие, во время акций охраняли — огораживали колючей проволокой, чтобы защитить от «осквернения».

Государство установило монополию на культуру памяти, что отражается в госСМИ. Когда мнение части беларусского общества идёт вразрез с политическими интересами власти, власть к нему нетолерантна: ставит народные памятники вне закона, разрушает их или игнорирует, исключая из официального дискурса.

Почитать текст целиком с подробным разбором приемов пропаганды на госТВ вы можете на сайте Media IQ.


Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...