АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Эпидемия Единый кандидат оппозиции Выборы-2020 Беларусь-Россия Павел Шеремет Экономический кризис

Достучаться до министерства. Минздрав уже месяц игнорирует прессу

Последний брифинг Минздрав по эпидемиологической ситуации в Беларуси был 24 апреля. С тех пор прошел практически месяц.

Достучаться до министерства. Минздрав уже месяц игнорирует прессу
Для сравнения, в Украине последние два месяца брифинги происходят каждый день, без исключений. Всего белорусское ведомство провело не более 20 брифингов, пресс-конференций и стримов, передает Белсат.

С количеством понятно, а что с качеством?

24 апреля (во время последнего брифинга) заместитель министра Елена Богдан зачитала информацию с бумажек, время на вопросы журналистов не выделили. Из часового брифинга 17 апреля на вопросы журналистов дали 10 минут.

Чтобы спросить, когда будет следующая встреча с журналистами, Белсат позвонил пресс-секретарю Министерства Юлии Бородун, но трубку она не поднимала три дня. Звонки на мобильный номер пресс-секретарь сбрасывала. Уже больше месяца корреспондент телеканала не может дозвониться до пресс-службы, чтобы получить ответы на вопросы по различным темам. А их очень много!

Нет еженедельных брифингов, зато есть ежедневные сообщения об эпидемиологической ситуации в стране. Но количество информации в них гораздо меньше, чем у наших соседей. 

В сообщениях белорусского Минздрава есть число выздоровевших и выписанных, зарегистрированных случаев коронавируса, проведенных тестов и умерших. 

Для сравнения, в Украине отдельно указывают число заболевших детей и медиков, количество случаев по областям и количество случаев и умерших за прошедшие сутки. 

Литва имеет карту с подробной статистикой, в том числе дается информация о возрасте и половой принадлежности инфицированных.

Монополия на информирование

Во вторник журналисты пытались узнать у пресс-секретаря Гомельского облисполкома Ольги Рябиковой о количестве инфицированных в Ветковском районе. Она только смогла дать цифру выздоровевших с прошлого четверга. 

Журналисты перезвонили Ольге, чтобы уточнить, появилась ли актуальная информация. Но ответ оказался более ценным:

«Ко мне вообще ничего не стекается. Когда вопросы задают, я ищу на них ответы и все. У меня нет никаких таблиц, справок. Я занимаюсь организацией интервью, вот так. А тут уже помогаю журналистам, чем могу. Как я понимаю, здесь Ветковский район ни у кого озабоченности не вызывает. Слишком легко мне информацию дали».

Когда журналисты обращаются к местным властям, к главным врачам санстанций и больниц, комментарий получить трудно за редкими исключениями. Перенаправляют в Минздрав. А там трубку не поднимают.

Обычно медики ссылаются на закон «Об охране здоровья», а именно на пункт о запрете разглашения персональных данных пациента. Об этом часто вспоминала и Елена Богдан:

«Нас очень часто упрекают, что мы не публикуем цифры, не даем фамилии, в том числе каждого населенного пункта. Не комментируем случаи заболевания, случаи смертей, ссылаясь на врачебную тайну. Я хочу, чтобы вы относились с пониманием. Врачебная тайна была и остается».


«Чиновники сами нарушают закон»

Заместитель председателя ОО «Белорусская ассоциация журналистов» Борис Горецкий считает, что закон не касается ситуаций, когда журналист запрашивает общую информацию:

«Фактически это отвязка для Минздрава. Но они его сами нарушают. В случае с умершим Виктором Дашкевичем местные власти рассказали все диагнозы. На «БелТА» статья висит до этого времени. Это формальная причина не давать комментарии, но незаконная. 

Никто не может запрещать врачам назвать количество случаев без уточнения о конкретном регионе или городе. Скорее всего есть приказ Минздрава никому не давать информацию, только через пресс-секретаря. Но это не отменяет законы О доступе к информации и Конституции, где написано, что граждане Беларуси имеют право на правдивую своевременную информацию».

Борис Горецкий вспомнил работу властей Литвы, где в начале эпидемии сообщали о маршруте вирусоносителей, но не называли их имен. Подобную практику имеют Сингапур и Южная Корея. Таким образом люди знают, являются ли они контактом первого уровня, нужно ли делать тест.

На тот же закон ссылаются, чтобы запретить писать об умерших от коронавируса. На брифинге число умерших медиков не хотела называть та же Елена Богдан, ссылаясь на заявление комитета по биоэтике. Радио «Свабода» уже сравнивало, как сообщают об умерших врачах в Испании и Беларуси.

«Я не знаю ни одного правового акта, запрещающего журналисту написать, что человек умер. Никакой врачебной тайны в смерти человека нет. Есть тайна в диагнозе, но если родные рассказали диагноз, то все – журналист может писать», – говорит Борис Горецкий.

Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...





Change privacy settings