"Из Астрахани шли семга, осетрина, севрюга, из Киева — шоколад и мармелад". Какие были магазины в дореволюционном Минске

Жители Минска более 100 лет назад, сами о том не подозревая, шиковали и никакого торгового голода не испытывали.

"Из Астрахани шли семга, осетрина, севрюга, из Киева — шоколад и мармелад". Какие были магазины в дореволюционном Минске
фото: ГУМ: так в 1951 году выглядела секция парфюмерии

Также город был еще и распределителем. Об этом заявил историк и знаток Минска дореволюционного Захар Шибеко, подробности — в материале корреспондента агентства «Минск-Новости».

Шибеко говорит, что более 100 лет назад горожане, сами того не ведая, шиковали и никакого торгового голода не испытывали: из Астрахани шли семга, осетрина, севрюга, из Киева — шоколад и мармелад… Везли к нам ткани, парфюмерию, технику… А все благодаря железной дороге! Минск был также распределителем: товары из него растекались по всем белорусским землям. Сам город тоже много чего производил: роскошное пиво, красивые обои, добротную обувь, стеклянную продукцию… Дефицита не было еще и потому, что в Минске жили-были 100 тыс. человек — столько сейчас в одном только Партизанском районе.

Универсамы и универмаги счастья

Развитие торговли у нас идет волнами. Та дореволюционная волна ушла в океан истории и сгинула. Минск моего детства сопряжен с очередями за хорошими конфетами и модными кофточками. Женщинам не хватало золотых украшений, мужчинам — хороших сигарет, книгоманам — книг, кофеманам — кофе. И потрясение чувств происходило тогда, когда вещи и продукты удавалось каким-то образом добыть, достать, урвать, отхватить, выцыганить. Именно в этом и заключалось счастье. Мы ходили в магазин, как в театр или на выставку — за витаминами новизны, в надежде на чудо, например, в виде английских женских сапог, добытых в ГУМе ценой битвы с перекупщиками (не я их носила — они носили меня на крыльях эйфории. Выбросить не могу — пылятся на даче). Полтора часа очереди в ЦУМе — и вот они — серьги, великолепная чешская бижутерия от «Яблонекс» начала 1970-х (до сих пор в косметичке).

Мой отчим Александр Мачульский, приехавший в послевоенный Минск из деревни Воргутьево, участник строительства второй очереди «МАЗа», рассказывал, как на ноябрьские открывали ГУМ. Это был 1951 год.

Но прежде вставлю свои пять копеек: ГУМов в истории Минска два.

Высокие гости — покупатели ГУМа. Слева направо (на переднем плане) первый секретарь ЦК КПБ Кирилл Мазуров и первый секретарь ЦК Польской объединенной рабочей партии Владислав Гомулка. 1958 год

Появление государственного универсального магазина было продиктовано политикой, ведь в СССР Минск всегда был и оставался «брамай на Захад» — вратами в буржуазные Польшу и Германию. Поэтому магазин в 1930-е создавался на лучшей улице города как витрина социалистического образа жизни. Распоряжение шло из Москвы, из Наркомснаба от Анастаса Микояна.

Аппарат ЦК КПБ присмотрел на углу ул. Советской и Комсомольской (сейчас пр. Независимости, 17) здание бывшего Польского банка. 28 мая 1934 года в нем открыли трехэтажный ГУМ. Газетчики назвали его университетом торговли: эталон и образец, он показывал другим торгующим организациям, как надо работать. Покупатели могли отдохнуть на диванах и креслах, пообедать в кафе-ресторане. Один этаж занимал «Детский мир»… Короче, в войну всё разбомбили и разграбили.


Тот же Микоян в 1945-м подписал разрешение на строительство нового ГУМа. Главный архитектор Минска Юрий Егоров получил участок на пересечении Советской и Ленинской (пр. Независимости и ул. Ленина) — самых важных городских магистралей. Проект доверили Роману Гегарту, выпускнику Московского архитектурного института, приехавшему восстанавливать белорусскую столицу. Кстати, по его проектам возведены также консерватория, телецентр на ул. Коммунистической, многие жилые дома и офисные здания.

Гегарт сделал ГУМ монументальным тортом, обсыпанным мраморной крошкой, которая, если присмотреться, поблескивает на солнце. Снаружи — цепочка фронтончиков, геральдические пояски, лепнина, майолика, барельефы, внутри — паркет, бронза.

Булочная — магазин № 48 «Минскхлебторга» — нынешний «Каравай» на площади Победы. 1954 год

А теперь слово — моему отчиму Александру Антоновичу.

— 5 ноября нас шестеро набралось в кузов грузовика, и мы помчались в центр, потому что весь город гудел: ГУМ открывают! — вспоминал он 1951 год. — Однако магазин не открыли, хотя народ стоял почти сутки в огромной очереди от Немиги до Советской. Начальство внутрь магазина как-то прошло, а народ — нет. Открытие было 6-го, но мы не поехали, боялись, толпа нас раздавит. Это невозможно описать: война еще в головах была, ее сразу не выбросишь, а тут — зеркала, люстры, прилавки из дорогих пород дерева, товары со всех концов страны! Не купить, так хотя бы посмотреть.

Тогда вход-выход в ГУМ упорядочил легендарный Лев Николаевич Гинзбург, командовавший конной милицией. Личность харизматичная, достойная быть увековеченной в городской скульптуре. На белом коне, при военных медалях и орденах, зычным голосом он призвал минчан к порядку. Вместе с другими кавалеристами, стражами порядка, построил покупателей в стройную колонну. Впускал и выпускал партиями.

Эра кончается?

Теперь на месте газетного киоска у ЦУМа — вход на станцию метро

Помню, как в ноябре 1982-го мы включили телевизор и услышали, что умер Брежнев. Не знаю, как это связано, однако именно в том году 31 декабря во многих магазинах Минска был гигантский вброс дефицита. Эту хитрость советских торговцев — расчет на премии за перевыполнение плана за счет покупательской активности — мы хорошо знали. Копили денежки несколько месяцев, чтобы потратить их в последний день года. В канун 1982-го товара было прорва, тем не менее народ никак не мог насытиться. 31 декабря почти до полуночи были открыты ГУМ, ЦУМ и «Беларусь», а других универмагов и не было. Кстати, в 1982-м в Минске работали 821 магазин (из них более половины — продовольственные) и семь рынков. Много или мало? Разумеется, мало! Миллионником город стал десятью годами ранее. Так что очереди были и до Брежнева, и после него.


Долго мы ждали новую торговую волну. Она принесла обилие товаров и супермаркетов… И одновременно навсегда смыла такие минские магазины-легенды, как «Эра», «Алеся», «Синтетика», «Фантазия». Выжили «Лакомка», «1 000 мелочей» и старые добрые универмаги. Но какова их судьба будет в 2020-х?



Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...




Особое мнение