Бывший прокурор: После моих писем в КГБ начались процессы по «делу медиков»

Бывший военный прокурор более двух лет судился с Минздравом, но не смог доказать свою правоту. Тем не менее, чиновники от медицины, которые выступали ответчиками в суде и писали ему ответы на обращения, уволены или оказались за решеткой.

Бывший прокурор: После моих писем в КГБ начались процессы по «делу медиков»
Василий Бельмач уверен: это после его писем в КГБ начался Минздрав-гейт — вскрыт коррупционный гнойник в системе закупок медицинских изделий и техники. Однако конфликт Василия Степановича с Минздравом разрешился не в его пользу.

Эта история началась в январе 2017 года, когда Василию Бельмачу сделали операцию в 6-й городской клинической больнице Минска — эндопротезирование тазобедренного сустава.

— Отечественные эндопротезы ставятся бесплатно. А если хочешь побыстрее и без очереди, то ставят импортный — за деньги.

Василий Степанович оплатил 2700 долларов в эквиваленте и дал согласие на операцию.

— Вы платили за операцию или за эндопротез?

— Согласно законодательству, эндопротезироваине относится к высокотехнологичным операциям, которые проводятся бесплатно, — объясняет он. — В медкарте у меня написано: операция за счет средств бюджета. Операцию я не оплачивал.


В договоре, который Василий Бельмач заключил с больницей, было прописано оказание медицинских услуг на возмездной основе. Стоимость услуг составила 5690 рублей (из них 5557 рублей — стоимость эндопротеза SMITH&NEPHEW швейцарского производства).

При выписке из больницы Василий Степанович попросил инструкцию, подтверждающую качество эндопротеза и в которой прописано, как его безопасно эксплуатировать.

Через месяц после выписки он получил ответ за подписью главврача Гурко. В письме говорилось о том, что в больнице нет никаких сведений об эндопротезе, и информация будет предоставлена после получения ее от поставщика  — ЧТУП «МедОрта». Администрация клиники пообещала прислать экземпляр паспорта эндопротеза.

Прошло еще полтора месяца, и Бельмачу прислали письмо, в котором предложили самостоятельно искать информацию об эндопротезе в Интернете, рекламе, буклетах, проспектах.

Василий Степанович решил обратиться в суд.

— Мне говорили, что с Минздравом бесполезно судиться — только деньги на адвоката потратишь. Мне не нужен адвокат, я сам юрист, в прошлом военный прокурор. Иски о защите прав потребителей беспошлинные.

Бельмач просил суд признать незаконными действия больницы, которая не предоставила ему сведения о приобретенном товаре, в частности, сведения о маркировке, содержащей информацию о безопасной эксплуатации эндопротеза. В иске он требовал обязать больницу предоставить указанные сведения, а также отдать ему упаковку эндопротеза, на которой также размещены сведения о эндопротезе.
В мае 2017-го суд Партизанского района вынес решение: отказать Василию Степановичу в удовлетворении исковых требований – предоставлении информации о безопасной эксплуатации эндопротеза, содержащейся в маркировке, в том числе о допустимой нагрузке на эндопротез.

По словам Бельмача, больница ему ничего не предоставила, кроме четырех этикеток на иностранном языке (4*7 см. каждая, содержащая по 6 непонятных символов и 10 непонятных иностранных слов).

— Судья принял как должное довод заведующего отделением о том, что якобы все упаковки имплантов эндопротеза были в крови, как и операционная, поэтому их уничтожили.

Операцию мне делали под местной анестезией, я наблюдал весь процесс операции, разговаривал с врачом-анестезиологом. Никакой крови не было, — вспоминает Василий Степанович. — Вы представляете, что должно было произойти, чтобы забрызгать всю операционную площадью 42 квадратных метра кровью? (Смеется). Удивительно, как после этого я остался живой.


За два с половиной года Бельмач подал около 130 исков, но так и не получил документы на эндопротез, которых он добивался.

— В судебных решениях говорилось о том, что мне оказывались платные медицинские услуги, и информация о них была мне предоставлена в соответствии с законодательством. Суд признал несостоятельными мои доводы о том, что эндопротез и упаковка к нему приобретены мной в собственность как товар. А кому тогда принадлежит оплаченный мной и имплантированный мне эндопротез? На это судьи и прокуроры ответить не могут.

Что такое маркировка эндопротеза? Это информация о его безопасной эксплуатации — объясняет Василий Степанович. Вы покупаете любое медицинское изделие — к нему прилагается документ (паспорт, инструкция), в котором указана вся информация о товаре: от материала, из которого он изготовлен, до соблюдения всех обязательных требований по его безопасной эксплуатации.

Пока Бельмач судился с Минздравом, у него начались проблемы со здоровьем, которые он связывает с последствиями операции. По его мнению, причина — недоброкачественный эндопротез.

— В декабре прошлого года у меня началось воспаление мягких тканей в месте перенесенной операции. Я принимаю антибиотики и обезболивающие.

Василий Степанович говорит, что вынужден был обращаться за медицинской помощью к врачам в Вильнюсе, так как получил отказ в удовлетворении иска о возмещении вреда здоровью после перенесенной операции.

Мужчина утверждает, что имплантированный ему эндопротез является контрафактной продукцией. Бельмач провел свое расследование.

Он выяснил, что заявление на государственную регистрацию эндопротеза было подано в Минздрав 26 декабря 2013 года, а выдано 3 января 2014 года. Как можно было за это время провести все испытания и выдать регистрационное удостоверение, недоумевает он, ведь только биологические исследования длятся 30 дней.

— Разве для регистрации изделия медицинского назначения обязательно проводить испытания?

— Если есть соглашение между Республикой Беларусь и страной-производителем о признании сертификатов качества продукции, то испытания не проводятся. Между Республикой Беларусь и Швейцарией (производителем эндопротеза) нет соглашения о признании сертификатов качества на производимую продукцию.

Согласно законодательству необходимо было произвести оценку соответствия иностранного эндопротеза техническим требованиям Республики Беларусь. Если говорить простым языком, это соответствие ГОСТам.

Информация о зарубежном эндопротезе должна быть предоставлена потребителю на русском или белорусском языках. Василий Степанович напоминает, что ему предоставили этикетки непонятного содержания на иностранном языке.

— Согласно Закону «О защите прав потребителей» информация, предоставленная потребителю на иностранном языке, считается не предоставленной, но оказывается, данная норма права на меня не распространяется.

Василий Бельмач уверен, что на имплантированный ему эндопротез нет ни одного документа, отвечающего требованиям законодательства:

— Поставщик эндопротезов ЧТУП «МедОрта» заявил, что эндопротезы ввезены из Швейцарии через Россию. Посредник находится в Санкт-Петербурге. Я обратился в Северо-Западное таможенное управление Федеральной таможенной службы России и получил ответ: с 2014 по 2018 год в регионе деятельности управления таможенное декларирование эндопротезов производства SMITH&NEPHEW не осуществлялось. В документе отмечается, что это не исключает фактов декларирования указанных товаров в таможенных органах иных региональных управлений, в том числе ввозимых иными субъектами. Откуда эндопротезы прибыли в Санкт-Петербург, непонятно.


Минздрав России на мой запрос ответил, что имплантированный мне эндопротез в Российской Федерации госрегистрацию не проходил, а на ранее зарегистрированные эндопротезы производства Швейцарии срок действия регистрационного удостоверения закончился в 2015 году.

В соответствии с законодательством Евразийского экономического союза запрещено перемещать медицинские изделия между странами Таможенного союза, если они не прошли регистрацию в соответствии с законодательством ЕврАзЭС, поясняет собеседник.

— В данном случае эндопротез не только не прошел регистрацию в соответствии с законодательством ЕврАзЭС, но и не имеет государственной регистрации в соответствии с законодательством Российской Федерации. Это доказывает, что эндопротез был незаконно ввезен в Беларусь из России.

Отметим, что Минздрав Беларуси дал официальный ответ: эндопротез разрешен к медицинскому применению на территории Беларуси. Таможенный комитет Беларуси также не выявил нарушений таможенного законодательства при ввозе в страну эндопротезов. Суд пришел к выводу, что больница не обязана была предоставлять пациенту паспорт и инструкцию по эксплуатации эндопротеза.

Ничего не добившись в судах, Василий Бельмач писал обращения во все инстанции, включая Генпрокуратуру и КГБ.

— После моих писем в КГБ начались процессы по «делу медиков». Чиновники Минздрава не могли даже предположить, что президент даст «отмашку» на возбуждение уголовных дел и проверке закупок в области здравоохранения. Помните, как глава КГБ Валерий Вакульчик говорил о том, что стоимость лекарств и оборудования из-за коррупции завышалась на 10-60%, а в отдельных случаях — на 100%.

Валерий Степанович предполагает, что афера с протезами — одна из крупнейших. Если она будет раскрыта, придется признавать потерпевшими тысячи граждан.

Недавно Бельмач стал обвиняемым по уголовному делу.

— Перед поездкой в Вильнюс к врачам я не мог спать от болей. Разослал на сотни адресов, включая госучреждения, нелестные отзывы о судьях и прокурорах с нетактичными высказываниями. В отношении меня возбудили уголовное дело за оскорбление судьи.

Бельмач признает: уголовное дело возбуждено законно.

— Я хочу в рамках уголовного дела привлечь внимание к своей проблеме, затрагивающей и других белорусов, которым имплантированы контрафактные эндопротезы. Моя пенсия позволяет купить антибиотики и обезболивающие. А что говорить о пенсионерах, которые получают триста рублей? Нельзя наживаться на людском здоровье!

В судебном заседании Бельмач обещает привести доказательства «преступной деятельности судей и прокуроров и доказать факты взятки высокопоставленным чиновником, который организовал реализацию контрафактных эндопротезов».

Пока Бельмач отстаивает свою позицию в судах, некоторые топ-чиновники Минздрава, дававшие ответы на его обращения, оказались за решеткой или лишились должности.

— Замминистра здравоохранения Игорь Лосицкий приговорен к 6 годам лишения свободы, директор Центра экспертиз и испытаний в здравоохранении Александр Столяров содержится под стражей. Александр Белецкий, бывший руководитель РНПЦ травматологии и ортопедии, получил семь с половиной лет колонии. Главврач 6-й больницы уволен, — перечисляет Василий Степанович.

Бывший прокурор и представить не мог, что будет чувствовать себя бесправным после столкновения с системой госорганов. Сдаваться он не собирается.

— Я видел, как мучаются люди от боли. Решил, что пойду до конца — за себя и за других белорусов, которым имплантируются тазобедренные эндопротезы неизвестного качества и происхождения, — говорит Василий Бельмач.

Поделиться