"У беларусов очень низкая самооценка". Американские коммунисты нашли в Беларуси свою Мекку

Братья Бланк – это два американца (но по крови – еврея), которые когда-то решили, что коммунистам, которые ненавидят полицейские государства, лучше жить в Беларуси – и переехали сюда.

"У беларусов очень низкая самооценка". Американские коммунисты нашли в Беларуси свою Мекку
Они ходят на марши с советским флагом, считают, что одежда в Беларуси лучше, чем в Литве или Польше, и не пользуются мобильными телефонами. kyky расспросил Джеффри и Джейсона, из-за чего им нравится социализм и не нравится Сталин, почему драники – это еврейское блюдо и чем тяжела жизнь в Нью-Йорке.

В то время, как в Украине идет декоммунизация, а в Литве символы СССР запрещаются государством наравне с символами нацизма, в Минске каждое седьмое ноября американцы Джеффри и Джейсон Бланк проходят по площади Независимости с флагом СССР к памятнику Ленина. 

Они называют себя марксистами, но не любят беларуских коммунистов. Они считают себя социалистами, но как настоящие капиталисты уже ведут свой частный бизнес в Минске – открыли школу американского английского "Native". В 2008 году они создали коалицию "Нет полицейскому государству", но приехали жить в Беларусь, которую таким государством называют на Западе. 

Братья Бланк считают себя потомками виленских евреев и подчёркивают, что драники – одно из важных блюд еврейской национальной кухни, а культура Беларуси богата еврейским наследием. Они написали на русском языке книгу "Королевство братства" – это, по сути, сказка, в которой просматривается Беларусь. Чтобы понять братьев, нужно отречься от любых оценочных суждений и просто попытаться увидеть мир под углом, в котором они его преломляют.


"Местные оппозиционеры любят Машерова. Это парадокс"

KYKY: Вы были в Советском Союзе до того, как он распался?

Джеффри: Нет, к большому сожалению.

Джейсон: Думаю, в конце 80-х годов, может, и не стоило смотреть на СССР, – не очень весёлые и интересные были времена. Честно говоря, я очень хотел бы побыть в Беларуси во времена Машерова, потому что я слышал только хорошее о нём.

Джеффри: Даже местные оппозиционеры тоже его любят (улыбается). Это парадокс, ведь не секрет, что он был коммунистом, это странно.

Джейсон: Все говорят, что Беларусь была передовой. Может быть, в 70-е годы в Беларуси было хорошо.

KYKY: То, как вы приехали в Беларусь, – неординарный случай: вам помогал бывший министр иностран дел Михаил Хвостов и вы, Джейсон, лично писали письмо на имя Лукашенко?

Джейсон Бланк: Да, но честно говоря, я даже не ожидал такого результата! Когда мы протестовали против войны в Ираке, Джеффри был под судом, и я начал писать письма американским конгрессменам, но они ничего не отвечали. Это был 2006-й год, как раз был палаточный городок на Октябрьской площади, и я каждый день читал в газетах о Беларуси. Писали, что Беларусь остаётся советской республикой и 80% экономики советская, и что нет свободы слова. 

В это время я посещал курс англо-русского перевода и уже написал письма нескольким конгрессменам-сенаторам, потом перевёл эти же письма и отправил Лукашенко и Путину. У меня был друг – мы с ним написали Фиделю Кастро на испанском, Чавесу, а затем в Северную Корею и Канаду. Из Канады нам ответили, но въезд Джеффри был запрещён, т.к. его осудили за сопротивление при задержании.

KYKY: Вы бы хотели сегодня жить в Венесуэле?

Джеффри Бланк: Мы боимся, потому что слышим, что там много проблем. И небезопасно. И раньше было опасно, и сейчас опасно.

KYKY: А в Северной Корее вы сегодня согласились бы жить?

Джеффри: Мы хотели, но туда сложно поехать – только по особенной программе, американцам в Северной Корее нужен "экскурсовод" и это неинтересно: нельзя разговаривать с обычными людьми.

Джейсон: Да сейчас уже и невозможно поехать: из-за Трампа они запретили въезд американцам, до Трампа ещё можно было. Интересно, что в США считают Беларусь Северной Кореей. Но в США есть такие политические суды – я был просто возмущён, когда писал это письмо Лукашенко и захотел его перевести на русский. Я ничего не ожидал. Кстати, мы с братом вместе написали сказку на русском.

"Америка – это полицейское государство"

KYKY: Да, в вашей книге "Королевство братства" есть метафора о Беларуси? Ведь там упоминаются безукоризненно чистые площади, каждый год проходит праздник урожая, есть "Волшебная пуща".

Джейсон: Эта метафора больше подходит другой стране, но о Беларуси тоже. Я хотел целый набор "Сказки братьев Бланк" (смеётся). Мы издали книгу в 2014-м году. У меня была сумасшедшая идея внести вклад в русскую литературу: я читал Толстого, Достоевского (но это сложно), Чехова, конечно. Из советских писателей – Чингиза Айтматова. 

И я думал: "Как сложно, я не могу так писать – так красиво и сложно!" Затем я начал читать переводы сказок Ганса Христиана Андерсена на русском языке и подумал: "Вот! Я могу подражать этому стилю!" Начал пробовать, написал несколько сказок, но это последнее достойное, что получилось написать. Слава богу, что я достиг чего-то, и через сказку смог внести вклад в русскую литературу.

Джеффри: Мы хотим сделать мультфильм по этой книге.

Джейсон: Честно, я не хочу рассказывать все подробности, но я просто захотел написать сказку об истории этой страны: что с ней случилось – вы понимаете, да? Это о социализме тоже. Но так как у меня совершенно не было писательского опыта, мне приходилось писать то, что я знал сам. Для нас Дожинки – это сказочный праздник.

KYKY: Для нас тоже...

Джейсон: Нас Литва вдохновила нас написать эту сказку, потому что мы увидели, как люди уезжают оттуда! Все уезжают. Молодые люди уезжают. Это очень печальная ситуация. И там нет "свободы каждого". (улыбается)

KYKY: В 2008-м году вы приезжали на конференцию БРСМ в Несвиж и выступали там от созданной вами организации No Police State Coalition ("Нет полицейскому государству"). Вас не смущает, что Беларусь на Западе называют "полицейской", в том числе из-за соотношения количества милиционеров на душу населения?

Джеффри: В Нью-Йорке меньше полицейских, чем в Минске! Но это не вопрос численности – важно, если милиция политически репрессирует людей. А больше милиционеров или меньше – неважно. Может быть, больше – даже лучше, потому что в Нью-Йорке есть много очень опасных районов.

Джейсон: У Евросоюза бо́льшая проблема: в некоторых странах наши символы запрещены. Мы знаем большевиков-коммунистов, которые ходят на хоккейные матчи с большими флагами с надписью "СССР", серпом и молотом. И им было страшно, что полиция увидит символ, и их изобьют, потому что они в Литве.

Джеффри: Посмотрите новости из Европы: Испания, Франция, Бельгия – милиция там очень брутальна. Не секрет, в Америке, мы видели, милиция очень агрессивна. И вообще я думаю, что лучше здесь.

KYKY: Каждое седьмое ноября вы выходите на площадь перед Домом правительства и идёте с этим флагом СССР, который в Литве запрещён, а у нас разрешён, к памятнику Ленина – в то время, как памятники Ленину сносят даже в Украине. Для вас это какой-то ритуал? Вы же говорили, что беларуские коммунисты вам не нравятся.

Джеффри: Большинство коммунистов здесь – сталинисты. Они думают, что Сталин – бог, для них это стопроцентно ритуал. Я думаю, Сталин был сумасшедшим, он был параноик. Во-вторых, его смысл – это сто процентов антикоммунизм. 

Например, коммунизм – это интернациональность, но он сказал: социализм будет только здесь. И как называется страна? СССР. И что значит первая буква С? Советский. Что значит "совет"? Например, мы – автомобильный завод. Совет значит, что все рабочие могут собраться и у них выбор. Сталин покончил с "советами". Он хотел другую структуру – сталинизм…

Джейсон: Да-да! Кстати, сначала, когда мы пришли на марш, было много молодых людей. Мы шли среди них и подумали: "О, коммунизм возрождается!" Но сразу же после окончания церемонии кто-то из молодых людей произнес: "Хорошо! мы только что получили два балла!" – и я понял, что они там были принудительно, их заставили присутствовать.

Джеффри: Несколько раз на площади милиция просила нас снять флаг.

Джейсон: У коммунистов есть разрешения на какое-то время и после того, как мероприятия заканчиваются, нужно сворачивать флаги.

Джеффри: Однажды у них было разрешение для митинга у памятника Ленину, а после этого они хотели пройти маршем до памятника Дзержинскому и там тоже сделать митинг. А государство дало разрешение для первого митинга и для второго митинга, но не для марша.

Джейсон: Тогда флаг тоже надо было свернуть.

Джеффри: Если у тебя, например, портрет Ленина, нужно было его повернуть лицом к себе. Если у нас флаг – нужно было его свернуть. И я подумал: это абсурдно. Мы, 20-30 человек, прошлись по улице просто без символов.

KYKY: После 91-го года постсоветские страны начали строить капитализм, но получился не совсем тот капитализм, который есть в Америке.

Джейсон: В США нет возможностей. Американцы хотят социализм. Серьёзно. Они хотят получать хорошую работу с бесплатной медициной, с хорошей пенсией. Они хотят хорошее образование для детей. Они хотят хорошие отпуска – и всё! Есть миф о США, что это страна бизнеса. Нет! Уже появились очень большие корпорации – у них есть всё. В

 нашей школе мы знакомимся с людьми, и у них есть маленькие бизнесы, компании – в Беларуси есть место для малого бизнеса. Но в США – нет. Я не знаю никаких людей, которые хотят открывать малый бизнес.

Мы не смогли бы работать в России или в Украине. Мы можем работать только здесь, потому что здесь есть законы. Просто надо изучить их, следить за изменениями. Люди жалуются, но просто здесь есть правила и надо играть по правилам, и всё. Слава богу, тут не берут взятки – для нас это комфортно.


Как фамилия Бланк связана с Лениным

KYKY: Ваши корни в Вильне? Вы считаете себя потомками виленских евреев?

Джейсон: Мать нашей бабушки – из Вильни, а прадедушка – из Киева, она родилась в том же году, что Якуб Колас. Он родился в 1882-м в Столбцах. Это значит, что если мы из Вильно – мы фактически "бульбаши".

KYKY: Первый президент Израиля тоже был родом из Беларуси.

Джеффри: Беларусь, Литва, Украина – тут везде много евреев. Есть шутка, что "было больше президентов в Израиле из Беларуси, чем в самой Беларуси".

Джейсон: Когда мы приехали сюда, тут не было ничего чужого. Например, евреи едят ржаной хлеб. В Нью-Йорке раньше это называлось еврейским хлебом, да и борщ там считается еврейской едой. В "Рублёвском" много продуктов наших. 

Здесь популярна халва – это Ближний Восток, но это была еврейская сладость, как конфеты. Драники – это очень важное блюдо для евреев. Вы знаете об этом? Есть праздник Ханука, когда их готовят. Мы думаем, тут было много всего – культура Беларуси в большинстве еврейская.

KYKY: Вы знаете, что в советские годы здесь была квота для евреев в высшей школе и университетах – многим запрещали поступать на определённые факультеты и получать там образование.

Джейсон: Мой коллега сказал, что в 80-х годах было больше антисемитизма. Он математик – хотел продолжать аспирантуру после окончания университета, но его отправили в управление болот, а он хотел учить высшую математику. Он признался, что ему сказали: "Зачем – подготовить тебя для Израиля? Ты уедешь, и мы останемся без рабочих рук".

KYKY: Вы говорили, что фамилия Бланк связана с Лениным. Вы верите, что можете быть дальними родственниками?

Джеффри: Мы не знаем точно, родственники ли мы.

Джейсон: Его дедушка был Мойша Бланк. Один из архитекторов дворца Паскевичей в Гомеле тоже был Бланк… Мать Ленина путешествовала по Европе под фамилией Бланк, и кто-то ей сказал, что она еврейка, поскольку в Европе это очень распространённая фамилия.

"В Нью-Йорке запрещено говорить о запрете абортов"

KYKY: Кто учится в вашей языковой школе?

Джеффри: Много айтишников. Кто-то продаёт комбайны John Deere, есть пару человек – у них компания по брендингу.

Джейсон: Мы знакомимся с очень интересными людьми. Я думаю, что они необыкновенные люди: мы привлекаем очень амбициозных и талантливых людей. Снять языковой барьер – это моя работа, а Джеффри уже хочет, чтобы они начали думать на английском. У Джеффри более продвинутая группа и более социологическая методика. 

Раньше я преподавал математику в институте – это очень сложно, ужасная система просто! Я просто тратил время других людей. Сейчас я помогаю людям. Это не трата времени: я люблю свою работу, своё окружение и то, что мои ученики не хотят уходить после окончания занятий.

Джеффри: У меня больше свободы. Например, в Нью-Йорке запрещено говорить о запрете абортов. Вы слышали о "политической корректности"? Это не просто слова – это репрессия. Нельзя выступать против запрета абортов, против гомосексуалов, против людей другой расы. 

Cтуденты будут жаловаться: если один студент пожалуется директору – меня уволят. В университетах есть официальная политика, что мы уважаем транссексуалов, мы не терпим дискриминацию, но если у тебя есть вопросы, это уже считается дискриминацией. Я не согласен с людьми, которые думают, что каждый год в мире температура становится выше. ВИЧ/СПИД – я думаю, это тоже гипотеза.

KYKY: Вы не употребляете мяса и являетесь вегетарианцами, а многие это тоже считают ошибкой.

Джеффри: Убивать животных – плохо. Как я это понял? Мы были на БелАЗе – там был день открытых дверей, были в Детройте – на заводе "Форд" есть музей, есть смотровая площадка для туристов. Нам интересно посмотреть, как делают автомобили, как делают шоколад, но для нас никогда никто не сделает экскурсии на скотобойню. Это тоже о чем-то говорит.

KYKY: В одном из интервью вы сказали, что Беларусь – хорошая страна, но людям не хватает самоуважения. В чём это проявляется?

Джейсон: Все говорят, что мы никогда не станем беларусами, потому что мы не верим в поговорку "Хорошо там, где нас нет" – вот это самое главное.

Джеффри: Сейчас есть большая проблема – цинизм в Беларуси, все считают, что тут "всё плохо".

Джейсон: У беларусов очень низкая самооценка. Например, моя одежда – это всё беларуские производители, хоть сделано все в американском стиле. Тут крутые производители! Но некоторые говорят, что в "Акрополисе" в Литве или Белостоке одежда гораздо лучше… 

Это же просто вопрос бренда. А в Беларуси ещё есть внутренняя промышленность, ведь наши рубашки – тоже классные, а сшили их в Мозыре. В Америке все такие рубашки "сделаны в Бангладеш".

"Мобильники – это плохое изобретение"

KYKY: Что вы знаете о жизни Ли Харви Освальда в Минске?

Джеффри: Мы знаем, что он жил около площади Победы. У меня много вопросов к нему: я не верю в официальную версию, он не коммунист, и я не согласен с тем, что он убил Кеннеди.

KYKY: А как вы относитесь к Трампу?

Джейсон: На самом деле, раньше я поддерживал Трампа. И самая главная причина – так как я живу в Минске, я думал, что отношения между Россией и США будут лучше. Но этого не произошло.

Джеффри: Но он хороший продавец.

KYKY: Почему вы не пользуетесь мобильными телефонами?

Джейсон: Это моя особенность. Когда мобильники появились в 90-е годы, я сразу же подумал, что это плохое изобретение, что я не смогу даже гулять спокойно – люди будут донимать меня. В 80-е жизнь была хороша: зачем беспокоить меня, если я на пляже? Когда возвращаюсь домой, есть автоответчик: "Джейсон, это Майкл, я хотел встретиться с тобой завтра, если можно, перезвони", – и всё.

Джеффри: Но есть одна проблема: мы завели в Беларуси автоответчик, но большинство не оставляет на нем сообщения. А когда я спрашиваю почему, отвечают: "О, в Советском Союзе их не было".

KYKY: Вы учили беларуские слова и слышали беларуский язык?

Джейсон: Только по бигборду "Якім першым словам будзе тваё?". Каханне, сябар, посьпех.

Джеффри: Я, кстати, думаю, что русский язык будет лучше без английских слов "тостер", "принтер", "лоукостер".

KYKY: Вы часто бываете в США?

Джеффри: В феврале у нас будет отпуск, мы будем в США около месяца отдыхать. Там наши отец и мать, у нас младший брат. Я скучаю по Нью-Йоркскому метро, скучаю по нашим мостам метро, там мы живём у океана. Но мы все равно вернемся в Беларусь.


14:31 26/01/2018
Поделиться





ссылки по теме
5000 фальшивых евро пытались обменять в белорусском казино граждане Казахстана
Беженец из Африки работает дворником в Бресте
На лечение и охоту. Что привлекает иностранцев в Беларуси?