Несладкая жизнь сахарного завода

Недавно, в 2011 году, первый в Беларуси сахарный комбинат отметил своё 60-летие. Возраст для предприятия солидный, но похватать «Скидельскому сахарному комбинату» сейчас особо и не чем.

Несладкая жизнь сахарного завода

Начнем с общего осмотра – заглянем в цеха ОАО «Скидельский сахарный комбинат». Сразу же бросается в глаза разбросанный повсюду сахар. На полу, потолке, стенах, оборудовании – белые слои пудры.



На некоторых этажах – как будто попадаешь в снежный замок, где всё покрыто изморозью.



В цеху, где упаковывают сахар на три килограмма, стоит туман из пудры. Люди ей дышат, при этом за вредность от своей работы ничего не получают.

Как оказалось, эта самая пудра в цеху взрывоопасна. Если вдруг проскочит искра, то может произойти взрыв. При этом в некоторых цехах провода свисают со стены и по виду держатся «на соплях».

По словам сотрудницы завода, пожелавшей остаться неизвестной, руководство закрывает на всё глаза. «Когда приезжает санстанция, её ведут туда, где успели убрать, почистить. А помещения, где лежат горы неубранного сахара, закрывают, и говорят, что там ничего нет и никто не работает. В эти цеха даже свои, заводские не заходят, что уж говорить про чужих. Если же санстанция начинает придираться – дают сахар, проверяющие берут и молча уезжают», - рассказывает женщина.

Иногда здравый смысл все же берет верх и сотрудники сами убирают в цехах, правда, через два дня после уборки – та же самая картина. И дело даже не в человеческой лени или нежелании, а в отсутствии современной вентиляции, которая на сахарном заводе – одна из главных составляющих. Вентиляцией служит открытая настежь дверь. Когда включено всё оборудование, даже с улицы видно, как из завода наружу валит пудра. Правда, по словам сотрудницы завода, в некоторых цехах аспирация работает исправно, и там нет такой глобальной проблемы.

На 10 этаже произошёл «сахарный Армагеддон»: горы неубранного сахара с прожилками грязи, мешки, которые сиротливо стоят возле стены.

Раньше ещё кто-то приходил и собирал весь этот сахар, падающий с конвейерной ленты. Теперь же, видимо, никому до этого нет никакого дела. Сыпется сахар с ленты – ну и пусть. Лифт на заводе не работает, поэтому мешки с 10 этажа никто не выносит. Так и лежат. И продукция пропадает зря.

Перейдем к местному осмотру: несколько зарисовок из жизни сахарного комбината.

В некоторых странах существует традиция топтания винограда для производства вина. На Скидельском сахарном заводе тоже есть похожая традиция, правда, вместо винограда – сахар, и топчут его не голыми ногами, а в рабочей обуви. Часто на заводе можно наблюдать такую картину: рабочие привозят сахар, высыпают его на поддон и начинают топтать ногами, чтобы разбить комки. Интересно, они сами потом этот сахар добавляют в чай?

В одном из цехов делают ремонт. Строители добросовестно трудятся – красят, белят, в общем, стараются. При этом так усердно, что пыль идёт столбом. Эта строительная пыль оседает везде: на оборудовании, ящиках и … сахаре, который идёт по конвейеру. Строители работают – а рядом сахар на бункера идёт. А потом этот самый сахар попадает на пищевые производства, прилавки магазинов и в наши дома.

Для справки. Основные потребители скидельского сахара – это известные белорусские пищевые предприятия, такие как «Красный пищевик», «Коммунарка», «Красный мозырянин» и другие. Продукция сахарного комбината экспортируется в Таджикистан, Туркменистан, Узбекистан, Абхазию, Молдову, Литву, Монголию, Афганистан и Польшу.

Следующий заводской этюд. Лежащие возле стен завода мешки с сахаром – обычная картина. Их, конечно, уберут, погрузят в машины и увезут по месту назначения. Но пролежать эти мешки могут целые сутки. Когда сахар высыпают на улицу, на поддоны, или случайно просыпают на дорогу, со всей округи слетаются осы и пчёлы. Кишащие осиные тучи на сахаре– привычная картина в летнюю пору.

Перед тем, как наложить себе скидельский сахар в чай, нужно на всякий случай проверить упаковку: там можно найти сюрприз. Например, сахар идёт по конвейерной ленте, а на нём – осы и пчёлы, которые запросто могут попасть затем в упаковку. Несколько дней назад, по словам сотрудницы завода, в сахаре нашли окурки. Из находок можно ещё назвать фантики, нитки и плёнку от мешков из-под сахара, деревяшки от поддонов. На непрерывном конвейере вылавливают далеко не весь мусор. Что не выловят – попадает в упаковки с продукцией.

Другая работница завода рассказала, что как-то на комбинат привезли сахар 2011 года: «Во-первых, сахар был очень сырой, зашитый в мешках с этикеткой 2011 года. Во-вторых, у продукта был очень сильный крысиный запах. Этот сахар пустили на бункера, затем – в новые мешки с новыми этикетками за 2013 год. Приехала из Волковыска машина за сахаром для детского питания. 400 мешков брала. Для детского питания на заводе всегда выбирают отборный сахар, самый лучший. А в этот раз проворонили и дали что было – мешки с вонючим сахаром. Конечно, эти мешки ещё вернут, как только откроют и увидят, ЧТО взяли».

И то, что у сахара есть специфический запах, никого не волнует. Даже химика из лаборатории. «Сахар плохой очень, а где взять хороший?» - говорят на заводе.

Условия труда и сама работа на сахарном заводе далеко не сладкие. Например, один рабочий подвешивает мешки на весы, другой подшивает – лопаткой насыпает сахар в мешок или упаковку. Так за 12-часовую смену можно подшить до трёх тысяч мешков. Раньше, по словам сотрудницы завода, существовали определенные нормы упаковки, загрузки. Если что-то выходило сверх нормы – давали большие премии. Теперь же никаких норм нет. «Пока грузчики кричат «Давай!» продолжается загрузка вагонов. При этом грузчики получают 10 миллионов, а простой работник цеха – 3 с небольшим. Получается, мы работаем, чтобы грузчики получали деньги. Сказали бы – вам нужно по норме загрузить 4 или 5 вагонов, а мы грузим сколько успеем, в среднем 8-9 вагонов», - рассказывает женщина. Кстати, в один вагон входит 1 тонна 270 кг сахара, за смену загружают по 10 тонн. За сутки – вагонов 18. Правда, есть и плюс в загрузке вагонов – за «вредность» здесь дают пакет молока.

При этом, начиная ещё с 90-х, Скидельский сахарный завод всячески модернизируют и ремонтируют. Например, с 2005 по 2010 годы на реконструкцию комбината было потрачено 240 млрд капитальных вложений.

Гродненские строители уже прижились на заводе. Пока кое-как доделали первый этаж, на участке, который отремонтировали раньше, уже начало всё отваливаться. Берёшься за плитку – и она в руках остаётся. Сейчас ремонт докатился уже до третьего этажа. Когда делаешь ремонт у себя дома за свои кровные деньги, рассчитываешь на то, что результат останется надолго. А что здесь? Поставили пластиковые входные двери –

быстро разбили. Поставили вторые – тоже долго не прожили. Теперь третьи двери стоят. Поломал – выкинул, никто ничего не бережёт, бюджетных денег никому не жалко.

По Беларуси разбросаны склады сахарного завода. По словам сотрудницы, воруют там по-страшному. «Однажды наши технологи поехали проверять склад, открывают дверь – а там сахар лежит только возле самого входа, а сам склад пустой – вывезли всё через другую дверь. Зато по документам всё хорошо. Фактически же только один ряд сахара лежал. Мешки в грязи, порванные, сахар рассыпан по всему складу», - рассказывает женщина.

На самом заводе тоже временами происходят криминальные случаи. «При бывшем директоре Геннадии Карамушко пропало 44 вагона сахара. Потом ещё пропало 10 вагонов, которые направлялись в Россию. На Карамушко даже дело завели, и в 2006 году он уволился», - рассказывают работники комбината.

«В расчётном отделе бухгалтерии раньше работала сотрудница завода, которая присваивала себе деньги через других работников комбината. Перечислит кому-нибудь, например, 5 миллионов, потом позвонит и скажет, что ошиблась, и чтобы человек вернул ей лично лишнее. И ей несли, прямо в руки отдавали деньги. И ни у кого не закрадывалась даже мысль, зачем в руки отдавать, ведь нужно было всё пропускать через документы. Против неё возбудили уголовное дело, которое до сих пор не закрыто. Говорят, ей ничего не будет, потому что она внесла все неучтенные деньги. Странно, что не посадили», - рассказывает наш источник.

С 1 сентября на комбинате начнётся новый сезон работы – «пойдут бураки». Все смены перерабатывают до 7500 тонн сахарной свеклы в сутки. Раньше все сотрудники вместе выходили на работу в одну смену и наводили на каждом этаже порядок. Сегодня такой традиции нет. Пока к сезону никто особо не готовиться.

На заводе сейчас идёт грандиозная стройка нового склада бестарного хранения сахара, или по-простому бочки. В старый склад должно влезать 15 тысяч тонн сахара.

Когда эту бочку раньше вычищали, то выбивали целые глыбы сахара и загружали до трёх вагонов лишнего продукта. Эти вагоны куда-то в итоге пропадали. «А лишний сахар – это наши деньги. Наши премии. При Карамушко мы могли получать до 100% премии. Подекадно платили за переработку, за прибыль. Выискивали лишний сахар, чтобы заплатить рабочим, по жменькам носили. Раньше сахарный завод получал очень хорошо, по сравнению с другими предприятиями. И сюда было сложно устроиться на работу», - рассказывает сотрудница.

На сегодняшний день никто года три-четыре старую бочку не чистил, и она так заросла, что туда уже входит намного меньше сахара и накапливается грязь. В итоге на конвейерной линии часто можно увидеть то сахарные палочки, то сахарные осколки, то какую-нибудь грязь.

Скидельский завод является единственным предприятием в Беларуси, которое выпускает лимонную кислоту. Кроме этого, комбинат выпускает сахарный песок, прессованный сахар и свекловичный жом, который используется как корм скоту.

«Мы выпускаем кислоту, сахар за копейки – в магазине килограмм сахара продаётся за 8400 рублей. А конфеты из нашего сахара продают по 30 и больше тысяч. Почему бы заводу не наладить производство тех же конфет, газированной воды, леденцов? Сахар и лимонка для этого есть», - рассуждает сотрудница завода.

Почему? Всё по тому же – никому ничего не нужно. В цехах не могут навести чистоту и порядок, хотя на заводе работает более 1000 человек, так что тут говорить о развитии кулинарного производства?

Кроме нового склада, на заводе вскоре появится и новый цех фасовки. Сотрудники рассчитывают, что теперь будут работать в чистоте. Правда, как долго эта чистота продержится – вопрос риторический. И сколько сахар в рот не клади, сладко от него почему-то не становится.

Поделиться