АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Олимпиада Запрет полетов Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа

Павлюк Быковский: Приглашение родителей в Беларусь - прокол в тонко настроенной игре

Первая пресс-конференция, которую дал человек, специально приехавший из следственного изолятора.

Павлюк Быковский: Приглашение родителей в Беларусь - прокол в тонко настроенной игре
Политический обозреватель Павлюк Быковский прокомментировал «Белорусскому партизану» брифинг МИД по посадке самолета Ryanair.

-На пресс-конференцию пустили иностранных журналистов; некоторые специально на нее приехали, некоторым специально для пресс-конференции дали аккредитацию, которая через день превращается в тыкву – исключительно для этого мероприятия. Соответственно, организаторы хотели добиться какого-то внешнеполитического эффекта. Недаром пресс-конференцию проводил МИД, а вел ее пресс-секретарь МИД Анатолий Глаз.

-Какую роль уготовили Роману Протасевичу?

-Роман Протасевич стал определенного рода сюрпризом пресс-конференции, он не был заранее заявлен. После его появления в зале, судя по сообщениям. Часть западных дипломатов и журналистов ушли: они аргументировали свою позицию тем, что Протасевич явно вынужден там находиться. Хотя сам Протасевич говорил, что это была его воля, его желание, но доверия его слова не вывали: его привезли из следственного изолятора и увезли под конвоем обратно, что и проявилось в небольшом эмоциональном выступлении Татьяны Коровенковой из БелаПАН, которая сказала, что не верит словам Протасевича, но сочувствует ему. 

-Какие выводы напрашиваются из всего этого действа?

-Я бы обратил внимание на то, что это первая пресс-конференция, которую дает человек, специально приехавший из следственного изолятора. Таких прецедентов я не помню. Хотя в прежние годы было достаточно интервью заключенных, которые проводили специально отобранные журналисты. Это пример более тонкой игры, которой раньше белорусские власти похвастаться не могли. 

Что касается сюжета, связанного с посадкой Ryanair, то принципиально новых вещей нам не сообщили. Любопытна русскоязычная запись переговоров экипажа и диспетчера, раньше Министерство транспорта публиковало запись на английском языке. Что за русскоязычная запись, насколько официальная запись – не очень понятно, но она предъявлена.

Заявлено, что белорусская сторона так и не получила ответ, почему Ryanair  не снижался при заходе на литовскую границу – обычно там происходило снижение. 

Любопытный вопрос, но без участия второй стороны получить на него ответ невозможно. Но белорусская сторона делает вид, что Ryanair  участвовал в провокации, мол, перехвата самолета не было, но он повернулся в том месте, где мог бы быть перехват. В ситуации, когда экипаж молчит, следствие, которое проводит Польша, Литва, ICAO молчит, а белорусская сторона задает вопросы – достаточно грамотная работа с повесткой дня, аргументы белорусской стороны могут выглядеть убедительными.

Что касается сюжета, связанного с Союзом поляков на Беларуси и вывозом трех гражданок Беларуси в Польшу, то тут мы узнали, какие им предъявлены обвинения (ранее это было дискуссионным вопросом, поскольку адвокаты, связанные подпиской о неразглашении), и увидели запись беседы с консулом. В белорусской практике мы видели по телевидению беседы адвоката с подзащитным, которая должна быть тайной, в данном случае я не уверен, что закон требовал соблюдать тайну беседы консула с политзаключенными. Мы можем сомневаться. Перед каким выбором стояли эти люди, но таков ответ на пресс-конференцию активистов Союза поляков в Варшаве, где они рассказали свою версию событий.

И совершенно отдельный сюжет – состояние Романа Протасевича. Если были сомнения относительно того, пытают Романа или не пытают, то сейчас все увидели, что он не находится под воздействием наркотиков, увидели, что он может объяснить раны на своих руках (люди, которых задерживали в Беларуси, имели похожие раны, если им надевали наручники или стяжки). Утверждение Романа, что он прекрасно себя чувствует и зовет родителей в Беларусь, где им ничего якобы не угрожает, на мой взгляд, напоминает практику советского времени, когда люди, попавшие в распоряжение НКВД, звали иностранных родственников приехать в Беларусь (или Советский Союз) – это мне кажется проколом в тонко настроенной игре.

Мы наконец-то официально узнали предъявленные Роману Протасевичу и Софье Сапеге обвинения; мы узнали, что шантаж выдачей Романа Протасевича непризнанной «Луганской Народной Республике» для допросов – это риторические вопросы без серьезного продолжения, сейчас правоохранительные органы говорят, что таких обращений и не было. Получается, что господин Гора опровергает Александра Лукашенко, что довольно смело с его стороны. 

Мы увидели достаточно живое выступление Романа Протасевича, который по-прежнему относит себя к людям с оппозиционными взглядами – это его несколько отличает от Юрия Воскресенского, который, хотя, отчасти и критикует режим, но на Всебелорусском народном собрании он критиковал скорее оппозицию, а не режим. Роман Протасевич говорит об уважении к Лукашенко как к человеку и неприятие его политики. Здесь тоже мы видим более тонкий подход, нехарактерный для белорусских властей.

Мне показалось, что загадка, которую загадывал Роман Протасевич, не его домашняя заготовка, его попросили (как попросили и пригласить родителей) его кураторы, которые отвечали за подготовку к пресс-конференции. Этот кейс действительно существует, но он не является сколько-нибудь значимым предметом для международных отношений. Этот момент скорее вызовет интерес для внутреннего потребления, для пропаганды. 

-Юрий Воскресенский, Роман Протасевич, добавим сюда Андрея Ланкина (руководителя одного из избирательных штабов) – и получим целый пул известных персон, которые участвовали в президентской кампании. Не пытается ли официальный Минск собрать команду бывших оппозиционеров, чтобы лоб в лоб столкнуть их с нынешней оппозицией?

-У всех них – разный статус: Протасевич находится в СИЗО, Воскресенский под подпиской о невыезде, а Ланкин на свободе. Они в разной степени зависимы, с другой стороны – никто ни из старой, ни из новой оппозиции не воспринимает эти фигуры как равные себе. Поэтому на круглый стол Воскресенского приходят случайные люди и очень часто там бывают пропагандисты, политологи-лоялисты, которые выступают со стороны правящего режима – представителей оппозиции там практически не бывает. Даже если и вынашивался такой вариант, то это не получается сделать. Протасевич, если следствие посчитает возможным изменить ему меру пресечения, он сможет играть определенную роль: он достаточно правдоподобно выступает, но за ним никого нет. Все они – частные лица, за которыми никто не стоит, поэтому играть роль оппозиции они не смогут.



Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...