АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Референдум Белгазпромбанк Выборы-2020 Беларусь-Россия Павел Шеремет Экономический кризис Эпидемия

Татарско-белорусское дежавю: как сохранить родной язык в русской языковой системе

Как сохранить родной язык в условиях доминирования более сильной языковой системы и культуры другого государства? Как сделать национальный язык "модным" для молодежи и почему настолько важна роль государства? Эти вопросы актуальны как для Татарстана, так и для Беларуси.

Татарско-белорусское дежавю: как сохранить родной язык в русской языковой системе
Об этом в День родного языка мы поговорили с кандидатом исторических наук, председателем Всемирного форума татарской молодежи Айратом Файзрахмановым

- Айрат, расскажите немного о себе. Как Вы пришли в гражданский активизм?

- В организации "Форум татарской молодёжи" я работаю уже более 10 лет. Темой татарского языка начал интересоваться еще в студенчестве, посещал разные встречи, мероприятия, связанные с национальной тематикой. Свою роль сыграло то, что я учился в гимназии с татарским языком обучения, в 90-е годы у нас был расцвет таких школ. В аспирантуре преподавал на татарском языке. Поэтому всегда был в этой теме. Наша организация включает более 100 татарских молодёжных сообществ по всему миру. Их количество сильно выросло за последние 10 лет. Это придает больше осмысленности жизни. 

Наверное, сложно это назвать гражданским активизмом, скорее я занимаюсь национальной темой в привязке с молодежным движением, которое формирует живые городские сообщества. У нас в организации горизонтальная структура, нет иерархии, все равны. 

- В одной из своих статей Вы писали, что главный результат вашей деятельности – это создание креативной татарской среды и популяризация татарскости среди молодёжи. Что вы делаете, чтобы сделать татарский язык «модным» для молодых татар? 

- В нашей работе мы для себя давно осознали, что нужно формировать субкультуру, а не выстраивать организацию со съездами, конференциями и резолюциями. Мы используем формат молодежных активностей. 

В республике всегда был сильным татарский фактор, особенно с 1990-х годов, когда был расцвет национального движения. Сегодня также выросло поколение, которое закончило татарские гимназии. Как мне кажется, хорошую роль сыграл также туризм - позиционирование Казани как города татарской культуры, а богатая история всегда привлекает. 

Важный момент - постоянное озвучивание проблемы сохранения татарского языка. Сегодня его становится все меньше. И наша деятельность - это ответ молодежи на эту проблему. 

У нас есть слоган: "Национальное актуализируем, актуальное татаризируем". Все современные форматы, которые популярны у молодежи, мы делаем на татарском языке. Вместе с тем берем какие-то исторические, фольклорные вещи и популяризируем их с помощью новых форматов. Например, в Казани был такой Песчан базар - место, где торговали татары, которые стало уже брендом. Мы проводили там фестивали, организовывали фудкорты, лекции, экскурсии, подтягивали национальных дизайнеров - все "модное" для популяризации своего, национального.

И просто есть объективное желание молодежи попробовать что-то новое. Большую роль сыграла альтернативная музыка. У нас достаточно популярная татарская эстрада, но она больше нравится старшему поколению. Лет 10-15 назад начала формироваться альтернативная татарская музыка. Сначала появился татарский рэп, который с непривычки было дико слушать. Потом появился татарский рок. Постепенно качество этой музыки улучшалось, и последние лет 5 она очень популярна среди молодежи. Несмотря на то что ее нет на радио и телевидении. 

В Татарстане продолжается процесс урбанизации, порядка 66% татар живут в городах. В советские годы в Казани было больше русского населения, сегодня уже чувствуется, что татар стало больше. И это сыграло свою роль: татароязычные люди из районов приезжают в Казань и татаризируют городское пространство - татарский язык начал больше слышаться в транспорте, в общественных местах. Правда, этот фактор уже тает: человек в семье и среди знакомых может говорить на татарском, а на работе уже больше общаться по-русски. Дети этих приезжих людей уже больше говорят по-русски, степень владения национальным языком начинает снижаться.

Чиновники немного говорят на татарском в публичном пространстве. То есть татарский является в некоторой степени языком общения элит. Знание татарского языка - хороший бонус к профессиональному профилю чиновника. 

И появился еще один хороший тренд: если ты живешь в Казани и знаешь татарский язык - это признак высокой культуры. Татары - народ не бедный, если посмотреть на татарские деревни и зажиточные дома. Быть татарином становится престижно. 

Отмечу, что говорить на татарском стало "модно" в Казани. В других городах Татарстана ситуация хуже. 

Не скажу, что мы в нашей организации делаем что-то особенное, мы просто оседлали все эти объективные тренды и вписались в них. 

- Белорусы, рожденные в 70-е-80-е, каждое лето ездили в деревню, где на белорусском языке говорили бабушки и дедушки, поэтому белорусский был для многих совершенно понятен. Сейчас белорусские дети растут и не слышат живого белорусского языка в естественной среде. С другой стороны, белорусский язык при этом все меньше ассоциируется с языком деревни. В одном из своих интервью Вы говорили о том, что в Татарстане деревня тоже перестает подпитывать татарскость. 

- От процесса урбанизации никуда не денешься, рабочих мест на селе у нас все меньше. Это естественный процесс, и молодежи интереснее жить в городе. Так что татарская деревня как источник национальной жизни исчерпывает себя. 

Второй момент - сама деревня также урбанизируется, принимает городской образ жизни. Сельское население начинает концентрироваться в районных центрах - поселках и малых городах. А язык районных центров - и русский, и татарский. 

Большую роль играют СМИ, информационная среда, и она в большей степени русскоязычная. Несмотря на то, что ты живешь в деревне, ты все равно смотришь телевизор, пользуешься интернетом, которые в основном русскоязычные. 

Русский язык - глобальный, и мы это хорошо понимаем. Рунет занимает второе место по использованию. Поэтому в деревне пространство татарского языка тоже сужается. Происходит также автомитизация жизни в деревне: люди приезжают в деревню и все меньше между собой общаются. 

Самый важный фактор в языковом вопросе - это образование. Образования на татарском языке становится все меньше. В сельских районах детские сады и школы переходят на русский язык обучения. Этого могут требовать сами родители, и условия существования татарского языка в российской системе образования хуже, чем у русского: нужно сдавать ЕГЭ, в начальной школе у нас есть выпускные экзамены, которые нужно сдавать на русском языке. Родители бояться, что ребенок не справится, поэтому сразу хотят перейти на русский язык обучения. Плюс происходит оптимизация школ. Национальное образование на селе постепенно умирает. 

Это мы говорим про Татарстан, где живет чуть больше 2 млн татар. Если брать татар за пределами республики, а их около 70%, неплохие условия существования татарского языка в Башкортостане, там живет порядка миллиона татар, которые сохраняют свой язык. В других регионах, где по 200-300 тысяч татар, условия существования татарского языка значительно хуже. Дай Бог, чтобы там в школах родной язык был как факультатив. Так что за пределами Татарстана литературный татарский язык в школах практически не знают. Писать, читать на татарском уже сложно. Писатели, поэты, ученые из этой среды уже не выйдут - если мы не восстановим татарское образование.

- Два года назад в России встал вопрос об изучении национальных языков в республиках. Изучение второго национального языка в регионах стало необязательным, и национальные языки начали убирать из учебных планов. Это очень серьезно возмутило многих в Татарстане. Расскажите, какая ситуация сегодня.

- В Татарстане количество часов изучения татарского языка уменьшилось в два раза, татарской литературы – осталось полчаса-час в неделю. Это если говорить о школьном предмете. Преподавание на татарском языке еще в более ужасном состоянии, но это не результат 2017 года. Это результат малого внимания руководства республики к этому вопросу, языковой политики в образовании.

Татарские школы массово перешли на русский язык обучения. Мы пришли к тому, что в Казани из более 20 татарских гимназий только в одной преподавание на татарском языке. Это привело к тому, что значительная часть молодежи в Казани и больших городах Татарстана мало говорит на татарском языке, хоть еще его и понимает. 

В Татарстане было всеобщее изучение татарскому языку. В 2017 году в Йошкар-Оле на заседании совета по межнациональным делам Владимир Путин сказал, что никто не имеет права заставлять учить не родной язык. Это привело к валу прокурорских проверок в Татарстане. Пришли к тому, что теперь родители должны писать заявление о том, что они не против, чтобы ребенок изучал родной татарский язык. То есть на изучение русского языка ничего писать не надо, а на изучение татарского в качестве родного – надо. 

Русский язык существует как учебный предмет, а татарского теперь нет, есть предмет «Родной язык», где ты выбираешь – русский, татарский, чувашский и так далее. То есть в рамках образование татарский язык как государственный практически отсутствует. 

Любое государство должно обеспечивать хотя бы минимум владения государственным языком. Татарстан следовал этой логике, и школа была единственной институцией, где человек мог получить минимум знания татарского языка. Сейчас нет и этого. Теперь татарский язык превращается из государственного языка в язык татарской общины. 

Но вся эта ситуация немного встряхнула татар и они больше заговорили о проблемах татарского языка. 

В Федеральном центре есть разные силы, которые лоббируют свои интересы. Есть те, кто понимает и уважает права республик, в том числе языковые. Есть те, для кого национальные республики как красная тряпка. И конечно, они в определенной степени влияют на решения центра. 

2017 год имел еще одно негативное последствие - это снижение доверия друг к другу разных этнических групп. 

Вся эта ситуация с образованием приведет к тому, что через поколение еще останется интерес к татарскому языку, может, будет где-то приколько и модно, но высокая литература, культура, наука – будет просто некому преподавать на татарском языке. Наше поколение, которое училось в татароязычных гимназиях, еще знает язык, а следующее поколение на 99% не сможет генерировать качественный татароязычный контент. 

Единственная надежда, которая сейчас появилась – это полилингвальные школы. По концепции предметы в них преподаются на трех языках: английском, русском и татарском в равной степени. Первая такая школа откроется в 2020 году, возможно, это как-то сможет спасти ситуацию. Но это будут не массовые школы, их будет немного. Мы в позиции слабого в этой ситуации, поэтому остается надеяться, что эту инициативу оценят и поддержат на высоком государственном уровне. 

Полилингвальные школы открываются и в других регионах – их много в Северной Осетии, аналог такой школы есть в Якутии. Федеральный центр оценил опыт таких школ как положительный. Позиционирование татарского или любого другого национального языка как элемент полилингвальности сейчас выгодно. 

Институционально выстроено так, что языкам республик очень сложно. Мы потеряли советское наследие в виде национальной школы, а новую не сформировали. 

- В Беларуси есть такое явление как трасянка, в Украине – суржик. Одни видят в этом возможность сохранения национального языка в ситуации доминирования русской языковой системы и культуры, другие – этап постепенной деградации и уничтожения национального языка.  Где правда? И есть ли что-то подобное в Татарстане?

- Мне сложно оценить, как в Беларуси и Украине эти явления влияют на национальные языки. У нас тоже есть такой татарский суржик – наполовину татарский, наполовину русский. Например, применяется русское слово, но ставится татарское окончание. В нашем случае пусть лучше так, чем вообще отсутствие языка. Бывает, конечно, что над эти смеются, но я считаю это неправильным. Человека, который только начинает осваивать язык, нужно поддерживать. Люди, которые смогли преодолеть этот психологический барьер, накапливают словарный запас и практику и приходят к хорошему татарскому. 

Знание языка довольно динамичное в течение жизни. Ты можешь приобрести навыки языка, а можешь язык потерять. 

- Как языковой вопрос решается в других странах, где два языка и больше? Например, в Швейцарии, в одной части официальный язык – французский, в другой – немецкий, в третьей – итальянский. Есть еще романский. То есть четыре языка, и все говорят на этих четырех языках, проблем нет.

- Возьмем к примеру Уэльс, где нет особых амбиций на отделение, как, например, в Каталонии. За последние 20-30 лет валлийский язык очень хорошо развивается, до этого его знало лишь 5% населения. Все благодаря наличию школ с валлийским языком обучения. Там естественным образом поняли, что путь к восстановлению языка – это школа. Там принята стратегия развития национального языка до 2050 года, существует мощная институциональная поддержка. Также есть мощная поддержка СМИ на валлийском языке. 

То же самое происходило в Каталонии и Стране Басков. Там молодое поколение знает национальный язык лучше, чем старшее. 

Велосипед заново придумывать не нужно, есть много примеров, когда язык восстанавливался благодаря образованию на национальном языке. Схожая ситуация с индийскими языками в Америке. 

Образование – это основа, фундамент, а вокруг выстраивается языковая экосреда в виде СМИ. В Татарстване такая экосреда, хорошая культурная надстройка есть: у нас есть мощные СМИ на татарском языке, есть татарская эстрада, альтернативная музыка, мощны национальный неклассический театр. А фундамент очень сильно проседает. 

Очень важный момент – это активная пропаганда билингвальности среди родителей. Она в Тататрстане пока еще плохо выстроена. Важно объяснять родителям, что дает полилингвальность, билингвальность ребенку, что это плюс для развития и уже цивилизационная норма. 
 
- В одном из интервью Вы говорили о том, что сегодня ни один мировой язык уже не является объектом монопольных прав лишь одного государства, жесткое языковое единство и однородность уходят в прошлое, оставаясь признаком лишь небольших государств. Эта гибкость позволяет сохранять статус международного испанскому, немецкому, французскому, английскому, арабскому языку. В то же время языковой вопрос в нашем регионе становится все более политизированным. Русский язык уже и в Беларуси становится инструментом геополитического противостояния. Почему так происходит и что с этим делать? Насколько гибок русский язык, учитывая, что это официальный язык нескольких государств?  

- Схожая ситуация не только с русским, но и другими сильными языками – в Великобритании, Испании. А сильному всегда сложно понять слабого, чтобы проявить эмпатию, нужно в каком-то смысле преодолеть себя. Но мир сегодня становится более инклюзивным, в эту инклюзивность включаются языки коренных народов. Про это больше говорят на международном уровне. И хочется надеяться, что Россия, Беларусь и другие страны развернуться в сторону этих норм. 

Сегодня государствам нужно ориентироваться на полилингвальность и эмпатию как цивилизационную норму, брать пример с успешных кейсов, где бесконфликтно удается решать языковые вопросы. Смотреть на законы, которые существуют в мире, говорить о такой позитивной дискриминации мажоритарных языков.

В России пока в языковом вопросе преобладает консервативная, великодержавная позиция. Но не думаю, что этого будет становиться больше. Мне кажется, в молодом поколении российских политиков больше инклюзии и эмпатии. Синдром «старшего брата» будет все меньше. 

- В российской власти есть разные группы, у которых все равно будут свои интересы. 

- На самом деле это естественная необходимость Российской Федерации. Экономическая ситуация не лучшая, есть понимание, что нужно переходить к более справедливым межбюджетным отношениям, а это потянет за собой развитие федерализма. Если Россия хочет сохраниться как крепкая цивилизация, ей нужно возвращаться к федерализиму, а федерализм без республик и атрибутов их государственного статуса, в том числе и языков, невозможен. Другой путь – конфликтный. Думаю, у власти есть понимание, что не стоит пилить сук, на котором ты сидишь. 


Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...