АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Олимпиада Запрет полетов Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа

Мы создадим систему, в которой бизнесмен будет видеть в государстве партнера: Валерий Цепкало об уроках ПВТ и будущем Беларуси

В последнее время белорусский ПВТ все чаще мелькает в информационном пространстве как структура, задействованная в давлении на IT-бизнес. TUT.BY, 21 VEK, Rocket Data, PandaDoc и другие компании являлись резидентами ПВТ. Для некоторых сотрудничество с парком стало поводом для возбуждения уголовных дел. О том, как создавался парк и о перспективах развития IT-индустрии в стране поговорили с создателем ПВТ Валерием Цепкало.

Мы создадим систему, в которой бизнесмен будет видеть в государстве партнера: Валерий Цепкало об уроках ПВТ и будущем Беларуси
Валерий Цепкало сегодня известен в Беларуси и зарубежом как яркий оппозиционный политик. Но большой политикой Валерий занялся относительно недавно, пишет Bel.biz. Этому предшествовал путь от успешной карьеры чиновника и дипломата до создателя Парка Высоких Технологий (ПВТ) и кандидата в кандидаты в президенты РБ на выборах 2020 года.

От идеи до воплощения


Валерий рассказывает, что еще работая в Америке, обратил внимание на то, как быстро развивается IT-индустрия в Индии. И если для Америки передовые технологии были чем-то естественным, то показатели Индии очень удивляли. Во время визита к Биллу Клинтону тогдашний премьер-министр Индии Мори озвучил, что его страна вышла 3 млрд. экспорта программных продуктов в США.   

Валерий Цепкало с Биллом Клинтоном в Овальном кабинете 1997г. Фото из личного архива Валерия Цепкало.

Такой прогресс, произошедший с этой развивающейся страной за 20 лет, сильно впечатлил Валерия Цепкало. Тогда эта цифра казалась фантастической, потому что экспорт российского вооружения, например, составлял около 4 млрд долларов. Но в отличие от производства оружия, софт не требовала таких колоссальных сырьевых, человеческих и материальных вложений.

 —Тогда, в 2003 году я начал активно изучать возможности белорусской IT-сферы, — вспоминает Валерий Цепкало. — К тому же, в то время ко мне поступило два интересных звонка, утвердивших меня в том, что я на правильном пути. Сначала позвонил директор одной крупной телекоммуникационной компании с запросом создания билинговой системы. У них разгорелся серьезный скандал, связанный с подозрениями клиентов в завышенных начислениях за трафик в роуминге. И компания нуждалась в софте, позволявшем фиксировать и составлять прозрачные отчеты о времени, месте и количестве использованного трафика, — продолжает Валерий. 

В Беларуси на тот момент не было ни одной компании, способной разработать такой продукт. И мобильный провайдер заказал его в Финляндии. А после был звонок от директора Национальной библиотеки с запросом сделать каталоги электронных ресурсов. И опять же в Беларуси не нашлось никого, кто бы смог выполнить этот заказ. 

Активное изучение возможностей IT-индустрии привело к знакомству с основателем компании EPAM Аркадием Добкиным, Николаем Кураевым из ScienceSoft и Александром Муковозчиком из компании «Системные технологии». Таким составом они начали обсуждать и разрабатывать содержание декрета, который должен был дать толчок развитию IT-индустрии в Беларуси. 

Для наглядности взяли разные типы компаний: работавший на экспорт EPAM, делавшие продукты для внутреннего рынка белорусской банковской системы «Системные технологии», ScienceSoft и несколько начинающих стартапов. Вот под эти четыре типа компаний и начали разрабатывать документы, которые впоследствии стали основанием для развития IT-индустрии в Беларуси. 

—Труднее всего было убеждать чиновников правительства, в том, что это необходимая и полезная для страны отрасль. Это было самым сложным —донести людям, озабоченным проблемами ремонтов коровников и курятников, план создания первой в Беларуси IT-экосистемы, — рассказывает Валерий Цепкало.

Одним из убедительных аргументов было то, что такие компании будут заводить в страну инвестиции, если предложить им понятную, прозрачную и выгодную налоговую систему. Так появились льготы по подоходному налогу. На момент введения 9% налога для IT, подоходный налог в Беларуси был прогрессивным. То есть, в зависимости от заработной платы уплачивался от 9% до 30%. Плюс 36% социально-страховых отчислений.

Было очевидно, что при высоких заработных платах и налоге в 66% работать возможно только через оффшорные схемы и зарплаты в конвертах или не работать вообще. А это, в свою очередь, делало индустрию неконкурентоспособной и не давало возможности развиваться. 

Около 15 месяцев ушло на написание декрета и всевозможные согласования. Периодически поднимался вопрос о выпадающих налогах. Но на тот момент IT-индустрия Беларуси была в зачаточном состоянии. Весь экспорт программных продуктов из страны составлял порядка 12-14 миллионов долларов и приходился на государственные предприятия вроде «Агат систем» или «Завод Орджоникидзе». Частный сектор давал не более 3-5 миллионов долларов. То есть, выпадающие налоги были совсем небольшие. 

—На сегодняшний день хорошо видно, насколько правильным было принятое тогда решение о создании ПВТ. Если бы этой экосистеме не мешали, она бы развивалась гораздо лучше, —уверен Валерий Цепкало. — Но в условиях правового беспредела и полной потери доверия к государственным институтам ни о каком развитии пока речи быть не может. Однако я убежден, что у Беларуси есть потенциал стать страной-лидером с высокоразвитой IT-индустрией, —считает политик.

Изначальная стратегия развития ПВТ и IT-отрасли подразумевала развитие образовательного кластера. Для этого проводились встречи с руководителями бизнесов. Делался горизонтальный срез по зарплатам и требуемым компетенциям. Таким образом, руководство парка пыталось понять в разрезе отрасли, какие специальности ей необходимы. А после мотивировали компании открывать лаборатории при университетах. 

— Понимая важность развития образовательного кластера, я привлек несколько крупных грантов от индийского правительства на миллионы долларов. За эти деньги команда людей прошла стажировку в Индии, после чего эти люди должны были в течение двух лет преподавать в лабораториях при университетах и в образовательном центре ПВТ, — рассказывает Валерий.

Валерий Цепкало с Тун Доктор Махатхир бин Мохамад. Фото 2011г. из личного архива Валерия Цепкало.

Руководство ПВТ активно занималось привлечением компаний в полезные для отрасли проекты. А заодно превращало заброшенное здание от Академии наук в современный офисный центр. 17 лет этот недострой разрушался и ждал, пока найдутся инвестиции и его приведут в порядок.

— У нас был план развития, частью которого являлась подготовка нового поколения. С владельцами бизнеса мы проводили такие туры по школам во время которых, рассказывали старшеклассникам о профессиях в IT-отрасли, о том, как там можно создать свой бизнес. Мы понимали, что новое поколение нужно готовить, знакомить и выращивать. В результате было открыто около 85 лабораторий при ВУЗах, в том числе гуманитарных, лингвистических и сельскохозяйственных, — вспоминает Валерий Цепкало. 

Проект ПВТ становился слишком успешным и заметным на фоне неудач в остальных сегментах экономики. Валерий считает, что это стало одним из важнейших факторов его отстранения от управления парком. Сильные и независимые конкуренты власти были не нужны. К тому же, параллельно началась идеологическая работа по приписыванию заслуг успешности ПВТ государству и лично Александру Лукашенко.

Валерий Цепкало с Александром Лукашенко и членами правительства. Фото из личного архива Валерия Цепкало.

Революционный декрет


Принятие декрета о цифровой экономике, так называемого Декрета №8, вызвало много обсуждений. Звучали планы о том, что скоро мы построим цифровое государство, повсеместно введем смарт-контракты, упростим налоги и административные процедуры. На самом деле, считает Валерий Цепкало, декрет о цифровой экономике был больше посвящен криптовалюте. И видит жестокую иронию в том, что информационный портал Tut.by, активно освещавший декрет и связанные с ним перспективы, впоследствии оказался заложником своего резидентства в ПВТ. А руководство парка не сказало ни слова в поддержку своих резидентов.

— Когда арестовали Виктора Прокопеню и семерых сотрудников IBA, я высказывался в их поддержку. Объяснял, что это сильно ударит по репутации, что в современно мире так дела не решаются. Взять и закрыть, разрушить бизнес, создававшийся по 15-20 лет, где все деликатно и строится на доверии, недопустимо, — говорит Валерий Цепкало.

Такая позиция, по мнению Валерия, и привела к его отстранению от управления ПВТ. 

Условия и условности


Администрация ПВТ существует в форме государственного учреждения. А компании-резиденты — частная собственность. Основное условие членства подразумевает соответствие видам деятельности, прописанным в законодательстве. Второе — соблюдение условий деятельности, которые прописаны в договоре между резидентом ПВТ и администрацией.

— Один из пунктов этого договора, например,— прохождение обязательного ежегодного аудита на соответствие видам деятельности, установленным в законодательстве. Поэтому я нисколько не сомневаюсь, что Tut.by прошел эту проверку на соответствие своевременно. Иначе они бы не смогли работать,— комментирует Валерий Цепкало обвинения, выдвинутые ООО «Тутбай Медиа».

Наезд на айтишников политик считает исключительно политическим.

— Во все времена средний класс являлся двигателем перемен. В абсолютных цифрах айтишник платит в 4 раза больше налогов и прямых и косвенных, чем средний белорус по стране. Индивидуальный предприниматель платит 5% налога, а айтишник 9% и плюс 1% с общего объема выручки, который идет в распоряжение администрации ПВТ, и дальше мы не знаем, как эти деньги расходуются сейчас,— рассуждает Валерий.
 
— Если раньше эти деньги шли на развитие экосистемы и образовательного кластера, то сейчас, насколько мне известно, ПВТ никаких проектов не ведет. Завод Орджоникидзе бросили, гродненский филиал ПВТ закрыли, нигде в областных центрах начатые при мне проекты не стали развивать. А те деньги, которые идут в распоряжение администрации ПВТ и должны быть использованы на общие цели и инфраструктуру, идут на какие-то другие,— говорит политик.

Все заявления о развитии Великого Камня, создания IT-акселератора на базе Академии наук или венчурного кластера на базе белорусских банков, по мнению Валерия, не имеют под собой никакого практического основания. 

— Сегодня ни один инвестор или предприниматель в здравом уме не станет сотрудничать с нынешней властью, уровень токсичности которой с каждым днем все выше,— уверен Валерий.

А особенно в технологической отрасли, где репутация и инвестиционный климат играют решающее значение. Ведь в  технологическом бизнесе основу составляют не природные или материальные ресурсы, а люди, отношения и уровень доверия. В этом бизнесе доверие — самый главный актив.

Когда у Ли Куан Ю спросили, как ему удалось за 30 лет превратить Сингапур из болота в высокоразвитое государство, он ответил, что главный секрет — доверие. Такая система по мнению политика является идеальной для процветания бизнеса и государства. Когда бизнес может полностью доверять государству, а то, в свою очередь, не меняет решения и условия ведения бизнеса. А если меняет, то в лучшую для бизнеса сторону. Когда судебная система работает, как нужно и вовремя, а не является частью пропагандистской или карательной системы государства. 

Планы и перспективы


Валерий Цепкало убежден, что Беларусь имеет все шансы стать развитой технологичной страной. И у него есть конкретные планы и стратегии для воплощения этой цели.

— Мы будем активно развивать финтек-сектор, слияние банковской системы с IT. Если нам удалось добиться таких результатов в этой чудовищной системе, то насколько больше и лучше мы сможем развиться, когда система поменяется. Обязательно будем развивать биотехнологический кластер,— убежден политик.

Он считает, что государство должно инвестировать в это и заложить фундамент. И говорит, что у него уже есть предварительные договоренности с компаниями, сотрудничающими с крупными биотехнологическими кластерами США и готовыми работать в Беларуси.

— Есть хорошие школы и примеры, той же Словакии. Мы можем завести в Беларусь такие концерны как John Deere и Caterpillar. Специализированный транспорт может стать нашей специализацией,— рассуждает Валерий Цепкало.

Он планирует создать условия для конструкторских бюро и инженеров-механиков, разрабатывающих машинные механизмы, чтобы в Беларуси производить комплектующие.

— Не то, как это делается в Беларуси сейчас, когда производится все сразу и плохо. А выйти на узкую специализацию, которая позволит производить отдельные комплектующие качественно. Предприниматель Виталий Арбузов и его компания Fenox Global Group начинали подобный проект, но его посадили в тюрьму,— рассказывает Валерий. 

Систему налогообложения политик считает нужно сделать максимально простой и приближенной к той, что сейчас в ПВТ. Кроме автопрома Валерий хочет развивать белорусскую школу проектирования, дизайна и архитектуры. 

— За пять лет мы смогли вывести среднюю зарплату в ПВТ с 500 долларов до 1800. Я думаю, что это удастся повторить и в производстве, — уверен политик. — Никакой жесткой регуляторики в том виде, как она есть сейчас, быть не должно. Должно существовать государственно-частное партнерство, в котором государство адекватно реагирует на потребности бизнеса. 

Существуют три модели взаимодействия государства и бизнеса. Первая белорусско-латиноамериканская, при которой государство пасет бизнес кнутом и сажает предпринимателей, потому что частный бизнес рассматривается как враг. Врагами предприниматели являются потому что не зависят от государства. Они работают, платят налоги и справедливо хотят участвовать в их распределении. А государство никого не хочет пускать к распределению денег и ни перед кем не хочет отчитываться.  При таком сценарии государство мирится с существование частного бизнеса, потому что без него экономика не может функционировать.

Второй тип существования государства и бизнеса — это модель, при которой государство выступает ночным сторожем, задача которого, следить за соблюдением правил игры. В таком случае бизнес свободно развивается, а государство вмешивается только когда появляется какая-то проблема. Тогда в конфликтных ситуация государство выступает стороной, разрешающей спор. 

И есть третья модель, которую Валерий Цепкало хочет реализовать в Беларуси. Это, так называемая, азиатская модель, успешно реализованная в Южной Корее, Японии в период их активной послевоенной реорганизации. Государство в такой модели выступает помощником в создании и развитии бизнеса.

— Мы создадим систему, при которой бизнесмен будет видеть в государстве партнера. ПВТ задумывался как такой прототип взаимодействия государственной администрации и коммерческих компаний. Когда ты собираешь людей, выясняешь их потребности. Они рассказывают о трендах мировых рынков, о том, в каких специалистах они нуждаются. И государство, выяснив, что есть потребность в технических писателях, начинает их готовить на базе какого-то лингвистического ВУЗа, — рассуждает Валерий. — Бизнес определяет потребности, потому что находится на передовой работы с клиентами и партнерами. А государство подставляет ему «плечо». В итоге выигрывают обе стороны. С моей точки зрения это и есть идеальная модель взаимодействия государства и бизнеса. И в новой Беларуси мы будем выстраивать именно такую модель, возвращая доверие и поднимая престиж страны. 

 



Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...