АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Политзаключенные Санкции Репрессии Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия

Экономист: «Предприятия готовы цены повышать, а люди готовятся к их повышению»

Национальный банк впервые за пять лет увеличил ставку рефинансирования – с 7,75 до 8,5%. Обычно, согласно экономическим законам, такие меры способствуют росту кредитов и потребительских цен в ближайшие полгода.


Тем временем, курс белорусского рубля медленно, но верно ползет вниз, то и дело провоцируя панические настроения и ожидания, как среди населения, так и бизнеса. По данным опроса, пишет 1reg.by, проведенного недавно под эгидой Всемирного банка, три четверти граждан РБ и четыре пятых представителей крупного бизнеса уверены в том, что в этом году нас ожидает высокая инфляция, измеряемая двузначными числами.


ЯЗЫКОМ ЦИФР
 
Под скрежет ручного регулирования цен пришла досадная для властей новость о том, что в период 2010-2019 гг. Беларусь вошла в тройку европейских лидеров по инфляции – 408%. Для сравнения в воюющей Украине — 180%, Польше — 4%, Литве — 18,4%.

Очевидно, цены будут расти и дальше, несмотря на все усилия правительства остановить этот процесс ручными инструментами.

Скажется ли этот рост на курсе рубля и наоборот? Стоит ли снова штурмовать обменники?

Эти вопросы мы обсудили с нашим традиционным экспертом, доктором экономических наук, профессором Александром Черноваловым. Для наглядности взяли поллитровую банку маринованных огурцов от белорусского производителя, которая еще в начале года стоила 2.67, а сегодня ее цена в магазине – 5 рублей 14 копеек.

«Знаете, есть такое негласное правило в экономике: во что люди верят – то и происходит. Сейчас, похоже, что предприятия готовы цены повышать, а люди готовятся к их повышению. Конечно, с негативными ожиданиями можно бороться.

Пока правительство борется так, как оно умеет: постановлениями про «справедливые» цены. Вот, постановили, чтобы цены на социально-значимые товары не росли, и получили за февраль рекордную инфляцию в 8,7 процента.

Если взять ту же банку с огурцами: очевидно, что это продукция прошлого года. Но здесь сработал как раз фактор ожидания. Поскольку цены нельзя повышать более чем на 0,2 % в месяц (см. постановление МАРТ – ред.), производитель решил заложить риски уже в нынешнюю стоимость товара. Предсказания ведь сбываются, потому что люди в них верят.

Так и с финансовыми кризисами. Если большое количество людей решает, что пришло время финансам упасть в какой-нибудь кризис, их уже сложно будет спасти. Потому что экономическое поведение в этот момент массово меняется. Люди перестают тратить, подрывая потребительский рынок, или наоборот, начинают скупать гречку, туалетную бумагу и доллары про запас, в ожидании, когда все это подорожает. И в конечном итоге, коль растет спрос, цены идут вверх. Получается такой замкнутый круг», – считает эксперт.

Уже не один месяц в Беларуси продолжается скупка иностранной валюты населением, вынос валютных депозитов из банков. Санкции отрезали страну от западного капитала, а ее инвестиционная привлекательность находится на низком уровне. Кроме того, геополитическая обстановка в регионе напоминает предвоенную. На этом фоне стоит ли ожидать новых скачков доллара и евро по отношению к белорусскому рублю?
 
«Вот, несмотря на эти факторы, которые вы перечислили, белорусский рубль с сентября 2020-го года по март 2021-го нисколько не девальвировался к доллару. И только на прошлой неделе доллар преодолел пиковое значение – 2.65, после чего уже на следующий день откатился назад. В чем причина?

Оказывается, все просто: весь прошлый год и в начале нынешнего в экономике сохраняется положительное сальдо внешней торговли. То есть, в Беларусь от проданных за рубеж товаров и услуг пришло иностранной валюты больше, чем ушло на оплату импорта, – на 2,68 млрд долларов.

Этот фактор, поддерживающий белорусский рубль на плаву, является основным отличием нынешнего кризиса от кризиса 2011 года, когда минусовое сальдо за год составило 9 млрд, а курс доллара за полгода вырос почти в три раза. Сейчас, как мы видим, ситуация диаметральная – можно сказать, наилучшая за последние годы в плане внешнеторгового баланса. Конечно, в этом нет никакой заслуги правительства. Просто так сложилось.

С одной стороны, этому способствовало сильное падение цен на нефть в прошлом году. Для Беларуси это было выгодно с внешнеторговой точки зрения – расходы валюты на импорт нефти существенно сократились. А потом, когда ее уже переработали и стали продавать, цены снова пошли вверх.

К тому же, сейчас ограничивается прочий импорт, особенно потребительский, в том числе административно, прямыми запретами. Под разными предлогами. Вот буквально на днях под запрет попала продукция «Nivea» – компании, отказавшейся спонсировать чемпионат мира по хоккею. Думаю, что это не последний такой запрет.

Но есть еще один немаловажный фактор, способствующий тому, что люди не бегут так массово в обменники, как это было десять лет назад. Прошедшая в прошлом году девальвация рубля заметно снизила покупательную способность белорусов. Плюс коронавирусная пандемия и связанные с ней ограничения на выезд, пересечение границы и т.д.

В этой связи особых предпосылок для существенной девальвации рубля я сейчас не вижу. Но это опять-таки, если рассматривать тему исключительно с точки зрения экономических законов, не влезая в политику, психологию и пр.»

Для чего тогда повышение ставки? Чего опасается регулятор? Чем это может аукнуться нам с вами?  

«По логике, ставка рефинансирования должна была подрасти по мере роста инфляции. За последние пять лет, по разным оценкам, потребительские цены выросли на 50%. И что-то мне подсказывает, что это будет не последнее повышение ставки в нынешнем году. Нацбанк, таким образом, пытается остановить отток рублевых депозитов.

Но здесь есть большой риск. Прежде всего, он связан с тем, что дальнейший рост ставки может вызвать переброску кредитных ресурсов на валютный рынок, – соответственно, давление на него еще более возрастет, что опять же подстегнет инфляцию по спирали. Кстати, это сегодня мировая проблема: свободных денег на рынке гораздо больше, чем товаров и услуг. С этим надо что-то делать. Но Беларусь, разумеется, куда более уязвима, нежели развитые страны».

По мнению наших властей, экономика вновь начинает расти после прошлогодней рецессии. Однако сторонние наблюдатели не столь оптимистичны. К примеру, один из ключевых кредиторов Беларуси — Евразийский банк развития — ожидает что, белорусская экономика вырастет в 2021-м всего лишь на 0,1%, это в лучшем случае, в худшем может упасть на 2% . К тому же специалисты ЕАБР полагают, что планы официального Минска ввести ответные санкции против западных компаний чреваты новой рецессией. Чего ожидаете вы?

«Как я уже сказал, здесь реально работают много факторов. И каждый из них может существенно повлиять на темпы роста или, наоборот, падения. Если сбудется прогноз Евразийского банка развития, Беларусь будет менее интересным рынком для инвестиций, менее привлекательной страной для проживания, чем другие страны ЕАЭС. В этом случае инвесторы будут вкладывать деньги и развивать экономики других стран евразийского пространства, а не Беларуси.

С учетом высокой политической и экономической неопределенности пока не совсем понятно, как будет развиваться Беларусь в среднесрочной и долгосрочной перспективе, но краткосрочные тенденции пока, к сожалению, не радуют.

Что касается т.наз. контрсанкций (которые официальный Минск собирается вводить в ответ на санкции ЕС и США – ред.), они могут лишь усугубить экономические перспективы Беларуси, при том, что для западных экономик не станут даже комариным укусом, там их попросту не заметят. Беларусь же — страна с открытой экономикой. Мы много экспортируем, но импортоемкость нашей продукции весьма высока, начиная от сельского хозяйства и заканчивая высокотехнологичными отраслями промышленности. Поэтому свободная торговля с другими странами для нас крайне важна.

Однако зачастую в стране принимаются решения не всегда рациональные с экономической точки зрения, поэтому можно ожидать чего угодно. Запрет на ввоз отдельных товаров может осложнить доступ к ним как со стороны потребителей, так и хозяйствующих субъектов. Несомненно, это приведет к снижению налоговых поступлений в бюджет. Поэтому хочется надеяться, что эти планы («контрсанкции») наше правительство все же не станет реализовывать».

ЯЗЫКОМ ЦИФР

В 2021 Литва, с населением в ~2,7 млн. человек, произведет больше продукции, чем 9,4-миллионная Беларусь. По оценке МВФ, ВВП Литвы в 2021 году будет $62198 млн., а Беларуси – $60725 млн. Таким образом, ВВП на душу населения у Литвы будет $ 22’245 (39-ое место в мире), а у Беларуси $6’487 (87-ое место в мире).



Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...