АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия Белгазпромбанк Беларусь-Россия

Первые маячки девальвации?

Почему белорусы скупают доллары.

Первые маячки девальвации?
Вот уже полгода население нашей страны покупает доллары больше, чем продает. Подобного рода тенденции в новейшей истории страны уже неоднократно были первыми маячками приближающейся девальвации. Растут девальвационные ожидания у населения и сейчас. Многих также пугает, чем закончится это лето, каким будет курс доллара ближе к середине-концу августа. Давайте разбираться, действительно ли у нас с вами есть повод сильно беспокоиться за судьбу национальной валюты.

Курс доллара в Беларуси был устойчивым последние четыре года. Лишь в марте 2020-го он преодолел максимумы, установленные в начале 2016-го. Многолетняя стабильность отечественного рубля во многом была связана с тем, что в течение этих лет население было чистым продавцом валюты (то есть продавало валюты больше, чем покупало). Чаще всего даже в периоды, когда предприятия были чистыми покупателями валюты, доллары, которые в это время продавало население, превышали объемы, покупаемые предприятиями. В результате курс чувствовал себя стабильно, более того, излишки предложения покупал Нацбанк и за счет этого пополнял золотовалютные резервы.

На самом деле, население было чистым продавцом валюты не от хорошей жизни. Во многом это было связано с падением реальных доходов в 2015—2016 годах. В эти годы возможность людей потреблять стала меньше, причем они были не готовы к этому. По старой традиции белорусы, прошедшие стадии «нет денег» и после «совсем нет денег», пошли сдавать доллары. Третья степень белорусской бедности продолжалась в течение 3 лет.

С 2017 года началось восстановление реальных доходов населения, и это сопровождалось достаточно тревожной тенденцией. Рост доходов превышал рост производительности труда. То есть в карманах у населения денег прибавилось (я понимаю, что далеко не у всех, но в среднем по стране такая тенденция фиксировалась), а вот отечественных товаров или услуг больше не стало. В результате таких процессов, как правило, дорожает стоимость товаров и услуг на внутреннем рынке, лишние деньги меняют на валюту или тратят на импорт. Все вместе это ведет к инфляции и девальвации.

Первые годы негативный эффект не проявлялся, так как рост доходов имел восстановительный характер после падения. Уже в прошлом году население все еще оставалось чистым продавцом валюты, но уже от месяца к месяцу было видно, что эти чистые продажи сокращаются. В конце прошлого года население страны стало чистым покупателем валюты, и это длится до нынешнего дня.

Одну из причин того, что валюту перестали продавать, мы уже озвучили — это рост доходов населения. Второй стало снижение депозитных ставок по вкладам в белорусских рублях. условиях нашего неразвитого финансового рынка большинство белорусов видит два очевидных пути сохранения своих сбережений — рублевые депозиты либо твердая валюта. Понятно: чем меньше ставка по вкладам в национальной валюте, тем больше искушение поменять ее на доллары.

Максимальный скачок покупки долларов пришелся на конец марта этого года. На это повлияла паника, которую спровоцировал кризис, связанный с коронавирусом, а также сильное падение российского рубля к иностранным валютам. К концу месяца доллар стоил почти 2,7 белорусского рубля, затем началось снижение курса.

Казалось бы, паника прошла — можно выдохнуть? Вроде как можно, но не стоит забывать, что тревожные тенденции никуда не исчезли. Население продолжает оставаться чистым покупателем валюты, ставки по вкладам в белорусских рублях снижаются, выросли размеры пенсий. Также продолжают получать поддержку неэффективные госпредприятия, это плохо со многих точек зрения. Один из нюансов, например, заключается в том, что эта помощь частично будет потрачена на покупку валюты, на которую после приобретут импортное сырье и комплектующие. После, вполне вероятно, произведенную продукцию не смогут продать, и она будет лежать на складах мертвым грузом. Таким образом, мы получаем еще один фактор дополнительного спроса на валюту и давления на курс белорусского рубля.

Я считаю, что, исходя из всего этого, можно прогнозировать вялотекущее снижение курса национальной валюты. Я не говорю о каких-то стремительных скачках или падениях. В случае, если не произойдет никаких глобальных или локальных (внутренних) потрясений, можно прогнозировать, что это снижение составит порядка 5% до конца года.

Для многих девальвационные ожидания связаны с концом этого лета. На самом деле, я не жду каких-то знаковых событий на валютном рынке в это время. Давайте отметим, что у нас в стране сейчас плавающий, не регулируемый директивно курс. Если вспомнить прежние годы, можно отметить, что накануне значимых политических событий власти специально сдерживали курс, а после эта поддержка завершалась и начинался резкий рост. Я не вижу признаков того, что сегодня курс сдерживается, соответственно, большее влияние на курсообразование имеет рост пенсий, зарплат, поддержка госпредприятий, что и происходит и уже влияет в той мере, в какой это отражается на рыночном курсе.

В заключение хочу отметить, что лично для меня определенным тревожным звоночком стало несколько иное, не совсем очевидное для большинства событие. Я хочу поговорить об операционной независимости Нацбанка. Тут необходимо рассказать чуть подробнее: во многих странах мира нацбанки не зависят от правительства, президента или любого исполнительного органа. Это не самоцель или некое абстрактное разделение ветвей власти, а правило, которое имеет очень практический смысл.

Суть в том, что, например, задача любого правительства, условно говоря, день простоять и ночь продержаться. То есть планы, которые перед ним стоят, как правило, охватывают не более чем год-два: важно выполнить показатели по наполняемости бюджета, прироста ВВП, увеличения заработной платы и т. д. Работая над достижением этих целей, правительство ставит их в приоритет, и не всегда удается учесть долгосрочные последствия тех или иных решений. А вот Центральный банк страны преследует всегда «долгие» цели: он планирует на длительную перспективу политику инфляции, порядок с курсом национальной валюты, стабильность банковской системы в общем. Именно поэтому возникает такое разделение: правительство работает над решением одних задач, Нацбанк — других, причем иногда они противоречат друг другу.

Еще один практический смысл независимости Нацбанка страны в том, что за этим показателем внимательно следят международные финансовые организации, такие как МВФ, и организации, присваивающие кредитные рейтинги, от которых зависит, под какой процент страна может занять деньги на рынке.

Начиная с 2015 года у нас очень хорошо выстраивалась независимость Национального банка. Но недавно на совещании главы государства с банкирами прозвучало прямое указание до конца июня снизить процентную ставку, а также глава Национального банка был назначен ответственным за экономическое положение предприятий и своевременную выплату зарплат. То есть на него возложили обязательства, которые могут вступить в очень сильный конфликт с его прямыми обязанностями. Прогнозировать курс с учетом вышесказанного мне достаточно сложно. Ведь если Нацбанк потеряет самостоятельность в принятии своих монетарных решений, то это может привести к бардаку в экономике, на финансовом рынке. А перспектива получить дешевые кредиты на международном рынке (которые нам сегодня крайне необходимы) станет для нас еще более призрачной.


Поделиться




Загрузка...
‡агрузка...