Bloomberg: Для Беларуси близится момент истины

Беларусь сохранила старые фабрики, рабочие места и социальные услуги, оставшиеся после коммунизма. Сегодня эта модель находится под угрозой со стороны России, уверяют авторы. Но угроза, с точки зрения логики, спорная: значительную часть дешевой нефти из России белорусы реализуют не на внутреннем, а на внешнем рынке. Дорого. А зачем тогда продавать им дешево?

Bloomberg: Для Беларуси близится момент истины
В Европе Беларусь известна как «последняя диктатура Европы». 65-летний Лукашенко, находящийся у власти с 1994 года, превратил Минск в своего рода советский тематический парк. Это своего рода представление о том, какой, по его мнению, была бы ситуация, если бы удалось избежать развала коммунистической системы в 1991 году, пишут журналисты Bloomberg Марк Чемпион и Александр Кудрицкий (перевод — inosmi.ru).

Статуи Ленина и других большевиков все еще доминируют в городских ландшафтах. Дома и бульвары сталинской эпохи содержатся в «порядке» и обновляются; парки тщательно ухожены, а тротуары содержатся в чистоте.

На самом существование системы стало возможным в результате миллиардов долларов, которые Россия де-факто предоставляет в виде энергетических субсидий, включая поставку значительного количества сырой нефти, которую Белоруссия покупает по дисконтным ценам. Россия забирает эти субсидии с помощью так называемого налогового маневра, при применении которого перестают существовать те исключения, от которых получала выгоду Беларусь. Ее нефтеперерабатывающие заводы уже платят за российскую нефть 80% от цены на мировом рынке, — пять лет назад Беларусь платила лишь 50% от этой цены. В результате изменения налогов Минск к 2025 году будет платить полную цену, а для этого, по данным правительства, нужно будет потрать 10 миллиардов долларов за шесть лет (кроме того, Белоруссия платит вдвое меньше стран Западной Европы за российский природный газ; переговоры о сохранении этого дисконта продолжаются).

Без компенсации утраченных субсидий Беларуси, возможно, придется перестроить доставшиеся ей по наследству государственные предприятия, и в результате будут сокращены рабочие места, а также поддерживаемые властями социальные программы.

«Не следует забывать, что Беларусь имеет нефтяную экономику. Внешне она не похожа на экспортера нефти, но на самом деле таковым и является, потому что постоянно получает от России дешевую нефть», которую затем перерабатывает для реэкспорта в страны Европы, говорит Сергей Гуриев, бывший главный экономист Европейского банка реконструкции и развития. — «Но эта ситуация изменится, и настанет час расплаты».

Кремль ставит любую компенсацию для смягчения удара в зависимость от сделки по интеграции двух стран. Соглашение, интенсивная работа над которым продолжалась в течение нескольких месяцев, должно быть подписано 8 декабря.

Та цена, которую Беларусь платит за свою «стабильность», является непомерной, если учитывать утрату защиты прав человека и политической свободы. Внутренняя служба безопасности этой страны до сих пор называется КГБ. В докладе ООН за 2018 год приводятся случаи нарушения закона — от пыток, применяемых милицией, до ограничения свободы слова.

Придя к власти, Лукашенко, бывший директор колхоза, воспользовался ностальгией и перевел назад часы либеральных реформ, намеченных к реализации после развала Советского Союза. Среди прочего, он отменил некоторые местные выборы, ограничил право продажи и покупки сельскохозяйственных земель, а также восстановил русский язык в качестве официального. Кроме того, он сделал «днем независимости» дату освобождения Минска от нацистской оккупации в 1944 году, а не дату принятия Декларации о суверенитете и независимости от Советского Союза в 1990-м году.

Лукашенко также не скрывал своих взглядов относительно частного предпринимательства. «Через десять лет я пожму руку последнему предпринимателю, — сказал он в 1995 году, если верить местным средствам массовой информации. — Предприниматели — это вшивые блохи, от которых надо избавляться!» Через четыре года он подписал сделку с Россией о слиянии политических и экономических институтов двух стран с целью образования частично восстановленного государства, и тогда, еще до прихода Владимира Путина к власти в Москве, казалось, что он может быть приемлемым кандидатом для того, чтобы его возглавить.

В течение долгого времени враждебное отношение Лукашенко к частному предпринимательству осложняло развитие частного сектора в экономике.

Проблема Беларуси состоит в том, что стратегия правительства оставила страну зависимой от России до такой степени, что данные о торговле недооценивают эту зависимость, говорит Василий Кашин, специалист в военной области и старший научный сотрудник московской Высшей школы экономики.

Так, например, МТЗ экспортирует более 90% из ежегодно производимых им 32 тысяч тракторов, и при этом Россия — с большим отрывом — покупает примерно третью часть. Другие машиностроительные предприятия Беларуси находятся, по меньшей мере, в такой же зависимости. Между тем, четверть экспорта в Европу составляют нефтепродукты, а это направление в торговле зависит от поступающей из Москвы сырой нефти, которую Минск получает по дисконтным ценам. «Россия может закрыть их все в течение нескольких месяцев, и тогда экономика рухнет», — отмечает Кашин.

Экономика страны в целом развиваются черепашьими темпами после мирового финансового кризиса (с 2009 года ежегодный рост составляет примерно 1,7%, тогда как в предыдущее десятилетие он находился на уровне 7,5%). Согласно существующим оценкам, этот спад совпадает с сокращением российских энергетических субсидий примерно до 5 — 10% ВВП Беларуси, тогда как раньше этот показатель составлял 20% ВВП. Один из руководителей государственной нефтяной компании Белнефтехим сообщил в конце октября, что белорусские нефтеперерабатывающие заводы потеряли 250 миллионов долларов за первые девять месяцев текущего года в результате последних изменений российского налогового законодательства.

Правительство Белоруси увеличивает долги для того, чтобы поддержать свою модель экономики. Сама экономика также начала выглядеть менее эгалитарной, и при этом богатство концентрируется в Минске с его хорошо развитой экономикой в области высоких технологий, тогда как большинство других регионов отстают. Согласно прогнозу Международного валютного фонда, если Лукашенко не сможет договориться с Москвой о компенсации, то переход на новые российские налоговые правила для энергетических компаний к 2023 году будет стоить Беларуси еще 5,2% ВВП, который составляет 60 миллиардов долларов. Вот решение, которое предлагает Международный валютный фонд: либо реструктуризация и приватизация, либо закрытие этих крупных, доставшихся по наследству от СССР предприятий, для сокращения расходов правительства на субсидии, как это было сделано в других странах в 1990-е годы.

Публикуемые годовые отчеты свидетельствуют, что МТЗ получает прибыль. Если так, то это, вероятно, происходит из-за основной модели трактора (стоимость 12 — 14 тысяч долларов), которая продолжает оставаться популярной в бывших советских республиках, а также в Африке и в Азии из-за невысокой цены и возможности производить ремонт на местах самостоятельно фермерами. Другие доставшиеся Беларуси в наследство предприятия испытывают серьезные проблемы, пытаясь сохранить рынки или найти новые.

Павел Данейко, генеральный директор ИПМ Бизнес-школы (IPM Business School), говорит, что реструктуризация бывших советских гигантов неизбежно приведет к приватизации. А это может стать концом для постсоветской мечты Лукашенко.

Поделиться




Загрузка...
Загрузка...