Такие ли уж мы "никчемные"?... 12.12.2011

Последняя информация из Москвы, о многотысячных акциях протеста против фальсификаций выборов, парадоксальным образом вызвала у меня гордость за... белорусский народ.

Мы как-то привыкли в последние годы заниматься самобичеванием: мол, белорусы всего боятся, не хотят выходить на улицы и т. д. и т. п. Мол, никчемный мы народец... Много таких комментариев, очень много, и никуда от них не деться: обидно, но что поделать?

Между тем, русских как-то никчемным народом не считал и не считает никто. И последние акции российской оппозиции в Москве показали во всей своей красе, что ничто человеческое россиянам не чуждо, и они точно также готовы протестовать против обмана, лжи и коррупции, как и любые остальные.

И вот, пусть самое поверхностное, но сравнение количественных показателей акций россиян и белорусов говорит, что во много раз меньший народ, белорусы, в этом своём поиске справедливости и свободы, ничуть не уступают в абсолютных показателях огромному народу российскому.

Более десяти лет у власти в Кремле находится путинская мафия. Чтобы понять, что имеется ввиду под правлением Путина и моделью "управляемой демократии", достаточно было всего одного года. Все остальные годы ушли у россиян на осмысление этого явления, и сегодня они оказались способны к массовым протестам.

У белорусов же протестное движение против диктатуры, лжи и коррупции существует ровно столько, сколько диктатор, лжец и коррупционер находится у власти, то есть ровно 17 лет. В разные годы оно проявлялось по разному: до конца 90-х шло сплошной волной, по нарастающей, с пиком на Марше Свободы 1998 года. В "нулевых", под влиянием апатии и репрессий, повседневный (назовём его так) протест сошёл на нет, но начал развиваться уже по другой спирали: от президентских выборов – к президентским. 30 000 человек на Площади в 2006 году, 50 000 – в 2010 году, дальше –?...

Этот ли не повод не отчаиваться и сказать себе: да, пока весь народ не готов отторгнуть нынешнюю патерналистскую модель, но нам есть чем гордиться: сравнивая протестную историю того же российского общества и белорусского, приходишь к выводу, что у нас в стране, в нашем обществе, есть крепкое "ядро", которое не просто "под настроение" и "по поводу" может высказывать свою политическую позицию, но является носителем определённых ценностей, которые понимает, разделяет и готово отстаивать.

Это, между прочим, совсем немало для пост-коммунистического общества, это – огромный задел на будущее, это – скелет, вокруг которого неминуемо нарастёт "мясо".

Но, не могу не остановиться ещё на одной существенной детали.

Да, между российской и белорусской ситуацией много общего, и сравнивать её можно с разной степенью корректности, но, всё же, надо делать одну небольшую оговорку.

Ибо в Беларуси всё же есть та среда, та мысль, та идея, которая помогла сформироваться "ядру", о котором речь шла выше, помогла в становлении определённых ценностей, и является залогом здоровья нашего общества в будущем. Та идея, которой не может быть в силу объективных причин у россиян – и в этом наше преимущество.

Если вспомнить протесты 90-х годов, на стадии становления диктатуры (как раз такие протесты, которых не было в России – там становление диктатуры прошло под буквально всеобщий "одобрямс"), то мы увидим, что все движение тех лет имело в основе своей национальную идею.

Идею белорусского возрождения и сохранения суверенитета.

Не отошла она на второй план и сейчас, к ней лишь добавились различные социальные и экономические аспекты.

В этой, национальной, идее, очевидно, и заложен ключ к формированию в нашей стране гражданского общества, которое может отстаивать свои права.

Беглый сравнительный анализ российского протестного движения и белорусского наталкивает на такие мысли. Наверное, они не бесспорны, что ж, можно подискутировать, ведь в споре, в конечном итоге, рождается истина...

Но, если не найдётся весомых контраргументов, это будет означать, что все люди и организации, от которых зависит развитие общественного сектора, гражданского общества Беларуси, должны принять на заметку: проектам, кампаниям и инициативам, которые занимаются культурой, историей Беларуси, пропагандой национальной идеи, необходимо уделять значительно больше внимания.

"А нам всё равно..." 30.11.2011

В последнее время меня не покидает стойкое ощущение того, что земля уходит из-под ног.

Нет, никакого пафоса, и, к слову, никакой фигуральности: всё происходит в буквальнейшем смысле и ничего хорошего не сулит.

Последние политические и экономические события иначе назвать нельзя. Все мы становимся сейчас свидетелями того, как режим, спасаясь от последствий собственной экономический бездарности, продаёт стратегические объекты один за другим. Потеря "Белтрансгаза" – это не просто удар по независимости страны, это – ампутация конечности. Была бы наша экономика поразвитее, поустойчивее, это было бы не так ощутимо: энергозависимость одной страны от другой только тогда являются катастрофой, когда невозможно преодолевать её при помощи живых денег. У Беларуси денег нет и быть не может, но у Беларуси оставался ещё хоть какой-то рычажок для влияния на европейскую и российскую энергетическую политику. Теперь же его нет, а это значит, что в любой момент сильные мира сего могут сделать с нашим, с позволения сказать, "народным хозяйством", что захотят.

Получение режимом денег за последние сделки автоматически означает продление порочной цепочки. Ибо, полученные сейчас от Москвы средства позволят продержаться ещё какое-то время без реформ, а существование без реформ неминуемо приведёт к тому, что страна окажется в таком же состоянии, как сейчас. И придётся ещё что-то продавать, потом – ещё что-то, и так... И так, как у Кролика из "Винни-Пуха": "пока совсем ничего не осталось..."

Вопрос, можно ли сохранить суверенитет политический, потеряв таковой экономический, кажется, риторический...

А тем временем новым символом современной Беларуси становится не зубр, как когда-то, а... заяц.

Не только тот "зайчик", который побил все рекорды по девальвациям, инфляциям и тому подобным "иям".

Но и тот, который, любимый женщинами и детьми зверёк, пел устами героя Никулина в фильме песенку: "А нам всё равно..."

Отсутствие реакции на происходящее со стороны людей в очередной раз удручает, но почему-то уже не удивляет. Ну да, удивляться устаёшь.

Но есть же ещё демократически настроенная часть общества! Которой, вроде бы, как все мы привыкли считать, не всё равно! Но так ли это?...

Политика Милинкевича, ещё совсем недавно, виртуально забрасывали камнями и обвиняли в сотрудничестве с режимом, за то, что человек говорил: если мы будем постоянно твердить о санкциях для Беларуси со стороны ЕС, блокировать попытки воздействия Евросоюза на руководство Беларуси, потеряем страну.

Сейчас всё развивается ровно по этому сценарию, но переосмысления не наблюдается ну совершенно никакого!

Для справки: в Украине, тут, поблизости, совсем недавно происходили и происходят очень похожие события. Приговор Юлии Тимошенко поставил под угрозу подписание ЕС и Украиной соглашения о зоне свободной торговли, что рассматривалось как один из этапов интеграции Украины в европейское пространство. Однако Юлия Владимировна, будучи политиком трезвомыслящим, сделала заявление: её дело никоим образом не должно повлиять на этот процесс, соглашение должно быть подписано!

Почему, интересно, Ю. Тимошенко никто не обвинил в сотрудничестве с режимом Януковича? Парадокс, ведь ситуация идентичная, а ментальность белорусов и украинцев весьма схожа, украинцы даже более горячи и радикальны: должны были уже распять Тимошенко за коллаборантство! Я так подозреваю, просто потому, что там спецслужбы не имеют в должностных инструкциях пунктика об информационной войне против разумных политиков, поэтому и троллингом политическим не занимаются, в отличие от Беларуси. Но это так – к слову...

Так вот, позиция Тимошенко, между прочим, имеет ряд неоспоримых преимуществ:

1) Она никак не влияет на позицию заинтересованных сторон, и европейские чиновники как хотели вопрос решить, так его решать и будут;

2) Она сигнализирует внешним игрокам, что оппозиция в Украине сильна, и способна мыслить политическими категориями: не с позиции слабака ("Защитите меня, угрожая режиму"), а с позиции субъекта национальной политики, который мыслит стратегически и в долгосрочных интересах народа. При таком раскладе, не учитывать интересы политической силы невозможно, как невозможно действовать без оглядки на неё, ибо за политической силой, которая мыслит интересами своих граждан, граждане, как правило, склонны идти;

3) Она сигнализирует непосредственно избирателям о том же, о чём и внешним силам, следовательно, способствует повышению популярности и шансов на следующих избирательных кампаниях.

Вывод из всего этого можно сделать до ужаса простой: мы можем быть за европейские санкции, можем быть против, но мы не имеем права вслух говорить о том, что эти санкции должны быть введены. Потому что это

А) отталкивает от нас наших же избирателей;

Б) Показывает внешним игрокам нашу слабость и невозможность влиять на процесс самостоятельно. Приводит это к тому, что с оппозицией просто не считаются;

В) Даёт режиму полный карт-бланш на распоряжение национальным достоянием (вплоть до потери суверенитета), а также развязывает руки в этом же направлении тому же Кремлю: невозможно предположить, что политики, призывающие к экономическим санкциям, могут бороться (и поставить под сомнение сделку) против продажи национальной экономики.

Минимум, который требовался всё это время от оппозиции, для того, чтобы не стать соучастницей потери суверенитета: выдержка и ответственность.

Их не хватило... Отчасти и поэтому пошли процессы, на которые гражданское общество Беларуси не имеет совершенно никакого влияния. Отчасти поэтому оказался неудел Запад, заблокировавший свою политику относительно Беларуси, отчасти поэтому мы теперь на грани потери страны.

Но – ладно. Что было, то было... Почему же сейчас не пересмотреть подходы, не заговорить с народом простым и понятным языком: "Дорогие наши избиратели! Режим продаёт страну, и завтра мы все окажемся голыми и босыми. Сегодняшние мизерные подачки не спасут нас от кризиса, зато лишают будущего наших детей!". Почему не стать на сторону тех, кого грабят, тем более, что именно от них-то и зависят перемены?

Но вместо этого я тут на днях читал другое: "Сестра Санникова призвала Еврокомиссара..." дальше понятно, о чём речь: всё о тех же санкциях.

Рискну предположить: народ не поймёт. И подумает, что лучше уж трубу продать и не голодать... в отсутствие других альтернатив.

"Александр Македонский был, конечно, великий полководец, но зачем стулья ломать?" – эту фразу мы хорошо знаем из кинофильма.

В то ей могу сказать.

Андрей Санников, конечно, сильный политик, и в тюрьме ему несладко, и все мы ему сочувствуем, но сестра его – когда успела стать сильным политиком, определяющим судьбы людей и стран?...

Ситуация тяжёлая до крайности, но в Беларуси, кажется, совершенно никто не собирается ничего менять:

– режим не будет проводить политических реформ;

– народ и дальше будет молчать;

– оппозиция дальше будет петь нестройным хором, и самые громкие голоса и дальше будут кричать исключительно о санкциях.

Банальность: невозможно делать одно и то же, и надеяться на разный результат. Но в нашей стране все делают одно и то же.

"А нам всё равно?..."

Разменная монета 24.11.2011

Недоумения, мягко говоря, вызвали новости о том, что российский газ для Беларуси в следующем году подешевеет вдвое: не то до $150 за тысячу кубометров, не то до $165.

Недоумение, потому что весь ход российско-белорусских отношений последних лет говорил о том, что точка невозврата пройдена, и, если громкие слова о славянском братстве и союзничестве ещё возможны, то прямая поддержка российским тандемом оптостылевшего даже им Александра Лукашенко уже просто невозможна.

В то же время, заявленное снижение цены на газ является именно такой формой прямой поддержки, притом, чрезвычайно своевременной, ибо корабль "уникальной экономической модели" находится уже на той стадии, когда большинство его пассажиров начинают заботливо вращать глазами, в поисках спасательных жилетов. По оценкам экспертов, такая политика будет стоить России примерно $3 млрд., соответственно, именно столько получит режим Лукашенко на поддержание штанов.

В иной ситуации, находясь в кризисе, можно было бы радоваться тому, что кто-то приходит к нам на помощь. Однако сегодня ситуация такая, что радоваться-то особо и нечему. Потому что, если даже поверхностно поразмыслить над тем, что принесёт в нашу страну этот газ, помимо денег, ничего хорошего в этом разглядеть не удаётся.

Во-первых, вливания эти – это как доза для наркомана, который при смерти. Тут на днях так называемый президент разгромил все скромно-реформаторские планы правительства, которые предполагали комплекс мер по обузданию инфляции и девальвации. Фактически это был сигнал для всех, что никаких системных реформ нам ожидать не приходится. Совершенно очевидно, что А. Лукашенко, с его образом мышления и умственным развитием, руководствуется своей давней традицией и рассчитывает на то, что и дальше сможет жить и руководить единственно знакомым ему методом: находя внешние ресурсы и сохраняя социально-экономическую модель, которая совершенно не эффективна, зато позволяет ему полностью контролировать все экономические процессы в стране. Значит, сохранять власть.

Условно говоря, эти три миллиарда баксов – это стакан водки для человека, у которого болит зуб. На какое-то время станет легче, но потом хмель выветрится, и к зубной боли прибавится ещё и боль головная. Не могу не сказать, что Россия в очередной раз оказала Беларуси "медвежью услугу". Я никогда не выступал за экономические санкции, но в равной степени не поддерживаю и совершенно бесполезные денежные вливания неизвестно куда и неизвестно зачем.

Кстати, хороший вопрос: а зачем? А зачем России именно сейчас вдруг идти на попятную и столь щедро одаривать соседнее суверенное государство, и это после всех тех ушатов дерьма, которые на неё выливает местное руководство и официозные СМИ?!

Тут, параллельно со всеми этими интеграционными делами и делишками на пост-советском пространстве, разворачивается любопытнейший сюжет вокруг размещения элементов американской ПРО в Европе. Россия грозит Западу "адекватными" мерами, и совсем уж "кстати" прозвучали заявления о том, что, в ответ на размещение элементов ПРО в Европе, в Калининградской области, Беларуси и Краснодарском крае могут быть размещены комплексы "Искандер".

Что-то мне подсказывает, что мы сейчас наблюдаем очередное обострение в российской внешней политике, и связано оно, в первую очередь, с электоральной кампанией по выборам в президенты РФ Владимира Путина.

Ещё с первых шагов этого политика во власть стало понятно, что, завоёвывая голоса избирателей, его политтехнологи всегда пользуются классической схемой, где, помимо некоего своего месседжа, потребителю предлагается ещё и "образ врага" – тёмной силы, с которой "добрый" Путин борется, и, конечно же, в тяжелейшем противостоянии, побеждает. Таким врагом была Чечня, терроризм вообще, ну а антиамериканизм и антизападничество нагнетаются в современной России с регулярностью, достойной лучшего применения. При этом, важно заметить, что именно в случае Путина образ врага рисуется всегда особенно акцентировано, а сам ВВП слишком охотно играет роль "твёрдой руки". Собственно, оно и логично для бывшего офицера спецслужб, такое амплуа.

Сейчас, похоже, ситуация повторяется, хотя это и грозит срывом политики "перезагрузки", но кого это, в конце концов, волнует, когда власть /с огромными деньгами в придачу/ на кону? Потом, после выборов, можно будет снова "перезагружаться" сколько угодно, но сейчас надо побряцать оружием, изображая из себя сильных мира сего.

Беда лишь в том, что в современном глобальном мире даже изображать из себя сильного, не имея сколько-нибудь убедительного пула союзников, невозможно. Россия, будучи сама на грани развала из-за множества социальных и демографических проблем, одна не в силах противостоять "золотому миллиарду" ни при каких условиях, и это очевидно даже не очень-то вдумчивому и разборчивому российскому избирателю. Отсюда так сильна ностальгия по СССР и так велика необходимость во всяких интеграциях с "братскими" народами.

Но современная Россия, как бы она не пыжилась, на мировой арене является столь незначительным игроком, что, кроме своих наиболее уязвимых и недальновидных соседей, ни для кого не имеет никакой привлекательности. Будь у РФ выбор, возможно, не увидели бы мы Лукашенко за одним столом с Медведевым. Но выбора нет, и сильные блоки сколачивать не из кого, даже Украина, и даже, прости Господи, при Януковиче, и то российской "сверхдержавы" избегает – не перспективно. Куда перспективнее с ЕС договоры о беспошлинной торговле заключать.

Таким образом, низкой ценой на газ, если она всё же нарисуется, Кремль покупает лояльность Лукашенко на ближайший год или годы – как карта ляжет. Нужен он для имитации широкого союза народов под крылом якобы "сверхдержавы", широкого союза, который способен решать серьёзные экономические и геополитические задачи.

Проект при любом раскладе краткосрочный, просто потому, что в том состоянии развития, в котором находится сама Россия, а уж Беларусь – тем более, никаких серьёзных дел дольше чем на пару месяцев вперёд планировать невозможно. Не до жиру, быть бы живым...

Для нас же трагичным является то, что наша страна в очередной (который уже!) раз стала разменной монетой в сомнительных политических играх сомнительных же политических деятелей.

Притом, слово "игра" здесь можно употреблять в буквальном смысле...

Методом "от противного"... 05.11.2011

Ещё летом, сразу после того, как были задушены молчаливые акции протеста, мне довелось наблюдать одну сцену.

Я гулял с дочкой, а рядом была компания молодых родителей, которые также гуляли с детьми. Там было 2 мужчин и 2 женщины, и они расположились на соседней скамейке, переговариваясь. Весь разговор я отлично слышал.

Это были самые обычные люди, судя по разговорам, мужчины работают на заводах или что-то вроде этого, и, опять же, по разговорам судя, информацией они владели больше по слухам, либо от кого-то из знакомых, пользующегося Интернетом.

И вот эти люди говорили об абсурдности происходящего. Они говорили о том, как невозможно стало жить на имеющиеся доходы. Но, больше того! Они говорили о демократии и правах человека! О том, что "если не нравится то, что происходит, должна быть какая-то возможность это сказать и показать", а тут, получается, выборов нет, голоса никто не считает, а просто на улицу выйдешь ("и будешь со Стасиком ладушки делать") – на тебя налетают здоровенные быки и тянут в автозак.

Беседа сия меня тогда умилила до чрезвычайности, ибо она, как ничто иное, показывала, что долгие годы единоличного правления Лукашенко, его маниакальное стремление подчинить всё и вся, и, развившийся на этом фоне экономический рак, заставляют даже самых простых людей, даже владеющих информацией по слухам, задавать себе правильные вопросы и находить на них правильные ответы. Вплоть до того, как важны на самом деле фундаментальные права человека, такие как собрания или выборность власти.

Как минимум, об этом задумываются те, у кого есть дети, которым в этой стране дальше жить...

И вот налицо сегодня две тенденции. Первая из них заключается в том, что народу происходящее опостылело, и он, всё глубже задумываясь о сути происходящего, постепенно приходит не только к выводу о том, что власть Лукашенко – это что-то совершенно ненужное в двадцать первом веке. Народ, осознавая степень абсурдности жизни в нищете без права даже "ладушки со Стасиком" сделать, постепенно доходит до самых главных ценностей, которые делают людей из людей, заставляя смотреть на жизнь шире, и понимать её глубже, чем пресловутая парадигма "чарка – шкварка – подержанная иномарка".

С другой стороны, прогрессирующая воинственность Лукашенко, свидетелями которой мы в очередной раз стали на днях (и которая сплела эти мысли воедино, вдохновив на пост), не оставляет людям ни малейшего пространства для манёвра, и вводит власть в непреодолимые противоречия с народными интересами.

Ещё пару лет назад мы спокойно констатировали, что в Беларуси живут с большего советские люди, которые к демократии и гражданским свободам относится презрительно уже хотя бы просто потому, что не понимает их сути и надобности.

Сегодня всё несколько сложнее. До надобности многие уже дошли сами. С сутью уж как-нибудь разберутся. Стимулирует их на это отмороженная позиция властей.

И, положа руку на сердце, я не удивлюсь даже, если в общественном сознании произойдёт переоценка позиции относительно силового вмешательства стран Запада в дела многих диктатур, таких, хотя бы, как Ирак или Ливия – наиболее похожих на нашу по степени отмороженности. Потому что, если ты хочешь жить лучше, пытаешься добиться этого мирными способами, а с тобой поступают как с террористом, бросая на тебя армию (как это сделал Каддафи и как, судя по всему, собирается поступить Лукашенко), то у тебя остаётся совсем немного вариантов: или действовать силой самому, или надеяться на то, что сильный поможет слабому. Если же ты, как белорус сегодня, всё это /пока/ наблюдаешь со стороны, но уже правильно понимаешь суть вещей, то сильного который защищает слабых, ты будешь только уважать...

Всеми своими последними действиями, происходящими на фоне тотального обнищания и недовольства, и направленными, тем не менее, на удержание единоличной власти, режим Лукашенко как бы демонстрирует белорусам, что, в реальности, его интересы с общими совершенно не совпадают.

Это, в свою очередь, ставит под серьёзные сомнения всю ту шкалу ценностей, которую он старательно прививал белорусам все последние годы.

То, что раньше было очевидно лишь немногим, сейчас становится ясно всё большему количеству людей.

Лукашенко как бы доказывает для народа теорему. Правда, методом "от противного"...

20 лет спустя... 25.10.2011

Прошедший уже несколько дней назад Народный Сход, как выяснилось, продолжает будоражить умы некоторых его организаторов, пытающихся доказать себе и окружающим, что и идея была замечательной, и реализация – на уровне, да только кто-то со стороны подкачал: не то погода, не то, как у нас принято, народ, не то – те общественные и политические силы, которые сие мероприятие не поддержали или поддержали недостаточно активно.

Удивительно было читать подобные размышления недавно на страницах "Народной воли". Удивительно, в первую очередь, потому, что – неожиданно. Ибо, казалось, всё предельно ясно: мероприятие предсказуемо провалилось, почему – об этом много говорили ещё до Схода, и нет сегодня никакой надобности терять время и умственную энергию на то, чтобы оправдывать по всем статьям провальное начинание, либо, наоборот – продолжать объяснять людям, почему провал – это провал.

Но ещё удивительнее было находить в подобных размышлениях прямые намёки на вину в провале тех, кто воздержался от необдуманных действий и не внёс свою лепту в многолетнюю копилку провальных дел. Однако читать это пришлось, приходится и реагировать. Потому что, конечно же, ознакомиться с этими обвинениями посчастливилось не только мне.

Итак...

А ЧЕГО БЫЛО ЖДАТЬ?...

Ничего нового я сейчас не скажу, а лишь повторю то, что говорил ещё за месяц до Схода на одном нашем внутреннем совещании, которое было призвано дать ответ: принимаем ли мы участие, если да – то в каком формате. Так вот, тогда, среди прочего, мне довелось сказать ещё такую вещь.

В природе существуют, как бы нам иногда не хотелось этот факт проигнорировать, законы массовой коммуникации. В политике, в связях с общественностью и т. д. их игнорирование смерти подобно, потому что приводит к одному простому и очевидному результату: массы просто тебя не понимают, и, как следствие, не поддерживают.

По "горячим следам" Схода политолог Юрий Чаусов сказал о том, что Сход был обречён уже потому, что организаторы слишком часто и слишком явно меняли его формат, предназначение, месседж. Если весной, когда зародилась идея, говорилось о том, что осенью будет обязательно что-то типа революции, многотысячные выступления, возможно – забастовки, протесты, смена режима, то уже летом голоса раздавались несколько иные, и Народный Сход уже рассматривался едва ли не как площадка для получения представителями оппозиции легитимности для переговоров с властью.

Ещё чуть позже, осенью, когда становилось всё более очевидным, что ничего толкового из этого не выйдет, нам было предложено другое понимание миссии Схода: это теперь, оказывается, будет регулярное собрание, для того чтобы обсудить, потребовать, принять, передать и т. д.

Тут ведь такое дело... Чтобы люди куда-то пошли, надо чтобы они во что-то поверили. Во что им верить из предложенного набора? Может быть, если нет чёткого видения, что сказать людям, имеет смысл сначала определиться и промолчать?

Кстати, этот вопрос, по поводу того, что сказать людям и чем заставить их себе поверить, если копнуть глубже, обнажает ещё большие проблемы сегодняшней политической оппозиции, которые ещё не раз дадут о себе знать в предстоящих схватках за общественное мнение.

КАКОЙ ВЕК НА ДВОРЕ БЕЛОРУССКОЙ ПОЛИТИКИ?

Тут перед социологами, политологами и политиками встала такая проблема... Вроде бы рейтинг Лукашенко упал если не ниже плинтуса, то уж до этого уровня (при такой-то тотальной пропаганде!) – точно. А рейтинг оппозиции устойчив, примерно как Эверест. Может быть, даже, устойчивее: ни вниз, ни вверх.

Объясняется это обычно просто, если не сказать: упрощённо. Ну, не стал белорус доверять оппозиции, перестав верить власти, и всё тут! Но – почему?

Реальных причин может быть несколько, я же попытаюсь остановиться лишь на одной.

Наше государство живёт ещё в индустриальной эпохе, а по некоторым параметрам – так и в феодальной. Но люди, в подавляющем своём большинстве, живут уже в постиндустриальной эре. Главной чертой этой эры, наступившей с развитием технологий, в том числе, и информационных (Интернет), является то, что теперь главным продуктом является не материальный товар, а знание. Практически все процессы в наиболее развитых странах автоматизируются, ведущие же и квалифицированные работники отныне производят не материальный продукт, а – знание, или, по иному – информацию!

Если спроецировать эту простую истину на рынок пиара (в том числе и политического), то, получается, что сегодняшний потребитель потребляет уже не сам продукт как таковой, а – образ, то есть, то знание о материальном предмете, которое произведено и вложено ему в голову.

Это же касается и политики, и развития медиа. Если, в период своей первой избирательной кампании, Лукашенко провёл 150 встреч с избирателями, то сегодня не проводит вообще. Потому что за него это делает телевизор.

Сегодня в головах людей побеждают не конкретные люди, программы или предметы, а те образы, которые он знает, понимает, которым верит. А, если даже и не верит так уж полностью, то, в условиях выбора, склонен выбирать скорее известное, пусть и с недостатками, чем неизвестное. Опять же – образ.

К слову, ведь мы можем наблюдать этот эффект каждую электоральную кампанию. К каждым выборам большинство белорусов подходит, не имея чёткой картины, за кого оно хочет голосовать. Перед каждой кампанией социологи констатируют, что большинство – так называемое "болото", то есть люди, не определившиеся, и откладывающие свой выбор на последний момент.

И после каждой кампании приходится признавать, что большинство (неважно, критическое, или некритическое), всё же, в последний день, поддержало Лукашенко.

Законы массовой коммуникации работают. Особенно эффективно они работают в информационном обществе, в которое, понемногу, превращается Беларусь.

А теперь, не растекаясь особо мыслями по древу, предлагаю просто, навскидку, прикинуть: разочаровались люди в Лукашенко, хорошо им известном и привычном. Кому они должны поверить, и должны ли кому-то верить автоматически? Есть ли в Беларуси ещё хотя бы один известный, на уровне образа, политик, внятная альтернатива, так сказать – брэнд?

Ответ очевиден. А теперь следующий вопрос: должны ли белорусы выходить на улицы по призывам тех, кого они не знают и кому, как следствие, не верят?

20 ЛЕТ СПУСТЯ...

Ещё один принципиальный момент, со всей яркостью иллюстрирующий абсурдность происходящего заключается в следующем.

Совсем недавно главный организатор Народного Схода, Виктор Ивашкевич, сравнил Сход с БНФ образца конца 80-х гг.

Очень метко, если не сказать, остроумно. Совершенно согласен.

Единственная проблема заключается в следующем.

Виктор Ивашкевич, как пришёл в демократические силы в 1988 (если не ошибаюсь) году, как увидел воочию, что такой формат работы с массами может приносить эффект, так, кажется, до сих пор где-то в 1988 году и находится.

Как будто не прошло 20 лет, как будто не внедрился во все сферы жизни Интернет, не появились мобильные телефоны, рассылки, форумы и социальные сети...

Кардинальная разница между концом 80-х и сегодняшним днём состоит в том, что тогда люди вынуждены были собираться на митинги даже если они хотели просто обсудить текущую политическую либо экономическую ситуацию. Правильно на последних этапах подготовки Схода говорили организаторы: собираемся, чтобы обсудить, власти наше мнение передать. Да только не сегодняшнего дня это реалии.

Потому что раньше, чтобы обсудить, надо было собираться, а сегодня все обсуждения с разной степенью успешности проходят в социальных сетях, на форумах, конференциях в скайпах и пр. и пр. и пр.

Вера в то, что власти будут читать принесённые им петиции, равна нулю – кто пойдёт их носить?

Получается, что народу выходить на улицы для всякого рода обсуждений нет никакого проку. Выйти люди могут лишь под реальное действие, да под перспективу реальных перемен. Но: что для этого нужно? Ответ очевиден, как 2*2: та же вера в конкретных людей, в конкретные образы, в реальность происходящего и положительной перспективы. Есть ли такая вера, есть ли такие образы-брэнды? Эти вопросы мы задавали выше.

"КТО ТУТ УМНЫЙ?..."

Высказав основные соображения об ущербности образа действий, предложенных нам титульной оппозицией на текущий осенний сезон, мы подошли к главному аргументу сторонников Сходов, и главному вопросу, который нам задают в последние месяцы.

Дискутируя по рассмотренным выше вопросам, часто приходилось слышать от оппонентов примерно следующее: "Ну так, если вы не верите в наши идеи, так что вам мешает присоединиться и сделать лучше?"

Аргумент хороший, можно сказать, железный.

Единственное замечание: он – слишком на поверхности. А, если копнуть чуть-чуть глубже, картина получается совсем неприглядная.

Как видно из всего вышенаписанного, ущербной является сама по себе модель Народных Сходов в сегодняшних условиях: она просто не соответствует духу времени и реальному состоянию оппозиции, её восприятию обществом.

И, получается как-то так. Мы-то умные, всё-то понимаем, но зачем нам предлагать присоединяться к формату, который по нашему мнению просто не может привести к успеху? Как, извините, я могу поддерживать Народный Сход, и даже просто к нему терпимо относиться, если, приглядевшись, вижу, что проект направлен, в лучшем случае, на имитацию и перехват кем-то инициативы в оппозиции, и, в худшем – на "стравливание пара" самой активной частью общества, следовательно – на руку властям?

Как своими идеями можно повлиять на такие Сходы, если никакие идеи там нафиг никому не нужны? Совершенно не припомню, чтобы Оргкомитет Схода хотя бы близко допускал пересмотр формата. Месседжи перекраивали постоянно, чем довели людей до умоисступления (по последним оценкам НИСЭПИ, рейтинг доверия оппозиционным партиям упал в последний месяц подготовки Схода не меньше, чем рейтинг Лукашенко, и остановился на катастрофической цифре в 12%). Но чтобы кто-то допускал пересмотр формата – такого не было. И о какой конкуренции идей может идти речь?

Весь аргумент сводился к тому, чтобы все должны "показывать класс" в рамках заведомо проигрышного формата. При этом, те, кто не хотел плескаться лицом в грязи, априори назывались "здрадниками". Кому-то смешно. Мне – грустно...

"И ЧТО?"

Да, раскритиковав Сходы уже на уровне идеи, логично сказать: что же предлагаем мы и чем мы занимаемся?

Насчёт того, чем мы занимаемся, мы неоднократно писали, говорили... Что мы предлагаем, в принципе, тоже. Но – не поленюсь повториться. Теперь это будет структурировано несколько по-иному, в соответствии с темой и содержанием статьи.

Во-первых, чтобы победить Лукашенко, нужен альтернативный образ-брэнд, который люди будут как минимум хорошо знать и противопоставлять в сознании образу власти (это позволит в последний момент, как минимум захватить свою часть неопределившихся, и, как максимум, склонить на свою сторону большинство изначально, привлекая их ясными очертаниями предлагаемого).

Самое очевидное воплощение такого образа-брэнда – единый кандидат от оппозиции, либо – единый лидер.

Тут кстати было бы вспомнить Конгресс демократических сил 2007 года, когда ломались копья насчёт будущего формата работы тогда ещё единой оппозиции – ОДС. Так вот, кто не помнит, тому напомню, кто не в курсе, тому расскажу: На том конгрессе Движение "За Свободу!", возглавляемое Александром Милинкевичем, настаивало на том, что должен быть избран легитимный лидер оппозиции, как образ, который будет олицетворять демократическую альтернативу перед народом.

Большинство же партийцев настаивали на институте "сопредседательства", то есть, чтобы лидерские полномочия принадлежали одновременно 5-6 политикам. Самым главным адептом этой идеи был некто Анатолий Левкович, чью сегодняшнюю роль в белорусской политике трудно оценить неверно – он явно раскрылся как агент лукашенковской администрации и спецслужб.

Остаётся надеяться, что лишь он действовал так осознанно во вред, по заказу режима, а остальные – лишь под влиянием амбиций. Ведь каждому, как говорится, хочется порулить... Амбиции – это зло, но, по крайней мере, чаще всего – неосознанное зло.

Таким образом, Движение "За Свободу!" и его союзники, одни кто давно и последовательно выступал за единственно правильную стратегию завоевания доверия населения: создания понятной и узнаваемой альтернативы, как личностного брэнда – противовеса брэнду лукашенковскому.

Второе необходимое условие того, чтобы люди поверили в оппозицию и могли её поддержать в борьбе за власть – создание качественной внутриполитической альтернативы. В условиях информационного общества, белорусы предстают уже людьми совсем не глупыми, мягко говоря, не готовыми менять шило на мыло. В конце 80-х, на закате СССР, существовал массовый стереотип: мы живём плохо, а на Западе живут хорошо, там демократия, достаточно свергнуть КПСС, у нас будет также. Это был стереотип на уровне ментального штампа, и формировался он десятилетиями, через самые разнообразные сферы жизни советского общества: через фарцовщиков, через крайне редкие, и оттого особо привлекательные вещи, привозимые с Запада редкими счастливчиками, через стиляжничество, стремление к информации и зарождавшийся медиаактивизм (на тот момент – кустарное радио) и т. д. и т. п. Поэтому, когда положение в СССР стало уже совсем катастрофическое, люди автоматически делали простейший выбор: долой КПСС – и всё будет хорошо.

Собственно говоря, сейчас тот же самый пресловутый Народный Сход пытается повторить эту же модель, не выдвигая никаких внятных альтернатив, а лишь выставляя к власти требования и заявляя о необходимости её сменить, если требования выполнены не будут.

Но опыт начала 90-х, когда простая смена режима через смену названий правящих кланов, не привела к улучшению качества жизни, многому научил белорусов. Плюс к тому, нельзя забывать про новые условия – условия информационной эпохи. Сегодняшние белорусы примерно знают, что происходит в мире, примерно знают, что, и строя "рай" по западной модели, надо понимать, что делаешь, и совсем не стремятся менять сегодняшние условия, пусть и плохие, но известные и понятные (а мы хорошо знаем, что самое страшное – это неизвестность), на совершенное отсутствие таковой. Кстати, не могу сказать, что они не правы.

Внятная внутриполитическая и экономическая альтернатива должна быть качественной, и, одновременно, сформулирована для обывателя, опять же, на уровне простейшего образа, западающего в подсознание и заставляющего делать выбор, пусть иногда и не осознанный.

В этом отношении бесценный урок всем заинтересованным преподала команда как раз Лукашенко в ходе кампании 2010 года, с пресловутыми 500 долларов. Для белорусов это была совершенно фантастическая цифра, и сам Лукашенко толком не мог объяснить, откуда она возьмётся, а просто взял и раздал, в качестве доказательств серьёзности своих намерений, эти деньги из ЗВР. Чем это закончилось, мы все сейчас ощущаем, но у оппозиции здесь есть стратегическое преимущество: если она какую-то такую изюминку и найдёт, то уж точно, чтобы это сработало, ей придётся глубочайше всё продумывать и обосновывать, ибо доступа к государственным ресурсам для тупой и недальновидной демонстрации и неё просто нет.

И, да, сразу скажу: Движение "За Свободу!" занимается сейчас и этой работой: идёт кампания "Народная программа", которая направлена как раз на создание качественной и понятной людям внутриполитической и экономической альтернативы. ДО таких конкретных пиаровских образов ещё далеко, но ведь работа движется, и из неё вполне может получиться что-то толковое. Несмотря на критику любителей пустых Сходов, заявляющих о "травоядных" и "уютных" "нжошных проектах".

Если качественный личностный образ-брэнд, противовес Лукашенко, будет подкреплён ещё и качественным внутриполитическим предложением, это уже создаст серьёзные основания для людей поверить оппозиции. И поддержать её в борьбе за власть.

И, наконец, третье необходимое условие – качественная внешнеполитическая альтернатива.

Тут, кажется, и объяснять особо ничего не надо. Современный мир идёт по пути интеграции государств в межгосударственные образования, с крупными державами в качестве центров силы. Беларусь – маленькое государство, центром силы быть не может, но и без интеграции ей сегодня не обойтись. Белорусы это, кстати, хорошо понимают, поэтому в обществе практически нет людей с не сформулированной внешнеполитическое позицией. Примерно половина – за интеграцию с Россией. Вторая половина – за интеграцию с ЕС. Интересы евроинтеграции в обществе традиционно презентовала демократическая оппозиция, интересы восточного вектора – власть. Собственно говоря, уровень доверия и тем, и другим со стороны населения очень красноречиво говорит в том числе и о том, как люди верят в способность и тех, и других, свои декларируемые внешнеполитические цели реализовать.

Лично я – твёрдый сторонник евроинтеграции. Даже если не углубляться в исторические и цивилизационные причины, поддерживать именно этот вектор стоит уже хотя бы потому, что невозможно поверить в какие-то реально успешные интеграционные проекты во главе с Россией, которая и сама-то едва-едва не разваливается.

Нелишним будет заметить, что Движение "За Свободу!" уже долгие годы наиболее последовательно работает в обществе на продвижение европейского геополитического выбора. Последний проект – создание сети "Европейских клубов" по вей Беларуси, как информационных центров для белорусов о Европе. Популяризация достигается в первую очередь через информирование. Особенно в XXI веке.

НЕКОТОРЫЕ ВЫВОДЫ

Конечно же, мои выводы могут быть сугубо субъективны. Но их нельзя не высказать.

Сегодня организаторы Народных Сходов неприязненно цыкают на тех, кто предпочитает иной образ действий. Ок, это – их право.

Но дискуссия насчёт того, что же надо делать, чтобы достичь положительных перемен, идёт.

У нас есть два подхода.

Первый подход – а-ля Партия БНФ 1988 года, который теми же людьми и предлагается. Не принимая во внимание текущий момент, его особенности и требования.

Второй подход: создание предпосылок и условий для того, чтобы люди поверили именно демократической перспективе, поддержали, и, основываясь на этой вере, вышли в итоге на улицы. Как говорил известный мультперсонаж: "Лучше день потерять, потом за пять минут долететь".

Для обоих лагерей остаётся чрезвычайно актуальной проблема создания и развития инструментов, для продвижение в общество своих идей, консолидации вокруг них масс: медиа, сети распространения информации, ресурсы и т. д.

Скажу честно: ни у тех, ни у других, пока что глобального ничего не получается.

И те, и другие, несколько недовольны друг другом, считая, что товарищи-оппоненты "занимаются ерундой". Конечно, если бы все объединились вокруг одной стратегии, эффекта было бы больше.

Множество людей сейчас, под влиянием ухудшающегося положения, начинает задумываться о происходящем, и пополняет демократический актив.

Думаю, от того, какую стратегию будут выбирать как раз такие, новые люди, во многом и зависит, как скоро мы придём к изменениям.

Жёсткая соломка 13.10.2011

Прочтение утренних новостей натолкнуло меня на мысль: с нами произошёл достаточно обидный казус. Все мы когда-нибудь мечтали проснуться в другой стране. И вот сегодня это с нами случилось. Обидный казус состоит в том, что мы мечтали проснуться в другой, но совсем не такой стране.

Вводимые новыми законами изменения (уголовная ответственность за получение иностранных грантов, которая может коснуться, конечно же, любого, кроме самого правительства, активно эти гранты привлекающего; неограниченные права КГБ и т. д.) несколько шокируют своей циничностью и беспредельностью. Впечатление такое, что мы живём не в XXI столетии, и не в стране, победившей фашизм (и больше всех от него пострадавшей). А где-то в 30-50-х гг. века прошлого, когда подобное мракобесие было вполне в порядке вещей, и не только в "банановых" (или "картофельных") республиках, но и у сильных мира сего.

Однако по прошествии первого шока невольно начинаешь задумываться: а, собственно говоря, зачем? Есть посмотреть в суть, то, ведь, власть итак давно плевала на все законы, если было надо, врывалась в любые помещения и нарушала любые права. А что до получения иностранных грантов на какие бы то ни было цели и какими бы то ни было путями, то дело Беляцкого тут говорит само за себя. Тут ведь такое дело, что лукашенковская Беларусь, как классическая беспредельная диктатура, уже очень давно живёт лишь по одному закону: "Был бы человек, а статья найдётся". И, имея такую моральную шкалу, а также все возможные рычаги воздействия на ситуацию и неугодных людей, единственной заботой режима все эти годы было сохранение внешней респектабельности: если уж принимать репрессивный закон, то обязательно находить оправдания и контрпримеры по типу "Зато у вас негров линчуют". А, лучше всего, вообще на бумаге никаких репрессивно-беспредельных мер не фиксировать. Зачем, если итак можно творить всё, что угодно?

Иными словами, для расправы с населением властям такие подвижки совсем были, как говорил дед Щукарь, "без надобностев". Так, извините, зачем? Зачем фиксировать на бумаге, которая всё не только стерпит, но и сохранит, все самые низменные свои намерения и инструменты?

Ответ напрашивается только один. И его подсказывает совсем недавняя история, которую мы узнали благодаря утечке из того самого КГБ, которое теперь получает неограниченные полномочия. История с увольнением генпрокурора Григория Василевича, который, вроде как, отказался завести уголовное дело на сетевых активистов.

Мы сейчас имеем классическую ситуацию, когда система, поражённая кризисом, начинает понемногу "разбалтываться". Каждый, даже самый отмороженный (а что Василевич неслабо отмороженный, только "тихий", мы знаем хорошо ещё с 1995-96 гг.) представитель государственного аппарата, даже если молчит, про себя задумывается: а что будет, если завтра случится народный бунт и власть изменится? Придётся отвечать? А почему я? Я что, крайний?

Под влиянием дурных мыслей разваливаются даже самые крепкие системы, потому что исполнители – тоже живые люди, с семьями, чаще всего, и детьми, и очень мало в наш информационный век существует клинических идиотов, которые готовы выполнить любой устный приказ, вне правового поля, не задумываясь о последствиях, если эти последствия очень и очень даже вероятны.

Когда народ "спал", усыплённый обещаниями европейского уровня жизни, которые подтверждались /необоснованными/ повышениями зарплат, всё это было неактуально, возможность расплаты казалась мизерной. Теперь же... Теперь же расклад совсем иной. И система, репрессивная машина, пусть пока и не разваливается, но начинает едва слышно поскрипывать. И дело Василевича – лучший тому пример.

Попросту говоря, принятые законы имеют лишь одну цель: успокоить не шибко грамотных исполнителей. Создать основания и дальше отдавать им преступные приказы, рассчитывая удержать власть исключительно силой.

Команда Лукашенко, во главе с ним лично, искреннее считает себя богоизбранной, знающей всё "от и до", в том числе – и где она может упасть. Поэтому, фигурально выражаясь, "стелет соломку". Да только соломка-то эта – жёсткая.

Ибо есть одна вещь, которая сводит на нет все возможности, которые, казалось бы, создаются нововведениями. А именно – Конституция. Если кто не помнит, то это – основной Закон Республики Беларусь, и ни один закон низшего ранга не может ему противоречить. А эти, новые, противоречат абсолютно всем соответствующим статьям Конституции на все 100%.

И если не шибко далёкие исполнители сейчас, поначалу, ещё в этом не разберутся, то, по мере нарастания кризиса и народных брожений, по мере появления всё новых и новых вопросов в обществе и в системе, обязательно разберутся.

Какими "нововведениями" ответит тогда власть? Изменит Конституцию? На всенародном референдуме? Ну-ну...

Белорусская политика: ''с вилами на танк'' 22.09.2011

Обострившийся социально-экономический кризис поставил перед белорусским (и гомельское тут – не исключение) гражданским обществом ряд чрезвычайно важных вопросов и проблем.

Неожиданно обнаружилось, что среди демократических и околодемократических сил нет единства не только фактического (единая стратегия, единые действия и кампании, коалиционное строительство), но и теоретического: что же вообще в сегодняшних условиях стоит делать, а чего не стоит? В каких условиях мы находимся и как действовать дальше?

Часть общественных и политических сил демократической ориентации придерживаются твёрдого убеждения, что в Беларуси сейчас актуален политический протест, как форма борьбы за власть и отстаивания интересов граждан.

Другая часть декларирует, что в стране нет достаточных условий, чтобы общество могло консолидировано выступать против действующей власти (за перемены), и поэтому явный политический протест в настоящее время приводит лишь к усилению репрессий, следовательно – к разочарованию активной части общества.

Третья часть демократических сил не декларирует ничего и находится в "спячке". Ну, или, скажем так, занимает выжидательную позицию.

Таким образом, фактически мы подошли к вопросу: что такое белорусская политика и можно ли сейчас решить насущные проблемы политическими методами?

Не буду оригинален, если выскажу следующую мысль.

Нормальная политика, если она подразумевает борьбу за интересы избирателей, реализацию своих программных ценностей и целей, всегда должна опираться на общественное мнение.

Без общественного мнения невозможно победить на выборах. Без поддержки большинством твоих мыслей и идей невозможно вывести на улицы достаточное количество людей для "революции". Занятие "политикой" при условии отсутствия поддержки большинства сводится лишь к внутрипартийным дискуссиям, межпартийным разборкам и борьбой за сферы влияния. Собственно говоря, именно эти процессы мы наблюдаем в демократических силах уже полтора десятка лет.

Все последние социологические исследования в один голос твердят: рейтинг власти катастрофически упал (до приблизительно 25%-30%), рейтинг же оппозиции остался на прежнем уровне (те же 20-25%, что и всегда, в совокупности на всех). Фактически это означает, что большинство пока что не готово верить ни власти, ни оппозиции. По народному говоря, "ушли в себя".

Люди, не склонные никому верить, чаще всего рассчитывают исключительно на свои силы. И этот процесс в Беларуси мы сейчас можем наблюдать как нельзя ярко. Подавляющее большинство граждан, не ударяясь в политические и философские дебри, ищут свои пути выживания: кто-то ищет вторую работу, кто-то – учится экономить, кто-то – возить по выходным продукты в Россию, кто-то подумывает вернуться на грядки. В любом случае, всё это мало смахивает на повышенную политизированность и готовность что-то в какую-то сторону менять в государстве.

И ответ на вопрос "почему так происходит?" чрезвычайно очевиден: просто потому, что люди не верят никому. Они бы, может, и пошли бы на Площадь, если бы верили демократическим силам, если бы верили в оппозицию и готовы бы были обменять "шило не на мыло". Но сейчас такой ситуации очевидно нет, и мы видим это как из социологических исследований, так и ежесекундно своими глазами.

Простейший пример. Политическая оппозиция на осень предложила обществу "Народный сход" – как всенародную акцию протеста, на которой мы должны у власти что-то (а конкретнее – всё) потребовать. Однако сегодня мы видим, что подготовка к Сходу идёт, мягко говоря, ни шатко, ни валко. Нет массового притока волонтёров для распространения информационных материалов Схода. Нет большого ажиотажа в интернете. Нет даже собственно печатных материалов. Главный организатор схода, политик В. Ивашкевич долго жаловался на сайтах, что "вопрос пока не можем решить", в конце концов, сообщил, что "проблема решена". Решение проблемы оказалось в том, что напечатан повышенный тираж газеты "Народная воля", где есть информация о мероприятии, и теперь этот тираж будет раздаваться.

Я очень скептично смотрю на перспективы Народного схода, и вот по какой причине.

Как уже написал выше, сегодня ситуация такова, что большинство населения не верит демократическим силам и это факт очевидный. Соответственно, возникает логичный вопрос: а с чего они, собственно говоря, эти люди, должны откликнуться на призыв тех, кому не верят? Тут всё упирается в пресловутое общественное мнение...

Одним словом, при ближайшем рассмотрении, мы видим, что политизированная часть демократических сил на сегодняшний день оказалась в состоянии предложить обществу лишь один сценарий на осень – Народный сход. Но этот Сход пытаются собрать в условиях, когда сами позиции демократических сил не изменились в лучшую сторону ни на йоту. Общественное мнение, которое раньше было "за" власть, сегодня, объективно, против власти, но и не за демократов. Скорее – само за себя. Стартовые позиции остались прежними. Можно было бы делать ставку на мобилизацию протестного, активного электората (традиционные 25% приверженцев оппозиции), но для этого надо было бы иметь в своём распоряжении:

- финансовые ресурсы;

- информационные ресурсы, покруче одного тиража "Народной воли" и аудитории Интернет-сайтов (если уж мы говорим о том, что у демсил нет доступа к республиканским СМИ, то можно было бы опереться на широкую сеть малых локальных СМИ – сайтов, блогов, сообществ в социальных сетях, бюллетеней, да и просто – "сарафанное радио");

- человеческие ресурсы: опять же, если у партий не хватает людей (а их не хватает), то это могут быть: малые инициативы, группы, отдельные активные не ангажированные граждане, НПО.

Вторые два пункта, кстати, при умелом использовании могу частично заменить не хватающие финансовые ресурсы.

Однако всего этого у Оргкомитета Народного Схода попросту нет, нет и влияния на общественное мнение, нет, соответственно, и инструментов для мобилизации своего электората (который не мобилизуется от прочтения одного номера "Народной воли", для этого в политтехнологиях есть "принцип тотальности": через все возможные каналы получения информации человек должен соприкоснуться с месседжем минимум 7 раз. Это объективные законы массовых коммуникаций, они работают всю историю человечества (даже в те времена, когда и сформулированы-то не были) и нет ни малейших оснований надеяться, что для Народного схода они сделают исключение).

И вот тут мы вплотную подбираемся к ключевым вопросам.

Есть ли надежда, что политическая жизнь этой осени (олицетворяемая Народным сходом) выйдет за рамки традиционного оппозиционного мероприятия? На мой взгляд, нет. Никаких предпосылок для этого сегодня мы не наблюдаем.

Есть ли смысл, не будучи подготовленными к действительно серьёзным акциям, которые могли бы каким-то образом повлиять на ситуацию, завлекать в бесперспективные затеи самых активных людей? На мой взгляд, смысла нет. А есть большая опасность. Опасность в том, что самые активные, бросившись в бой, и, не добившись ожидаемых результатов, разочаруются и махнут на это дело рукой. И это ещё в лучшем случае, если просто разочаруются. А ведь могут и под "каток" репрессий попасть. И тогда (если эти страдания будут бессмысленными) иных оценок, кроме как "они использовали нас как пушечное мясо" ждать не приходится.

На самом деле, ключ к изменению ситуации в стране лежит в изменении общественного мнения. Борьба между властью и демократическими силами должна была бы сейчас идти как раз на этом фронте: за сознание людей. Но эту борьбу ведёт одна власть... Политические же силы пытаются, не имея для этого инструментов (как мы установили выше), мобилизовать свой электорат (на большее рассчитывать было бы даже не наивно – глупо).

Приведу простейший для меня пример: Гомельская область. Кто здесь работает с общественным мнением?

Сайт "Сильные новости" (odsgomel.org). Самый популярный сайт региона, освещающий события объективно, с точки зрения позитивной демократической альтернативы для Беларуси и области. Объективный и всесторонний анализ статистики сайта показывает, что по множеству параметров, ресурс является самым влиятельным местным СМИ, даже влиятельнее телевидения (что касается экономических и политических вопросов, аналога передачи "Твой день" на "Сильных новостях" нет).

Важная деталь: насколько известно, никто из Народного схода за поддержкой к редакции сайта не обращался. Более того, никто ни разу даже не прислал ни одного материала и не вышел на контакт. Это – мобилизационная работа? Борьба за общественное мнение?

Гражданская инициатива "Гомельский Демократический Форум". Постоянно, начиная с 2009 года, без конкретных политических целей, ведёт информационную кампанию "Знаю!", издаёт листовки по всем актуальным вопросам развития Беларуси, выпускает самое тиражное печатное СМИ региона из демократических – "Гомельский Форум". Информационные ресурсы наработаны большие, только база подписчиков "Гомельского Форума" составляет более 500 человек, тираж же не опускается ниже 3000. Аудитория кампании "Знаю!" – не менее 30 000 человек. Ничего подобного ни у одной партии региона нет. Как нет инструментов для других средств агитации, например, смс-рассылки (базы телефонов, программное обеспечение – все это есть у общественной инициативы "ГДФ"), e-mail – рассылки.

Насколько известно, к этой общественной инициативе также никто из политических сил за поддержкой не обращался.

Движение "За Свободу!", которое координирует и поддерживает целый ряд локальных инициатив, которые имеют самый ценный ресурс – человеческий. Отмечу, что лишь Движение "За Свободу!" в настоящий момент в Гомельском регионе не стесняется проводить свои областные собрания и демонстрировать фотоотчёты – меньше 100 человек там не собирается. По нашим оценкам, сейчас в организации порядка 150 активных человек, в любой момент готовых работать, а есть ещё ряд локальных инициатив и мелких групп, в которых также порядочно работящих людей. То есть, большой людской ресурс.

Который, опять же, остаётся невостребованным. Ибо в Оргкомитет Движение также никто не приглашал, никаких переговоров не велось.

Я не покривлю душой, если скажу, что больше системно в направлении изменения общественного мнения в пользу демократических сил, в регионе никто не работает. Когда приходит "политический сезон", раскидывается несколько разовых листовок, тысяч по 5, и всё. В этом году готовится Народный сход – распространяется газета "Народная воля". Опять же, единичная информационная акция. Полное игнорирование законов массовой коммуникации (пресловутого "Принципа тотальности") приводит лишь к тому, что ситуация не меняется ни в какую сторону. Убеждённые остаются убеждёнными: как те, кто "за" власть, так и те, кто "за" оппозицию. Тех, кто "против", мы сейчас не рассматриваем, ибо они – против всех. За власть они не будут уже никогда, но их смело можно причислять именно к резерву власти, пока оппозиция не привлечёт их на свою сторону. Потому что молчание большинства сейчас на руку именно власти.

В общем-то, на этом можно и заканчивать. Потому что всё очевидно. Политики как таковой сегодня в Беларуси нет. Мы об этом не говорили, но это ясно каждому: нет выборов, нет возможности придти к власти и реализовать свои идеи, нет возможности для конкуренции программ и предложений.

Оставшаяся лазейка для политических действий – массовые протесты – на сегодняшний день не реальна, потому что силы, которые берутся за реализацию именно таких сценариев, не имеют в своих руках инструментов для влияния на общественное мнение. Без поддержки которого невозможны эти самые протесты.

Такие инструменты есть у гражданского общества, но, во-первых, они ещё очень слабы и недостаточны, и, во-вторых, как мы увидели на гомельском примере, политики "не нуждаются" в помощи гражданского сектора. А, если и нуждаются, то успешно это скрывают. В такой ситуации, шансов у них нет.

Подведём некоторые итоги. Если трезво смотреть на вещи и давать ответ на вопрос "что же делать, ведь кризис, надо что-то менять", могу сказать следующее.

Первое, что надо было бы сделать, это подготовить почву для серьёзной работы с общественным мнением. Это значит, что все политические силы на некоторое время должны стать общественными. Надо работать:

- наращивать связи с локальными группами, что обеспечит приток людских ресурсов;

- налаживать связи с локальными общественными СМИ, усиливать собственные ресурсы и инструменты, что даст возможность достичь в информационном поле страны хотя бы паритета с властью за счёт побед локальных "стычках", ибо БТ всё равно, по определению, до каждого двора достучаться не в состоянии;

- заключать широкие коалиции с местными НПО, а также межу политическими партиями и организациями, чтобы в "час пик" не было разлада и многоголосицы;

- консолидировать финансовые ресурсы, тратить их разумно – на создание и развитие информационных ресурсов;

- заняться, наконец-то, пиаром и брэндингом на профессиональном уровне.

Только достигнув успеха на обозначенных направлениях, можно рассчитывать, что получится организовать какую-то вменяемую кампанию. Как на республиканском, так и на локальном, гомельском, например, уровне. В идеале, этого можно было бы добиться уже к весне. Но для этого надо заняться кропотливой и неблагодарной работой. Каждый день, полный рабочий день, не отрываясь. Как государство – всю рабочую неделю. А не "от выборов до выборов".

А пока что, это – так... "С вилами на танк".

Ну и, да, возвращаясь к вопросу, с которого начиналась эта статья, могу сказать, что сегодня ситуация выглядит так: настоящая политика в Беларуси начинается с самых, что ни на есть, общественных дел.

Написано для сайта Гомельского экспертного сообщества "Стратегическая мысль"

Взрослая ценность 19.09.2011

Сегодня – знаменательная дата. Ровно 20 лет назад наши исторические символы, бело-красно-белый флаг и герб "Пагоня" стали государственными.

Свои герб и флаг – атрибуты настоящей независимости. Без них её не бывает. Без них не бывает и народа. С независимостью, в равной степени, как и с ощущением себя нацией, у белорусов опять начались проблемы с приходом Лукашенко, практически сразу, в 1995 году, когда русскому языку был предан статуст государственного, а наш флаг и герб /уверен – временно/ были отодвинуты с государственного уровня, до уровня атрибутов гражданской позиции.

Часто бывает так, что какой-то вопрос для нас является настолько очевидным, что мы просто забываем о нём думать. Всё настолько ясно, что просто не задумываешься: хорошо это, или плохо. Для меня, как и для очень многих, наша независимость – наивысшая ценность, на уровне аксиомы, не нуждающейся в переосмыслении и анализе. И так повелось примерно года с 1998-го, когда мне было 17 лет, и я начал серьёзно задумываться о том, в какой стране я живу, в какой жил, и в какой хочу жить.

А, между прочим, иногда аксиомы всё же стоит переосмысливать. Просто для того, чтобы по-новому смотреть на вещи. Подвергать что-то сомнению, а в чём-то – убеждаться в очередной раз.

Так было и в последние дни, с приближением сегодняшней памятной даты.

Не могу сказать, что мои мысли и размышления привели меня к каким-то глубоким выводам. Скорее – наоборот: всё очень просто, если не сказать, поверхностно. Но, вместе с тем – очевидно.

Все последние дни я вспоминал себя в те годы, перестроечные, и эволюцию своего отношения к Беларуси и к нашей государственности.

В год распада СССР мне было всего 10 лет, но, хотите верьте, хотите – нет, я всё прекрасно помню, и достаточно неплохо происходящее тогда осознавал. На своём, конечно, уровне, уровне того времени.

И тогда, в первые годы после распада СССР, для меня независимость не представляла никакой ценности. Наоборот: мне очень хотелось обратно в СССР.

Мне было 10 лет, и мне хотелось опять спокойно поехать с семьёй в Сочи или в Красную Поляну (где сегодня строят себе дома российские "тузы"), хотелось, чтобы мама, работающая инженером на оборонном предприятии, опять много зарабатывала, и хотелось ощущать себя частью огромной страны, на которую мы засматривались на школьных картах. Огромной страны, сами размеры которой говорили о силе и мощи! Быть частью чего-то огромного и сильного – это мечта 10-летнего мальчишки!

Это были эмоции, которые формировали основы мировоззрения в момент, когда разум был недостаточно для этого силён. И это естественно.

Но прошло всего несколько лет. Жизнь брала своё, а разум – своё.

И всё происходящее начало переосмысливаться.

И как-то само собой пришло понимание, что маленькая страна может не быть сильной, но может быть уважаемой. А уважаемые и авторитетные, чаще всего, управляют сильными.

И как-то само по себе пришло понимание того, что собственная квартира, какой бы маленькой она не была, лучше, чем койка в прихожей в коммуналке, где ответственный квартиросъёмщик – довольно хамоватый и пьяноватый амбал.

И как-то желание ездить без границ на море отодвинулось на второй план по сравнению с гордостью за свою историю и прошлое, которые тогда объективно изучались в школах. Красная Поляна, по которой тогда в буквальном смысле (найду фотки – выложу) табунами ходили свиньи из местных деревень, мешая отдахающим, перестала казаться чем-то чрезвычайно нужным. Чрезвычайно нужным стала казаться необходимость построить свою страну такой, чтобы все хотели ехать к нам, а не мы хотели ехать к ним.

Эта эволюция происходила на одном, достаточно естественном фоне: я рос, взрослел и учился думать. И пользовался своими навыками. Любой человек, вырастая, взрослея, стремится начать жить самостоятельно, строит свой дом и налаживает свой быт. Вот как-то так это всё и происходило... В коммуналке – может быть хорошо или плохо, пьяноватый и хамоватый амбал может и тебя побить, но и от дворовых хулиганов защитить, но всё это – для слабых. А мы росли, и очень хотели быть сильными... И жить своим умом и своими силами.

Когда человек взрослеет, на место эмоций приходит здравый рассудок, и его приговор однозначен: лучше своя маленькая квартирка, чем койка в прихожей в огромной коммуналке.

Какой там, по последней социологии, процент желающих вернуться обратно в СССР или вступить в Россию? 11%? 20%? Не помню точно, если честно. Помню лишь, что – категорическое меньшинство. А тогда, в начале-середине 90-х было такое же категоричное большинство.

Мы взрослеем, друзья, неуклонно, стремительно, несмотря ни на что – взрослеем! И становимся достойны своей независимости.

Независимость – это ведь ценность только для взрослых и самодостаточных людей. И наций.

Некоторые мотивчики... 13.09.2011

Логику белорусских властей понять иногда тяжело, но можно.

Казалось бы: очевидная вещь! Зачем властям увольнять людей с оппозиционными взглядами? Страх... Чтобы человек потерял уверенность в завтрашнем дне, чтобы ему не чем было кормить семью. Чтобы человек БОЯЛСЯ.

Но ведь есть и другая сторона медали. Увольняют людей не превентивно. Увольняют людей по факту. Когда кто-то что-то против власти уже сделал, стал, так сказать, на крамольную дорожку. И, да, с одной стороны, его увольнение с работы будет назиданием другим, но... НО: одновременно, этому человеку дают массу свободного времени для того, чтобы бороться с режимом, отрезают пути к отступлению, и, может быть, из сиюминутного романтика, своими руками создают заклятого врага. Мало ли людей начали заниматься политикой постоянно и профессионально именно после увольнения? И они-то, именно такие, и являются ядром оппозиции: те, кто чего-то стоит. То есть те, кого было откуда увольнять...

Стоит ли гипотетический страх других таких жертв, на которые вынужден идти режим, увольняя оппозиционно настроенных граждан: своими руками создавать себе врагов?

Стоит.

Потому что режиму невыгодно, если оппозиции не будет вообще. А выгодно ему, если она будет, но БУДЕТ ТАКОЙ, ЧТО НИКТО НЕ ЗАХОЧЕТ ЗА НЕЁ ГОЛОСОВАТЬ.

Один из любимых терминов Лукашенко в отношении демократических сил является словцо "Рвань". Звучно. И, самое главное – отвратительно. Омерзительно. Вот Каддафи тоже, повстанцев иначе как "крысы" не называл. Но в его случае это только против него и играло, ибо все понимали, что крысы – это как-то... ну, натянуто слишком... А "рвань", "отребье" – если человек нищ, то он нищ и есть.

Я не открою Америку для знающих людей. К сожалению, финансовое положение оппозиционеров в Беларуси крайне тяжёлое. Как человек из региона, могу смело сказать: в таком плохом положении, в каком находятся активисты демдвижения в районных центрах, очень мало кто в нашей стране находится. Не хочу никого обижать... Но тысячу раз от них самих я слышал, что люди смеются с них...: (А, вместе с ними, и со всех нас.

В современном мире, в век информации, имидж – это всё. К сожалению, имидж белорусской оппозиции сильно хромает. И вот на это работает власть, на это работает Лукашенко, повторяя, как заклинание: "рвань!". Он знает, что в Беларуси, особенно – на местах, многие поймут, о чём речь.

В этой связи вызывают особое уважение те люди в белорусской политике, которые сумели сделать себя сами. Которые занимаются бизнесом, наукой, сами зарабатывают себе на жизнь, умеют это делать и не стесняются этого. Это – другие люди. Это люди, которые избежали падения в "рвань", но и не наворовали себе на "Лексус". Политтехнологи всего мира советуют в политике, в этом отношении, искать "золотую середину". То есть так, чтобы и не на "Лексусе", и не при золотых часах, но и не рвань...

К величайшему сожалению, не все даже в оппозиции это понимают. Если находится человек, который не воровством, а своим умом добился успеха, его готовы ругать едва ли не площадной бранью.

Вот свежайший пример. Молодой белорусский политик, советник Александра Милинкевича, Алесь Логвинец, находится с визитом в США. И позволил себе (ган*он какой!) в кафе заказать устриц (да как он посмел?!). Что тут началось...

Я, кстати, не про статью Павла Шеремета, где тот на эту тему пафосно восклицает: "Японский городовой, ну как с такими политиками прорваться к светлому будущему?!" Потому что, на самом деле, не от Шеремета сие общественное порицание пошло. Пошло оно от некоей оппозиционной организации, на днях заявившей не то о самороспуске, не то о переходе в формат работы "каждый сам по себе" – я так и не понял. П. Шеремет же, как истинный представитель СМИ, лишь сделал информацию массовой. Мог бы и не делать. Но – сделал.

Ну, почитал я про устрицы... Объективно говоря, если бы поехал в командировку в США токарь дядя Ваня с Авторемзавода, он, может быть, только в силу своих кулинарных пристрастий от устриц бы отказался, но, могу поспорить, заказал бы себе чего-нибудь, по своему вкусу, не менее изысканного. Потому что это – другая жизнь, это – другая атмосфера, это – праздник, если хотите... Вырваться в свободную страну, пусть на короткое время, пусть – по делам.

К слову сказать, праздник этот, так сказать, для души, обходится в США примерно в такую же цену, как и в Минске. По крайней мере, те самые пресловутые устрицы стоят даже не как устрицы (если в Минске), а как говяжий стейк, который могут минчане в некоторых объектах лицезреть по 120 т. Само собой, моллюски у нас подороже выходят-то. А кто не верит, может убедиться.

Алесь Логвинец работает с институтами Евросоюза, преподаёт в европейских ВУЗах, зарабатывает деньги там, а налоги (для выплат электорату) платит здесь, знает несколько европейских языков, ценится на рынке труда как эксперт и аналитик. И он не может позволить себе ужин в американском кафе??? Да не смешите людей!

Имхо, случай Алеся Логвинца – это как раз золотой случай для имиджа белорусской оппозиции.

Это человек, который, приехав из деревни в Хойницком районе (мой земляк, кстати), добился европейского образования, европейского признания как преподаватель, как молодой белорусский политик, может не проситься на работу в бюджетные учреждения, и при этом – кормить семью и не быть "рванью". Именно за такую оппозицию голосовали бы простые люди, потому что это – и есть политтехнологическая "золотая середина": между "отребьем", в которое нас всех старается превратить режим, и "Лексусом" г-на Дмитриева из "Говори правду!".

Мотивчики, зачем власть оставляет людей без средств к существованию, мне, с большего, понятны.

Мне непонятны лишь мотивчики, которыми руководствуются /вроде бы из оппозиции/ люди, которые призывают других, более успешных, одеть рубище, и предстать перед электоратом "рванью" и "отребьем". На радость имиджмейкерам диктатуры...

Подозрительная гибкость... 05.09.2011

Как-то в одночасье рухнул миф о том, что кампания "Говори правду!" и возглавляющий её поэт Владимир Некляев – пророссийская политическая сила.

Буквально в течение нескольких последних недель ряд действий и заявлений поставили крест на "про-московском" имидже ГоП. Чего стоит только кампания "Шаг в Европу!" в Брестской и Гродненской областях, а также последние заявления непосредственно Некляева о европейском будущем Беларуси и необходимости дать Лукашенко шанс Беларусь непосредственно в Европу и привести. Теперь они, гопы – европейцы.

Хотя накануне президентских выборов мало кто оспаривал тот тезис, что за ГоП стоит Москва. Ну, да и сам ГоП не оспаривал, а в открытую призывал продать всю промышленность Москве.

Слов нет, политическая гибкость – качество прагматичное, и в благих целях очень даже полезное.

Но гибкость Некляева и его помощников... как бы это сказать... Несколько странная.

В 2010 году режим Лукашенко делал ставку на признание выборов Евросоюзом, и ему позарез нужна была промосковская оппозиция в качестве страшилки. Вот, мол, если не я, то такие придут, и всё Москве отдадут. Ну и не только Запад, но и обычных граждан-зевак можно пугать приходом русских олигархов, если "такие" дорвутся до власти.

"Говори правду" стала как раз тем самым жупелом, которым пугали простых избирателей (власти), а также – Запад (тут уж старались и власти, и остальная часть оппозиции).

В 2011 году режиму Лукашенко как воздух нужно послабление со стороны Запада ввиду тяжелейшего экономического кризиса и железной хватки Москвы в экономических вопросах. Добиться этого желательно минимальной ценой: просто отпустить взятых зимой заложников, не идя на действенную либерализацию и системные реформы.

Парадоксальным образом, но именно в этот момент происходит геополитическая трансформация "Говори правду". И вот уже они – про-европейская политическая сила, которая устами своего лидера призывает дать Лукашенко шанс войти в Европу ценой освобождения политзаключённых. Ну, конечно, вспоминать о таких мелочах, как доступ к СМИ или свободные выборы, рядом с таким вопросом, как освобождение всех политзаключённых (с этой целью зимой взятых заложников) – ну просто неприлично.

Голос из недр оппозиции, призывающий дать Лукашенко такой шанс – это, конечно, козырь. Особенно если такой голос раздаётся из "дружественной" (про-европейской, как бы) среды.

Подозрительная какая-то гибкость, получается. Как будто в Беларуси власть и оппозиция наконец-то зажили в одном ритме, задышали одним воздухом. И начали ирать чётко в такт.

Страницы: Пред. 1 ... 3 4 5 6 7 След.
Читать другие новости