АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Протесты Итоги года Конституционная реформа Павел Шеремет Эпидемия Белгазпромбанк Беларусь-Россия

Чем сейчас занимается Лукашенко?... 02.09.2011

История с диалогом между режимом, оппозицией, ЕС и Россией, типа предложенным Лукашенко, обрастает всё новыми подробностями.

Вчера неожиданно (неожиданно ли?) всплыла информация, что сие мероприятие крывавы рэжым уже обсуждал с министром иностранных дел Болгарии, который, судя по всему, выполняет роль посла ЕС: по крайней мере, говорится о том, что позицию белорусской стороны страны Европы будут обсуждать на встрече в польском Сопоте. И вот, в рамках этих переговоров, выясняется, что Лукашенко пообещал освободить четырёх политзаключённых (и это, кстати, вчера и было сделано), а до октября – всех остальных.

В связи с этим два замечания, две коротенькие реплики.

1) Появившаяся вчера информация о кулуарном торге ЕС и режима полностью подтверждает предположение, которое я высказывал в предыдущей статье на эту тему (см. "Одна бабка сказала..."), а именно: "Помочь ему сохранить какое-то подобие стабильности, влив сюда энное количество настоящих дензнаков, могут лишь Россия или Запад. Которых, кстати, в своём "предложении", Лукашенко тоже упомянул. Можно допустить, что он сейчас пытается добиться от этих сторон каких-то переговоров. Но оппозицию в этом процессе он может использовать только как ширму. И даже не саму оппозицию (её, как всегда, никто никуда не позовёт), а лишь саму декларацию о готовности диалога с ней. Вот, мол, нету у нас внутренней напряжённости, разговаривать собрались...".

Кулуарный характер переговоров ЕС и белорусской диктатуры, то, что демократическая оппозиция узнаёт об этом во всех смыслах последней, притом – из уст Лукашенко, во время его публичного выступления, уже о многом говорит. Как минимум, это говорит о том, что позиции белорусской оппозиции, её интересы и амбиции, мягко говоря, никого не волнуют. Договариваются серьёзные люди, и зря, в общем-то, засуетились всякие сторонники и противники диалогов. Никто их не спрашивает.

2) Между тем, если Евросоюз действительно настаивает на освобождении политических заключённых из гуманитарных соображений, а не для галочки (ну неудобно, право, в центре Европы в XXI веке люди сидят по тюрьмам за попытку выказать свои убеждения!), то как раз к некоторым заявлениям белорусской оппозиции стоило бы очень даже прислушаться.

Следует обратить внимание на то, что до сих пор Лукашенко выпустил только тех, кто написал прошение о помиловании. Что касается тех, кого не выпустил, то на них он просит ещё месячишко. Вопрос: зачем ещё месяц, если он может, при наличии доброй воли для диалога, выпустить их в любой момент, просто повисает в воздухе. Как, кстати, сразу же повисает и ответ.

На самом деле, что сейчас делает Лукашенко? Во-первых, он делает ровно то же, что делал и сразу после 19-го декабря – не изменилось ничего. Он выпускает тех, кто пишет ему прошение о помиловании. И, параллельно, пытается сломать тех, кто не написал. Таким же образом он действовал зимой, точно это же делает и сейчас.

И, во-вторых, он делает вид, что это – огромная уступка с его стороны. Вот, мол, поговорили с человеком из Болгарии, я четверых выпускаю (хотя прекрасно знает, что выпустил бы их и без этого разговора, ибо прошения уже, наверняка, лежали у него на столе). А остальных – через месяц выпущу, обязательно выпущу...

В этой связи очень важно появившееся на днях письмо из колонии экс-кандидата в президенты Николая Статкевича, который, помимо прочего, чрезвычайно рекомендует странам ЕС требовать от диктатора не только освобождения заключённых, но и полной их реабилитации, иначе, по мнению политика, всё это приведёт единственно к тому, что на тех, кто отказывается писать прошения, давление будет только усиливаться. Ломать будут сильнее.

Вот для этого-то, по всей видимости, Лукашенко ещё месячишко и понадобился: чтобы дожать тех, кого ещё дожать не получилось, выпустить их на своих условиях (точно так же, как он отпустил бы их и зимой, безо всяких диалогов), и преподнести это Западу как пропуск к диалогу (о кредитах, контрактах, инвестициях и прочих спасательных кругах).

Грубо говоря, на сегодняшний день ситуация такая, что всех великих дипломатов и переговорщиков от ЕС, Лукашенко традиционно имеет: ничего в своей политике не меняет, ведёт себя, как вёл, но, вот, уже и право вести переговоры и переговорах заслужил... Пусть пока и с ничего не значащей фигурой из Болгарии. Великих же дипломатов и переговорщиков от оппозиции он вообще в упор не замечает. Короче, всё логично и традиционно.

Самым неожиданном образом появление информации о роли и миссии министра из Болгарии, а также об обещаниях Лукашенко, лишь подтвердило выводы, сделанные в предыдущей статье (см. "Одна бабка сказала..."): за "предложением" о диалоге, если смотреть с точки зрения именно гражданского диалога, ничего серьёзного не стоит. Мы наблюдаем сейчас очередную серию банального развода западных буржуев на бабки, и в этом процессе демократической оппозиции отведена лишь роль ширмы, а судьбам политзаключённых – разменной монеты.

По большому счёту, это проблемы ЕС: соглашаться ли с отведённой ему ролью "лоха", или вырабатывать какую-то адекватную позицию. Равно как и проблемы отдельных лидеров оппозиции: соглашаться ли с отведённой им ролью ширмы и легитимизитора усилий диктатуры по оттягиванию своего краха, или повести себя более выдержано и разумно.

К действительному же диалогу власть можно лишь принудить, увеличив свою поддержку в обществе (именно свою, оппозиции, а не протестные настроения как таковые, которые легко гасятся очередной индексацией) до критического уровня. Но для этого надо работать...

Одна бабка сказала... 31.08.2011

Реакция оппозиции и около-оппозиционных кругов на заявления Лукашенко о предложении некоего диалога, несколько обескуражила.

Все так настырно бросились обсуждать, на каких условиях надо идти на диалог, кто там должен быть и что там надо обсудить, как будто все обсуждающие уже получили на этот "круглый, квадратный стол" именные приглашения. Ну, открытки такие, как на свадьбу.

Между тем, я вот, например, совершенно не понимаю: как можно обсуждать настолько практически, вплоть до уже начинающихся оскорблений невидимых оппонентов одной из сторон, того, чего нет?

Я вот попробовал себе представить, как это может всё выглядеть. Ну, идёт сейчас политическая дискуссия по перечисленным вопросам, идёт она в стане оппозиции. Если представить себе невероятное, что все сумели договориться до какого-то общего знаменателя. Дальше что? Вот Калякин – он за диалог без условий. Приходит Калякин в администрацию Лукашенко и говорит дежурному: "Здрасьте, я пришёл поговорить!"? Так?

В официальных стенограммах выступления Лукашенко, где прозвучало это "предложение", что на сайте, что в "Совбелии" – ни слова о "диалоге". И Калякину в АП спокойненько так отвечают: "Вы что, уважаемый, белены объелись?"

Версий, зачем Лукашенко это ляпнул, оторвавшись от бумажки, может быть множество. Но точно среди этих версий не может быть такой, что, вот, оппозиция ныне выросла настолько, что власть решила с ней провести переговоры. Что стоит за этим "диалогом"? Вчера Лукашенко его сделал, а позавчера оппозиция провела какую-то оглушительную акцию, которая заставила режим дрогнуть? Нет... Больше скажу: и не предвидится. Вот в Ливии: полгода повстанцы воевали с Каддафи, взяли его столицу, тот заговорил о диалоге. Верю. Но не в нашем случае, к сожалению. Надеюсь, пока.

Непосредственно оппозиции режим не боялся и не боится, это аксиома.

А боится он полного краха экономики и народного бунта. Это тоже, между прочим, аксиома. Но оппозиция ему спасти экономику не поможет, даже если и захочет, ибо её программы, будь они тысячу раз спасительными, означают автоматический крах этой системы, чего, понятное дело, Лукашенко никогда по доброй воле не допустит.

Помочь ему сохранить какое-то подобие стабильности, влив сюда энное количество настоящих дензнаков, могут лишь Россия или Запад. Которых, кстати, в своём "предложении", Лукашенко тоже упомянул. Можно допустить, что он сейчас пытается добиться от этих сторон каких-то переговоров. Но оппозицию в этом процессе он может использовать только как ширму. И даже не саму оппозицию (её, как всегда, никто никуда не позовёт), а лишь саму декларацию о готовности диалога с ней. Вот, мол, нету у нас внутренней напряжённости, разговаривать собрались...

Это – лишь одна из версий, один из возможных сценариев. Можно предполагать, что он действительно попытается втянуть всех в какой-то переговорный процесс, но, опять же, целью этого процесса, независимо от того, позовут туда оппозицию или нет, не будет являться гражданский диалог. Просто потому, что та оппозиция, которая восприняла приглашение на "круглый, квадратный стол" на свой счёт, в самый острый для общества период экономического кризиса, весной, когда у людей был настоящий шок и они готовы были выходить на улицы, пролежала на печи, фигурально выражаясь, и на сегодняшний день не имеет общественной легитимности кого-то представлять. Не уверен, что Народный сход этой легитимности прибавит.

Втянув в диалог Россию, ЕС и какую-нибудь массовку, Лукашенко может рассчитывать выиграть время, совершить имитацию, декорацию – что угодно. Но, повторюсь, там не будет цели договориться с оппозицией. Просто потому, что он её не боится. Понимая лишь язык силы, сегодня у него нет оснований считать, что за конкретными персонами из демократического лагеря эта сила есть.

Какие именно планы двигают им – угадать сложно. Скорее всего, они, эти планы, есть. Но они не берут в расчет оппозицию, это точно. Если же они берут в расчёт ЕС и Россию, то разговоры о диалоге будут вестись в закрытом режиме, и мы их видеть и слышать не будем.

Так что же тогда прозвучало из уст Лукашенко как "приглашение к диалогу" и что так и не вошло в официальные стенограммы выступления? Уверен, что мы имеем дело с довольно простым и примитивным "вбросом". Ляпнул, и смотрят на реакцию: кто как выскажется? Кто на что готов? Подрастает ли там новый романчук?

Но и не только такой мониторинг является позитивным для властей результатом вброса. Наметившаяся новая волна раскола в оппозиции. Низкокультурная полемика, в стиле "сам ты овощ от политики". И, главное: Лукашенко вновь над политическими схватками. Он вновь доминирует в публичном пространстве, и все обсуждают только его "чих".

Вот это и есть – реальная политическая победа над оппонентом. Когда инициатива у тебя, когда все вокруг только тебя и обсуждают, когда на каждый твой "чих" реагируют как на эпохальное событие. Даже если за этим "чихом" ничего не стоит, как в нашем случае...

Умные и респектабельные политики отреагировали бы на слова Лукашенко ровно так, как они того и заслуживают. А именно: "Одна бабка сказала...". Как Евросоюз весной, когда диктатор обзывался на главу Еврокомиссии Баррозу: "Мы не комментируем высказывания частных лиц".

Особенно если за ними явно ничего вразумительного для адресатов (оппозиции) не стоит.

МВД в роли самостоятельной карательной организации 29.08.2011

Иногда, чтобы стала очевидной суть вещей, приходится пристально вглядываться в детали.

Мы давно привыкли за всеми кознями режима просматривать руку КГБ. Конечно, мы представляем, что в Беларуси предостаточно и других карательных структур. Собственно говоря, все госучреждения нашей страны сегодня могут выступать в роли карателей: от учреждений образования до военкоматов и налоговых инспекций.

Однако всех их мы привыкли воспринимать как "пособников" диктатуры, оставляя в своём сознании нишу непосредственно "палачей" исключительно одной структуре. Надо заметить, что примерно так же, в роли "пособников", а не непосредственно палачей, играющих своё соло, мы привыкли воспринимать и структуры МВД. Которые, кстати, даже чисто по закону координируются в подобных делах госбезопасностью.

Ничуть не умаляя "заслуг" КГБ на поприще борьбы с инакомыслием и свободно мыслящими гражданами, хочу подробнее остановиться на роли и месте в репрессивной машине государства как раз милиции.

Сегодня в Гомеле будет суд над общественным активистом Игорем Случаком. Его забрали в пятницу вечером, будто бы он публично ругался матом, и до суда бросили в следственный изолятор.

Задержание Случака – это был лёгкий шок для любого знающего ситуацию человека. Дело в том, что Игорь – активист-одиночка. Долгое время он появлялся на страницах СМИ как человек, единолично ведущий кампанию "Справаводства па-беларуску": писал письма в государственные учреждения и требовал, чтобы ему отвечали на языке вопроса. То есть, по-белорусски.

Весь опыт оппозиционной и общественной деятельности говорит о том, что такие люди априори не воспринимаются властью всерьёз, как угроза. Режим воспринимает их, как безобидных чудаков, которые доставляют некоторый "геморрой". Правда, иногда их деятельность даже приносит властям пользу. Отвечая на их безобидные требования конструктивно, можно вполне изображать из себя приличных людей, в ущерб имиджу "отомороженной" власти, который всё больше ширится даже среди обывателей.

Какой смысл сажать такого "на сутки"? Эту меру, мы все хорошо знаем и понимаем, власть применяет только к людям, от кого ждёт для себя каких-то неприятностей: публичных выступлений, острой критики, организационных каких-то действий, способных куда-то подвигнуть пусть даже и небольшие, но массы. Но Случак, с его "Справаводствам па-беларуску"? Это смешно...

Смешно, если не вглядываться в детали.

Объясняя задержание активиста, независимые Интернет-СМИ поспешили сделать акцент на том, что на субботу он запланировал пресс-конференцию, на которой намеревался сделать публичный отчёт о кампании, которую уже, судя по всему, посчитал завершённой. Так что, его бросили в ИВС, чтобы не дать рассказать о том, как он писал чиновникам письма и требовал белорусскоязычного ответа?

На самом деле, такая трактовка мотивации властей – поверхностная и легкомысленная. Я специально делаю акцент на этом деле, потому что оно хорошо иллюстрирует одну достаточно занимательную тенденцию, которую нельзя обойти вниманием.

На субботней пресс-конференции, помимо рассказа о кампании "Справаводства па-беларуску", Игорь Случак запланировал ещё и обсуждение одного из вопросов "Народной программы" Движения "За Свободу!", а именно: "Вопросы реформы системы МВД: опыт соседей и вызовы для Беларуси". Именно ради этого были приглашены на встречу представители местных ОВД, а не для того, чтобы слушать про белорусское делопроизводство.

"Народная программа" – это такой проект общественной коалиции, куда входит много субъектов гражданского общества Беларуси, и который координируется Движением "За Свободу!". Кампания направлена на разработку консенсусной позитивной альтернативы для будущей Беларуси – в противовес существующему сегодня безграмотному мракобесию. В дискуссии принимают участие профильные эксперты, представители целевых групп, простые граждане, и, конечно же, приглашаются представители профильных ведомств.

Примечательно, что все мероприятия проекта проходят относительно гладко, и не встречают сопротивления со стороны властей. Видимо, режим относится к общественной дискуссии примерно так же, как и к "справаводству па-беларуску": пусть, мол, разговаривают и обсуждают что хотят, абы на улицы не ходили.

Все мероприятия проходят гладко, кроме одной темы. Да, именно этой: "Вопросы реформы системы МВД: опыт соседей и вызовы для Беларуси". Ещё в самом начале "Народной программы" соответствующий круглый стол был брутально разогнан в Минске. Тогда задержали семь человек, в том числе гражданку России, трёх граждан Украины (все иностранцы, видимо, как раз должны были участвовать с целью осветить опыт соседей), а также белорусские правозащитники: Олег Гулак ("Белорусский Хельсинский Комитет"), Людмила Исакова (Комитет помощи репрессированным "Солидарность"), экс-министр труда, социолог, Александр Соснов.

Многое становится понятным, если вглядываться в детали. В частности, эта история даёт нам право сделать следующие выводы.

Если все мероприятия "Народной программы" прошли гладко, а дискуссии, посвящённые реформированию МВД сорваны, причём сорваны жёстко, через аресты, это говорит только о том, что само МВД крайне не заинтересовано в общественной актуализации проблем его же реформирования.

Но даже не это главное.

Даже из общедоступных фактов мы имеем представление о сути взаимоотношений между КГБ и МВД. Больше чем уверен, что чекисты просто не стали бы заниматься таким делом, как "проучить Случака, чтобы не выпендривался". Мелковато, глуповато, да и касается это дело только ментов. Как говорится, их проблемы.

То есть, все эти срывы дискуссий "Народной программы" – дело рук сугубо структур и карателей МВД. А вот то, что они решаются на такие операции самостоятельно, уже говорит о многом. Потому что, чтобы такое провернуть, надо иметь в руках все рычаги влияния на другие механизмы репрессивной машины. Надо иметь возможность самостоятельно решать вопросы с судьями, надо вести собственную оперативную слежку за демократическими активистами, возможно даже – иметь свою агентуру.

А это, в свою очередь, свидетельствует о том, что в деле подавления инакомыслия, белорусское МВД играет свою собственную, сольную роль. Чаще всего интересы спецслужб совпадают, и они поют в унисон. Но, когда надо, менты могут и сами действовать. И имеют для этого все возможности и рычаги.

Казалось бы: ну и что? Для демократов это "открытие" практической пользы не имеет. Их как сажали, так и будут сажать. И, по большому счёту, нет разницы, кто именно это делает.

Да, для сегодняшнего дня это не имеет никакого значения. Но для будущей Беларуси – имеет, и большое. Как минимум, на уровне понимания:

а) Реформа МВД действительно назрела и необходима. Точно также, как и реформа КГБ. Ни одна силовая структура не может быть полностью закрытой, и не может иметь признаки карательной структуры;

б) После смены власти деятельность МВД должна быть подвержена на менее жёсткой ревизии, нежели деятельность КГБ. Относиться к ним в стиле "они же просто выполняли приказ" – верх легкомыслия

В общем, как говорится, берём на заметку...

Единственный путь приблизить перемены 23.08.2011

Утреннее прочтение новостей не порадовало: очередная акция "Стоп-бензин" провалилась.

Ну, конечно, как посмотреть. Артём Шарков вот говорит, что не провалилась, потому, что власть предприняла серьёзные меры /своей/ безопасности. С этой точки зрения – да. Но, с другой точки зрения, любая акция протеста предполагает наличие собственно протестующих, в случае же, если их, как вчера, нет, то нет и акции. К слову, власть ведь пустыми площадями не изменишь.

Перед белорусами, жаждущими перемен, снова во всей своей красе встают вопросы, типа "И что теперь делать?" или "Ну почему этот народ такой пассивный?". Потому что, вот РЧСС "завалилась", "Стоп-бензин" сдулась по тихому, на "Народный Сход" и вовсе, несмотря на всю медийность, надежды мало... А в стране – кризис, а в стране – молчаливый протест /на каждой кухне/, в стране, вроде как, все ждут перемен.

Что до меня, то лично я не вижу никаких сюрпризов. Не вижу и трагедий никаких.

Разочарование сейчас постигает тех, кто по горячности своей думал, что, вот, пришёл экономический кризис, и власть теперь рухнет за несколько месяцев.

Система, которая создавалась 17 лет, держится не только на каком-то уровне бытового благополучия, но на совокупности факторов. Ожидать действительно серьёзных народных сдвигов, даже чисто в теории, можно под влиянием таких вещей, как

1) Существенное ухудшение уровня жизни, практически обнищание;

2) Сдвиг в общественном сознании в пользу определённого ценностного выбора (свобода, права, уважение, честь и гордость вместо рабства, унижения и беспомощности, например).

Ни секунды не сомневаюсь, и никогда не сомневался, что в Беларуси чисто "экономическая" революция невозможна. Да, кстати, и не нужна особо. Ещё несколько лет назад в дебатах со сторожилами гомельской оппозиции, уповавшими на то, что придёт кризис с "Лука слетит", я неоднократно говорил, что экономическая составляющая должна быть детонатором, но сама по себе смена власти должна иметь другую мотивацию, да и возможна только при другой мотивации. Сейчас, по прошествии времени, мои слова подтверждаются.

Почему заглохли все спонтанные протесты, вызванные резким ухудшением уровня жизни? Да просто потому, что у белорусов начался период адаптации и привыкания. Этот период может, кстати, длиться годами, если не десятилетиями, и лишь накапливать раздражение в обществе. Но не факт, что это раздражение будет выливаться в политическую плоскость. Оно может канализироваться в бытовых вопросах (хамство, злоба, падение нравственного и культурного уровня, рост криминала и пьянства, наркомании и т. д.). Давайте вспомним закат СССР: экономическая стагнация длилась десятилетие, и лишь совокупность факторов привела к падению державы.

Рассчитывать на то, что в Беларуси экономический кризис может сыграть решающую роль, как минимум – наивно. Большинство всегда может и умеет адаптироваться к бытовым трудностям, стравливая недовольство в альтернативные политике сферы. Кстати, ведь и такую форму, как "экономический протест", тоже никто не отменял: история знает множество истинно народных движений, чьи требования ограничивались чисто экономическими вопросами и не могли привести к смене устоев.

Поэтому происходящее сейчас в Беларуси – достаточно закономерно. Был период первого шока, и был момент стихийных выступлений, которые были обусловлены, скорее всего, именно шоковой реакцией на происходящее. В самом деле: получать сегодня зарплату в $500, а завтра – $250 – больно... Но в настоящий момент люди поостыли. Включились другие рефлексивные центры, иные мотивации.

Означает ли это, что мы, как и при СССР, обречены теперь ждать не менее 10-ти лет, пока экономическая стагнация не приведёт к стагнации самое системы, которая проржавеет и, в конце концов, рухнет сама?

Ни в коем случае – нет!

Как я писал уже выше, действительно глобальные общественные изменения могут быть лишь при условии изменения парадигмы ценностей в обществе, либо при глобальном экономическом коллапсе.

Уникальность Беларуси в том, что чисто экономические мотивы здесь не сработают. По историческим причинам. Так уж повелось, что белорусы привыкли переживать и не такие трудности.

Уверен, что качественное изменение ситуации в нашей стране возможно лишь при стечении комплекса факторов, а именно, в первую очередь – именно этих двух: ценностного и экономического. При этом экономическому кризису имеет смысл отдать роль именно детонатора, на тот момент, когда общее недовольство действиями властей во всех сферах жизни достигнет критического уровня.

Надо быть готовыми к тому, что система, которая строилась 17 лет, кропотливо и усердно, с направлением в неё всего государственного ресурса, не может рухнуть одномоментно. Надо сосредоточиться на том, чтобы кропотливо и тщательно менять мировоззрение белорусов на происходящее, повышать уровень ответственности людей за своё будущее и будущее своих детей.

Гражданское образование, информирование, дискуссии, организационная работа, приводящая к консолидации малых и средних групп, локальные акции протеста с глобальным освещением, вовлечение новых активных людей, установление контактов с бизнесом, чиновниками и силовиками (начиная от рядовых) – это лишь некоторые из действий, которые именно сейчас должны делаться наиболее ответственными и активными людьми. Кто не знает, с чего начать, может находить "центры притяжения" у себя на местности, устанавливать контакты, втягиваться в эту, общественную, по сути, работу, с тем, чтобы быть частью одного, нового белорусского общества, которое очень скоро вытеснит старую реальность, как неактуальную. Другого пути, кроме такой, гражданской, подготовительной работы – нет. Вилами танк не подобьёшь, и спонтанными акциями протеста серьёзную систему не свергнешь.

Можно возразить, мол, вся такая работа проводилась уже давно, многими людьми и организациями, а сейчас, дескать, пришёл момент активно действовать.

Я на это могу ответить лишь следующее. Все предыдущие годы белорусы жили в позе страуса: зарыв голову в песок. Ни одна работа не достигала в полной мере своих адресатов, просто потому, что большинству не была интересна: позитивная динамика роста, удовлетворение первичных амбиций и потребностей убаюкивали и расслабляли.

Сегодня для страны совершенно уникальный момент. Пусть – люди оказались до конца не готовыми решительно протестовать. Зато в обществе резко вырос спрос на альтернативную информацию, на экспертные оцени и мнения, на предложение альтернатив, на возможности для социализации, консолидации, Солидарности. Кризис не смог пока смести эту власть, но он смог разжечь у белорусов интерес к новому, потребность в переменах, искру движения поиск перспектив.

Так рождается наше новое общество: если сейчас этот спрос будет удовлетворяться, власти Лукашенко конец может придти очень скоро, уже года через два. Потому что, при такой общественной активности и заинтересованности, которую сейчас, под влиянием кризиса, демонстрируют белорусы, уже через это время в стране возникнет новая реальность, и в ней просто не будет места устаревшей недо-советской системе.

Если же мы и дальше будем уповать на то, что сможем спонтанными акциями самых просвещённых сломить режим, не втягивая в нашу орбиту непросвещённых, то это, уверен, путь к тотальному разочарованию. Большие победы начинаются с малых успехов, а сегодня малые успехи, это увеличение тиражей листовок и аудиторий сайтов, рост численности локальных групп и он-лайн сообществ, появление альтернатив и интеллектуальных дискуссий. И через эти маленькие достижения можно придти к большому успеху. А попытки с налёта взять неприступную крепость малыми силами лишь будут приводить к таянию этих и без того малых сил.

PS Движение "За Свободу!", Гражданская инициатива "Гомельский Демократический Форум", в которых я работаю в границах Гомельской области, постоянно реализует несколько проектов, направленных на повышение информированности людей, их знаний и уровня ответственности, на вовлечение новых активистов в общественную жизнь.

Если Вы, прочитав статью, согласны с автором – присоединяйтесь. Убеждён, что только так мы приблизим перемены!

Ищите меня

в Twitter: @pkuznetsoff

"ВКонтакте": id7082016

"Facebook": id=100001544978175

УРА!!! 15.08.2011

Когда-то мне довелось услышать одну из версий происхождения слова "ура". Весьма спорно, но вспомнить стоит. По одной из версий, слово "Ура!" (наверное, именно так: с большой буквы и с восклицательным знаком) с языка одного из древних плёмен, населявших наше безграничное славянское пространство, переводилось как "мясо".

Сомневаюсь, что это правда, но живо себе представляю: увидь кто-нибудь сейчас прилавки, полные мяса, в нашей стране торжествующего экономического чуда, точно мог бы с полным основание кричать "Ура!". И, да, именно так: с большой буквы и с восклицательным знаком.

Кто виноват в том, что столь нужный продукт вдруг, в одночасье, исчез с прилавков?

На обывательском уровне нам твердят: русские. Вот такая вот, восточная саранча, слетелась из своей Московии, и скупила всех наших свиней. Не всегда на экологически чистых кормах выращенных. И с криками "Ура!", небось.

Что до меня, то мне такая постановка проблемы кажется столь же инвалидной, сколь инвалидной всю жизнь казалось наше, не побоюсь этого слова, экономическое "чудо".

Я вот вспоминаю совсем недавние времена, когда в близкой и где-то родной нам Украине всё было тотально дешевле, причём дешевле – в разы. Ну, и мясо в том числе. По статистике, в то героическое время, из 1,5 млн. (примерно) жителей Гомельской области, примерно один миллион хотя бы раз в год выезжал в Чернигов на шопинг. Из всей Беларуси тоже ехали, но из Гомельской области – вот так. 2/3.

Вне зависимости от времени года, погоды и настроения ТНП, с утра в субботу и воскресенье на границах всегда были огромные очереди на выезд из Беларуси, а по вечерам – аналогичные очереди, из тех же самых машин – на въезд. В Беларусь, соответственно. Стабильно, как всё в нашей стране.

Я специально никогда не ездил, но нелёгкая частенько заносила меня в сопредельную по своим делам, и, конечно же, грех было, возвращаясь домой, не пробежаться по магазинам. Чем и пользовался.

Так вот, я почему-то не помню в новейшей истории Чернигова ни одного случая, когда бы этот небольшой город поразил тотальный дефицит хоть какого-нибудь продукта. Ну – не было такого. И басенок о "северной саранче", скупающей тушки бройлера, тоже не было. И ограничений на вывоз – не было, и нет.

Мы же столько лет гордились мощью нашего сельского хозяйства, а, как гром грянул, так и перекреститься не успели, и уже без пяти минут – голодаем. Я не знаю, если мерить эффективность сельского хозяйства способностью поглощать и проедать ресурсы, наверное, мы действительно впереди планеты всей. Проблема только в том, что задача села – не прожирать, а, как раз наоборот – кормить. Кормить, между прочим, не одних нас: не зря же Лукашенко называл сельхозпродукцию "нашей нефтью". Рассчитывал, небось, на многое...

На самом деле, социализм, хоть с человеческим лицом, хоть с нечеловеческим, всегда одерживает триумф. Но триумф этот – над собственным потребителем.

Если украинская экономика радовалась покупателям, ибо это повышало экспорт, давало стране лишние деньги и рабочие места, то такая экономика, как наша, не радуется никому. Ибо она просто не в состоянии удовлетворять спрос. Она сколько запрограммирована, столько и произведёт. Ни рогом, ни копытом больше.

И финал такого триумфа тоже – всегда один. Я вспоминаю конец СССР. Тогда в продаже не было ничего, зато на руках у населения было много денег. Потом СССР не стало, и в первые же годы товар начал появляться. Только людям он был уже не по карману. Такой вот триумф над потребителем: так, чтобы были и деньги, и товар, и всё это счастье одновременно – так просто не бывает.

Наш премьер-министр Мясникович вот говорит: решим проблему и будет мясо. И решим её, мол-де, очень просто. Потихонечку поднимем цены до уровня российских, и не будет у восточных соблазна ездить за нашим мясцом. При этом, заметили все, о повышении зарплат речи не идёт. О чём это он?

Он о том, что сейчас, как в конце 80-х, товара нет, но есть деньги. А условно завтра – товар будет, но будет по такой цене, что будешь своими деньгами слюни и слёзы утирать. И не утрёшься. Всё это мы уже видели. Для проведения прямых исторических аналогий не обязательно быть президентом-историком.

Что же теперь делать?...

Да ничего, в общем-то... Кричать: "Ура!". Мы жеж за социализм всё время голосовали... За стабильность.

УРА!!!

Монополия на добрые дела 03.08.2011

Каждый день читаю много новостей, и каждый день глаза мозолят одни и те же заголовки.

"Лукашенко подписал указ о помощи пострадавшим от теракта в метро".

"Лукашенко подписал указ о повышении пенсий".

"Лукашенко распорядился повысить кому-то там пособия"

И так далее, до бесконечности.

Подобная деятельность Александра Лукашенко, по подписанию от своего имени всех гуманных указов, с последующей пропагандистской волной – не новость. Уже давно напрашивается мысль о том, что в Беларуси существует своеобразная монополия на добрые дела. Со стороны безликого государства – когда дело касается местных дел и проблем, и со стороны лично Лукашенко – когда речь идёт о вещах национального масштаба.

Мы ещё пытаемся переубеждать пенсионеров в том, что пенсии им не Лукашенко "даёт", а они сами их за свою трудовую жизнь заработали. Но каждый день эти самые пенсионеры слышат по ТВ, что "Лукашенко подписал указ". И, при отсутствии навыков мыслить критично, человек принимает это за чистую монету: если бы не подписал, ничего бы и не было.

Уловка нехитрая, но действенная. Но проблема даже не в этом. Проблема в том, что под неё выстроена вся государственная система решения проблем. Делать что-то хорошее разрешено только безликому государству на местном уровне, и лично Александру Лукашенко – на государственном.

Такое положение дел привело к тому, что гражданское участие белорусов может выражаться только тогда, когда кто-то введёт шумную кампанию по сбору средств, например, на операцию. Если же что-то в стране, городе или регионе происходит что-то не так, гражданин это видит, то исправить – лучше и не пытаться.

Но в сутках – только 24 часа, а у Лукашенко много полномочий, но всего лишь две руки, две ноги, и одна, не побоюсь этого слова, голова. Это значит, что потенциал улучшения нашей с вами жизни – крайне ограничен. Есть некая планка, которая упирается в предел возможностей, но этот предел возможностей – не всей нации, а совсем небольшой группы лиц, возглавляемой незаконно удерживающим верховную власть, человеком. Группы лиц, которой жизненно важно выглядеть /хотя бы в собственных глазах/ лучше, умнее, грамотнее и активнее всего белорусского народа. Эдакие пастухи при неразумном стаде.

Вся страна – в заложниках амбиций этой группы лиц. Вся страна обречена всегда жить плохо. Потому, что не имеет права улучшать свою жизнь самостоятельно.

Монополия – это всегда плохо. Монополия на власть, которая существует в Беларуси – это страшно.

Но монополия на добрые дела, в которую выродилась система государственного управления нашей страны – это залог вечной нашей отсталости по всем направлениям.

Её надо разрушать. Последовательно и упорно. Мелкими шажками и локальными победами. Сажать деревья во дворе, помогать, хоть по чуть-чуть, бедным и слабым, рассказывать правду соседям о том, что происходит, и так – до бесконечности. Менять действительность, делать так, чтобы наша жизнь зависела только от нас. Пусть по чуть-чуть – капля камень точит.

Так появится новая реальность. Реальность, в которой не будет монополии малой группы людей на добрые дела. А следом за ней исчезнет даже сама возможность монополии на власть – любой группой. Охотно допускаю, что Лукашенко с его семейством уже не будет. Но только общество, нетерпимое к монополиям, способна противостоять их появлению в будущем.

И только такое, устойчивое, общество – гарантия развития и процветания белорусов в долгосрочной перспективе.

И, да: оно называется ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО.

Борьба с тюремным режимом 19.07.2011

Смешанные чувства посещают, когда обращаешься в мыслях к истории Никиты Лиховида.

Я вчера целый день занимался тем, что подтягивал наших людей, объясняя им необходимость участия во втором этапе акции Солидарности с Никитой – массовой (насколько это возможно) подаче заявок на проведение пикетов в его поддержку.

"Мы хорошо понимаем, что власти будут отказывать в 99% случаев минимум. Но это как раз та ситуация, когда подавать всё равно надо: такая заявка – как наше письмо власти, однако не просто письмо, а выражение гражданской позиции и готовности её отстаивать, законными методами, разумеется. И, хотя пикеты и запретят, но, чем больше будет заявок, тем сильнее будет сигнал властям, чтобы оставили парня в покое", – такими, или примерно такими, были вчерашние мои разъяснения активистам Движения "За Свободу!" в Гомельской области (которое инициировало кампанию) и нашим сторонникам и союзникам.

"Никто не оставит его в покое. Потому что он борется с тюремным режимом", – так прокомментировал мой месседж один из активистов. Правда, заявку всё равно написал и отправил.

Ну да... Находясь в тюрьме, Никита Лиховид борется с тюремным режимом. Впрочем, находясь на воле, он тоже боролся с тюремным режимом. Разве нет? Разве белорусская действительность – не тюремный режим? В некоторых аспектах лучше: ходить можно где угодно, например. А в некоторых – те же яйца, только в профиль.

Вот наша "администрация" придумала, какую музыку нам запретить слушать. Вот она указывает нам, куда тратить деньги, произвольно ограничивая экспорт-импорт. Вот ввела на границах КПП, и теперь я не могу, выезжая из "зоны", взять с собой столько сигарет, сколько мне надо исходя из планируемого времени поездки и моих личных нужд.

Моих личных нужд... Понимаете ли, у меня, как и у всех нас, 9 с лишним млн. жителей этой многострадальной страны, есть ЛИЧНЫЕ нужды. На свободе ЛИЧНЫЕ нужды такого порядка не ограничиваются.

20-ти летний Никита Лиховид оказался просто, по-мужски, последовательным: он боролся с тюремным режимом до суда, борется после суда... После "суда" – так правильно.

Бесконечно эта борьба продолжаться не может.

Никто из тюремщиков этого парня не имеет даже одной сотой той внутренней силы, которую имеет Никита. И тысячи – подобных ему. Они, тюремщики, отрабатывают пайку, а молодая, новая Беларусь – своё будущее.

"РЧСС": что в лоб, что по лбу – всё едино? 15.07.2011

Аналитики и политологи, по итогам вчерашней акции "Революции через социальные сети", в один голос говорят примерно следующее: "Это начало конца". Пускай разными словами, но суть остаётся одной: перспектив у кампании нет.

Долгое время в своих публикациях и комментариях я придерживался прямо противоположной точки зрения, доказывая (насколько мог – аргументировано), что движение ещё себя покажет и имеет огромный потенциал.

Однако сегодня пессимизм затронул и меня. И я попробую показать, в чём же дело.

Ещё две недели назад я писал, что формат акций надо менять, иначе движение выродится, и о нём забудут все. А кто не забудет, будет вспоминать лишь с разочарованием.

Дело просто в том, что власть нашла тактику, которая позволяет ей достаточно эффективно сбивать волну роста числа протестующих. Если коротко, то суть заключается в следующем.

Рост волны протестов в геометрической прогрессии ведёт к формированию той самой "критической массы" недовольных, которая заставляет силовые структуры воздерживаться от применения физической силы (ибо появляется неуверенность в завтрашнем дне и терзает вопрос: "А что, если я сегодня буду с ними драться, а завтра они всё равно придут к власти?"), что приводит к победе народа над диктатурой.

Однако формирование такой критической массы – вопрос не одного дня и даже не двух. Если проанализировать, как это происходило в разные времена в разных странах, то можно выделить "три кита", на которых и строится этот процесс. А именно:

– знать: люди должны знать, ЗА кого они или ПРОТИВ кого они;

– видеть: люди должны увидеть, что их много и

– верить: люди, увидев, как их много (большинство) должны поверить в то, что победа близка.

Тогда они выходят на Площадь и стоят там до конца.

Перечисленные факторы – чисто психологические, но не организационные. Скорее всего, именно из них и складывается то самое избавление от страха и неверия в свои силы, которыми поражены все общества, долгое время находившиеся под гнётом авторитаризма либо диктатуры и сохранявшие в силу этого известную пассивность.

Когда началась "Революция через социальные сети", после первых акций процесс пошёл действительно по нарастающей, и очень было похоже на то, что все перечисленные этапы избавления белорусов от психологических страхов и комплексов перед властью будут удачно пройдены.

Однако власть тоже не спала в шапку и придумала-таки противодействие.

Надо сказать, что белорусы, в большинстве своём (не менее 2/3 по последним социологическим исследованиям) уже прошли первый этап "Знать" и чётко представляют, что мешает стране развиваться: власть Александра Лукашенко. Осталось действительно воочию убедиться, что таких – большинство, поверить в свои (большинства) силы и выйти на "последний и решающий".

Сутью тактики организаторов "РЧСС" стали постоянные собрания. Надо сказать, что собрания действительно могут великолепно демонстрировать численность недовольных, укрепляя, таким образом, через визуализацию, их веру в успех и стимулируя к более решительным действиям. И в этом – одна из миссий акций протеста, и потому диктатура так решительно борется всю свою историю с митингами, шествиями и т. д.

Однако надо помнить и ёще об одной важной миссии собраний. Если на первом этапе они должны выполнять функцию визуализации количества недовольных, то, в конечном итоге, именно собрание людей – массовый выход на улицы – должно свергнуть диктатуру.

В этом, очевидно, и состоял замысел организаторов: от акции к акции протестующих должно становиться всё больше, и, в конце концов, должны пройти одна бессрочная акция, которая сметёт режим Лукашенко. Когда накопится критическая масса.

Проблема "Революции через социальные сети" в том, что власть не стала сидеть сложа руки, а взялась активно противодействовать. Она не могла применить силу массово против мирных граждан, когда они собирались на площадях – площади перекрыли. Поток людей рассеяли и расконцентрировали. Против более мелких и локальных групп стали применять тактику чрезвычайно жёстких задержаний. К чему это привело?

Это привело к тому, что исчезла видимая масса протестующих. Люди перестали ВИДЕТЬ как их много, следовательно, существенно поколебалась ВЕРА, которая только-только начала зарождаться. На акции ходит всё меньше и меньше людей, да, наверное, новых участников в течение последних двух сред уже и не было. А ряды тех, кто ходил постоянно, изрядно потрепали "сутками".

Кроме того, важно ещё и учитывать такой фактор, как психологическая усталость. Ходить на акции раз в неделю интересно, когда есть динамика, когда есть "драйв". А когда ты приходишь, а площадь перекрыта, надо искать и думать, что делать и куда идти, а, в конце концов, тебя ещё и арестовывают – это очень скоро надоедает. Смысла не видно. Если же случается такое, как в неделю с 29 июня по 6 июля, когда за 7 дней надо идти три раза (как на некоторые рабочие места, прямо), а эффект от этого всё тот же – тут и говорить не о чем.

Так неужели же власть, переиграв оппонентов тактически (создав условия, когда невозможно УВИДЕТЬ количество недовольных и, соответственно, ПОВЕРИТЬ в конечный успех), переиграла их и стратегически, нивелировав такие важные козыри, как использование новых технологий, в которых спецслужбы априори проигрывают гражданскому обществу, а также – тотальную непопулярность Лукашенко и рост протестных настроений, ростки самоорганизации?

Неужели нет и не может быть путей выхода из этого тупика?

Думаю, что есть. Но тут важно понимать суть происходящего и уметь на неё реагировать.

Если говорить о формате акции "по нарастающей", то мы видим, что постепенные и стабильные собрания, до того момента, как сформируется "критическая масса" протестующих, в этом сценарии играют одну лишь роль: мобилизационную.

Они призваны показать белорусам, что их, недовольных, большинство, и, тем самым, заставить поверить в собственные силы и в определённый момент выйти на площадь, чтобы разойтись оттуда уже при новой власти.

Последнее, самое важное собрание, может состояться даже если не будет этих предварительных, по средам, но при условии, что "критическая масса" сформируется и сама цель "Показать недовольным, как их много и заставить поверить в свои силы" будет выполнена.

Обязательно ли это может быть сделано только через регулярные собрания?

Сегодняшняя ситуация апатии большинства людей, подрыва веры в результативность еженедельных собраний, и контрмер властей, легко просчитывалась ещё на начальных этапах. Сразу после 3-го июля я, например, писал, что такие кампании надо заканчивать на пике, чтобы не доводить до разочарования и медленного удушения активности, ибо это приведёт лишь к потере сторонников и актива. В связи с этим не только я, но и многие другие думающие люди говорили о том, что формат акции надо менять.

Потому что против регулярных собраний власть нашла противоядие, и теперь они работают не на формирование "критической массы", а, наоборот – против, вызывая всё большее разочарование.

Говорили-говорили про необходимость изменения формата, и договорились... "Организаторы" решились и... "сменили" формат. Вместо одной встречи теперь в Минске проходит много встреч. Вместо встречи на одном месте в, например, Гомеле, она назначена на другое место.

Разве это – качественное изменение формата? Разве непонятно, что, если власти научились противодействовать собранию в одном месте, то точно также сделают это и в отношении собрания в другом?

Качественно менять формат надо полностью! Если встречи больше не прокатывают, учитывайте свои стратегические козыри, такие, как рассеянность и тотальность протестов, современные средства коммуникации и готовность людей протестовать без политических лозунгов (что сковывает действия власти, либо, наоборот: если не сковывает, то подталкивает действовать брутально в том числе и против случайных людей, расширяя круг недовольных) и придумывайте что-то совсем новое, к чему режим не будет готов. Но не встречи, которые легко рассеиваются!

Это может быть любое действие, которое, повторюсь, будет содействовать достижению предварительных целей: визуализировать численность недовольных и, таким образом, заставить их поверить в свои силы.

Прямо сейчас, из головы, пример: в Украине 2004 года именно такие цели были достигнуты через повальное ношение людьми оранжевого цвета. Ленточки, шарфики, предметы одежды.

Люди видели, как их много, получали заряд позитивных эмоций, встречая "оранжевых" на улицах, и с каждым днём всё больше и больше верили в свои силы.

Пусть бы это не были ленточки – приравняют к символике. Пусть бы недовольные надевали, например, зелёные майки, рубашки, свитера, джинсы. Пусть бы ходили в таких цветах, или любых других. Но на каждой улице каждый недовольный видел бы своих единомышленников, верил бы, и "зрел". Так достигалась бы визуализация, которая пришла бы на смену регулярным собраниям.

И тогда по осени, когда многие справедливо ожидают роста протестных настроений, в Беларуси было бы уже другое общество: консолидированное вокруг идеи перемен, знающая свою численность и массовость, верящее в окончательную победу!

Что, власть запретила бы продавать зелёные майки? Абсурд чистейшей воды. Смогла бы арестовать всех в зелёных майках? Ну-ну... Небось, и кого-нибудь из госорганов бы прихватили.

Это могло бы быть любое другое действие, позволяющее любому гражданину, через систему условных знаков демонстрировать всем вокруг свою гражданскую позицию. Эта система знаков могла бы быть и должна была бы быть совершенно на первый взгляд невинной. Но такие действия полностью заменили бы регулярные собрания и поставили бы власть в полнейший тупик. Из которого она бы, если бы и выбралась, то с ещё большими потерями.

Но тут самое время вернуться к тому, с чего я начинал эту статью... Необходимость сменить формат "организаторы", судя по последним действиям, восприняли чересчур линейно и упрощённо: сменили места.

Я искренне надеюсь, что разум всё же возьмёт верх, и, на место механической реализации однажды придуманного сценария по принципу "что в лоб, что по лбу – всё едино", придёт понимание происходящего, в том числе и смысла каждого действия, и соответствующая гибкость.

И тогда будет смысл продолжать эту тему.

Но пока – как есть, так есть. И это вызывает разочарование.

''Молчаливая революция'': Движение – жизнь! 05.07.2011

Прошедшие в минувшее воскресенье очередные акции "Революции через социальную сеть" оставили несколько двоякое впечатление. И уж точно – кучу вопросов и сомнений, в которых нужно было бы разобраться.

РЕВОЛЮЦИЯ ЗАХЛЕБНУЛАСЬ?

Одна из распространённых рефлексий на последние события, с которой мне приходилось сталкиваться, состоит в том, что "революция", вроде как, "захлебнулась". Если на первых акциях бросался в глаза хороший позитивный "драйв", количество участников неизменно прибавлялось, а власть явно чувствовала себя в положении статиста, не зная, что делать, то на последних сборах уже и численность не увеличивалась, и как-то акцентировано проявлять себя не удавалось, да и власть вела себя чересчур активно и агрессивно. В общем, добиться отставки Лукашенко, как заявляли организаторы, пока не получилось.

Эффективность любого мероприятия, любого действия стоит оценивать по тем целям, которые были поставлены: достигнуты они, или нет. Но белорусское общество столь долго было в состоянии летаргического застоя, что это объективный критерий явно не всегда применим.

Можно ли добиться отставки диктатора выступлениями лишь одной части общества, преимущественно – образованной, компьютеризированной молодёжи? Можно ли постоянно наращивать присутствие в условиях тотальной репрессивности и агрессии? Можно ли акцентировано проявлять себя, когда людская масса рассекается, не допускается на нормальные площадки и просто – не может собраться?

Это объективные условия, по которым в нынешнем виде "Революция" и не могла стать всенародным протестом, способным заставить Лукашенко уйти.

Однако на ситуацию можно и нужно смотреть с другой стороны.

Давно сказано и написано: молодёжь – барометр революций. Не сама революция, но барометр. Она остро улавливает все тонкости и всю специфику ситуации, и первая идёт "на баррикады". Молодёжь показывает пример, молодёжь будет массы, и молодёжь, своими первыми выступлениями, заставляет власти делать ошибки.

Разве не это мы сейчас наблюдаем в Беларуси? "Революцию" обсуждают все без исключения. Большинство тайно завидует смелости молодых, многие из тех, кто постарше, восхищаются и поддерживают. И уж точно это значит, что скоро дозреют и все остальные. Самое главное – в общество поступил важнейший сигнал, показан пример, и многие, очень многие уже готовы ему следовать. Важен лишь дальнейший импульс, хороший, позитивный и яркий. И он, не сомневаюсь, обязательно последует.

Можно говорить, что власть, сбив динамику количества протестующих, одержали победу. Однако не является ли эта победа "Пирровой"? В предыдущей статье на эту тему я писал, что все стратегические козыри в выбранном формате на руках у людей: у власти нет своего сценария, у власти нет физически людских ресурсов для синхронного подавления протестов во всех регионах страны.

Должен сказать, что все эти наблюдения оказались совершенно правильными. Власть действительно не смогла предложить своего сценария. Больше того, даже её традиционный праздник – День Республики, оказался недостаточно мощным и привлекательным, явно проиграв в сознании людей "Молчаливой революции". Власть сама лучше других понимает, в каком она положении оказалась, и поэтому логично предположила (совершенно верно), что, даже среди собравшихся на парад, большинство будут составлять недовольные. Поэтому Лукашенко произнёс речь под гробовое молчание слушателей – никто не хлопал. Диктатура поняла: если будут аплодисменты, большинство из них будут ироничные и насмешливые, поэтому лучше их вообще пресечь. Не это ли свидетельство того, что властям навязать свой сценарий так и не удалось? А, наоборот, пришлось даже на свой праздник, "наклоняться", в ущерб собственному имиджу?

Сотрудники КГБ как пытались ногами "переходить" Интернет, так и пытаются дальше, но много ли это приносит толку? Информация распространяется всё шире, всё больше людей сочувствующих протестам, и всё больше надобность перекрывать площади, чтобы не допустить национальной эскалации. Кампания, которую начали спецслужбы в Интернете, вызвала лишь насмешки людей, и пришлось прибегнуть к испытанному, но катастрофически старому методу: блокировки. Они, к слову, не помогли, так что тут власть тоже проиграла.

В предыдущей статье я отмечал, что у власти, по всей видимости, нет людских ресурсов (несмотря на то, что Беларусь – самое полицейское государство, где, по статистике, количество сотрудников правоохранительных органов превышает средний показатель по миру в 4 раза!) для подавления протестов одновременно во всех городах Беларуси. Я приводил пример Гомеля, где на одной из первых акций было лишь 8 спецназовцев и не было задержаний: такого количества просто физически мало, чтобы разбить толпу и выдёргивать людей. Предполагал, что остальные были брошены в Минск. В тот день по всей стране были задержания, кроме Гомеля. Исходя из этой логики, я прогнозировал, что в следующий раз в Минск будет отправлен спецназ из какого-то другого города, и в Гомеле задержания будут, но не будет где-то в другом месте.

3-го июля этот прогноз полностью оправдался. В Гомеле ОМОН был явно на месте и во всеоружии. По всей стране прокатились задержания. Кроме Бреста и Бобруйска. Там задержаний не было. В обоих городах есть части милицейского спецназа. Не говорит ли это о том, что брестские и бобруйские были на усилении в Минске? Точных данных нет, но можно полагать, что так и было. В итоге, некоторое послабление получили эти города. И, ещё раз в итоге: мы наблюдаем эффект "тришкиного кафтана". Власть стягивает силы в одно место – обнажается другое. И так может быть до бесконечности, но подавить все протесты у них пока нет возможности. Если волна будет нарастать – возможность и не появится.

Ну и самая катастрофическая ошибка для власти заключалась в применении силового варианта. Они, конечно, прекрасно понимали, что бросать против не идентифицирующихся протестующих строй спецназа со щитами, как это бывает на Площади, невозможно: просто будут отлуплены обычные граждане, которые сразу станут оппозиционерами. И власть придумала новую тактику: снарядила своих псов в штатское и отправила в толпу. Там, мол, смотрите, и хватайте активных.

Однако – не помогло. Наделали столько глупостей, что не только себе имидж испортили окончательно, но и, уверен, наплодили новых оппозиционеров не меньше, чем это делает Интернет. В Гомеле прогоняли с остановки бабку с клюкой, в Минске вязали прохожих с детьми на плечах, повязали брата участницы парада, который хлопал сестре, где-то ещё – дедушку с внуком, где-то ещё – внука без дедушки, и, в конце концов, вязали даже самих себя. Понять механику таких действий нетрудно: андроид в угаре, ему надо хватать, люди сопротивляются, женщины визжат, ситуация не контролируется (это же не "римским" строем людей дубинками молотить, надо ещё как-то ориентироваться), вот и хватали почём зря.

Итог таких действий понятен: в ситуации, когда невозможно отличать "своих" от "чужих", власть попыталась создать механизм эффективного реагирования, но это оказалось нереализуемым. Наступили на "мозоли" массе простых людей. Не сомневаюсь: все эти простые люди, в большинстве – ранее не знавшие толком Интернета, стали оппозиционерами. Они, их родственники, друзья и знакомые, и все, кто узнал о случившемся по слухам.

Власть попробовала выйти из ситуации цугцванга (позиция в шахматах, когда каждый последующий ход может лишь ухудшить ситуацию), но это у неё явно не получилось.

Так захлебнулась ли "Революция"? Если иметь ввиду отставку Лукашенко, то – да.

Если же смотреть на вещи объективно, то ни в коем случае! Она:

1) Разбудила людей;

2) Показала беспомощность и неэффективность репрессивных механизмов в современных условиях;

3) Активизировала провинцию (как верно заметил политолог В. Карбалевич);

4) Родила новых локальных лидеров (яркий пример: гомельчанин Руслан Устименко, которого случайно задержали на одной из первых акций, оштрафовали, после чего он стал известным и уважаемым среди молодёжи в регионе, не сбавил активности. Сейчас, правда, "на сутках", но ведь выйдет же!)

Разве этого мало??? Это – целый плацдарм! Это – барометр. Барометр настоящей революции...

РЕВОЛЮЦИЯ СЛУЧИЛАСЬ!

В результате всех этих акция, я бы даже сказал, что, в каком-то смысле, революция всё же состоялась.

Революция в умах людей. И ещё: революция в отношениях власти и народа.

Подавив аплодисменты силой, власть сама загнала себя в страшную ловушку.

Аплодисменты – символ благодарности, одобрения, радости и счастья! Но теперь Лукашенко выступает и не получает от публики ни первого, ни второго, ни третьего, ни четвёртого! Люди не радуются ему, не благодарят, не одобряют. Те, кто одобряет – их единицы, и голос их власть уже не берёт в расчёт. Для неё стало главным подавить радость и счастье людей, которые предчувствуют перемены!

И власть оказывается действительно вне социума: можно говорить сколь угодно речей, но тебе не будут аплодировать, или будут это делать иронично. Можно распинаться и обещать, но одобрять будет только проверенная публика. Делай что угодно, но – моральная изоляция!

Аплодисменты могли бы стать символом перемен в нашей стране! Да, именно аплодисменты, как выражение радости и счастья, благодарности и одобрения. Счастья от предвкушения Свободы и Перемен. Одобрения друг друга. Благодарности друг другу за поддержку, и за то, что все мы – есть, и что все мы хотим одного и того же!

Хорошо бы было, чтобы аплодисменты звучали теперь именно в таком качестве на каждой акции протеста, на каждом застолье или встрече единомышленников, на оппозиционном собрании или просто в очереди у обменника! Звучали как символ близких перемен, как позитивная альтернатива: счастье в противовес тупой агрессии!

И, став народным символом перемен, аплодисменты уже стали бы недопустимыми для демонстраций официоза: разве можно по БТ показывать аплодисменты, если именно так выражают свою гражданскую позицию недовольные???

И пусть Лукашенко выступает в безмолвных аудиториях, пусть Ярмоленко поёт "Слухай батьку" под гробовое молчание зала – пусть они и дальше борются с аплодисментами, и это станет лучшей иллюстрацией их места в новой реальности, в новой Беларуси! Той Беларуси, которая хочет перемен!

А новая реальность неминуемо вытеснит старую, просто как неактуальную, негодную, ненужную, устаревшую.

Разве всё это – не революция?

Разве это – не революция в наших головах?

Разве это не революция в общественных отношениях? Разве не меняются таким образом власть и недовольные местами? Разве можно после этого надеяться, что прошедшие события канут в Лету?...

ДВИЖЕНИЕ ЖИЗНЬ

Правда, можно: (Можно быть уверенными, что, при определённых условиях все последние события не оставят значимого следа в жизни белорусов.

Давайте зафиксируем стратегические достижения "Революции":

- формат и механизмы реализации не позволяют власти применять свои сценарии и манипулировать кампанией, поворачивая её в свою пользу;

- у власти нет возможности манипулировать общественным мнением – не владеет инструментами, скатывается до примитивных блокировок, которые неэффективны;

- власть не имеет возможности для силового подавления протестов, а те методы, которые она использует, приводят к росту протестов среди сторонних людей, ранее к движению не относящихся.

Всё это, безусловно, огромные плюсы.

Но необходимо отметить, что с тактической точки зрения, власть нашла сиюминутное спасение.

Применяемая методика закрытия площадей, блокировки подходов к ней привела к "размыванию" протестной массы, невозможности собраться и проявить себя акцентировано.

Я думаю, что это – один из факторов (а их, конечно же, несколько), почему динамика прироста протестующих фактически сошла на нет. Теперь ведь просто непонятно: куда ходить? Что там делать? Куда идти?

Власть, не имея возможности противостоять стратегически (сценарий, инструменты, реагирование), тем не менее, нашла тактический ключик к тому, чтобы постепенно вывести "молчаливые протесты" из "моды". Что называется, сбить людей с панталыку, вызвать растерянность, разочарование.

Я уверен: если в формате ничего не изменится (с сохранением основных стратегических преимуществ, естественно), то "Революцию" ждёт вырождение: люди просто перестанут туда ходить. Такие акции надо заканчивать на "пике", когда люди на подъёме, воодушевлены и хотят дальнейшей /успешной/ деятельности. Если не предложить качественно новых шагов, то старый формат после "пика" начинает приедаться и вырождаться, да и просто – надоедать.

Одновременно к нему полностью приспосабливается власть, потихонечку принимая контрмеры, используя "тактику мелкого фола", и, в конце концов, волна сходит "на нет".

Что-то подобное было в 2006 году, когда после выборов прокатилась волна флэш-мобов, поначалу воспринятая молодёжью с большим энтузиазмом. Однако определённое время она не эволюционировала качественно. Власть же приспосабливалась и потихонечку, как умлеа, реагировала. В итоге волна "сдулась".

Можно ожидать, что такое может случиться и с "Революцией", а можно даже говорить, что тенденция уже налицо (основной формат уже практически не притягивает новых людей), если не будет качественных новых предложений.

В этом случае – да... В конце концов может случиться "пшик".

Но, опять же, позитивная уникальность "Революции" в том, что она практически не подвержена манипуляциям со стороны спецслужб. Поэтому её судьба – в её руках. В руках организаторов, и в руках всех тех местных лидеров, которые проявились.

Самое главное, всегда помнить: ДВИЖЕНИЕ – ЖИЗНЬ!

''Революция через социальную сеть'': власть – статист? 23.06.2011

Кампания (назову это именно так, потому что формат "акции" уже явно остался в прошлом: теперь это именно кампания, как серия взаимосвязанных мероприятий) "Революция через социальные сети" в самом разгаре. Ещё много встреч, подобных вчерашней, предстоят.

Однако уже сейчас видны некоторые тенденции, о которых хотелось бы сказать. И говорить о них необходимо, потому что кампания создаёт в Беларуси качественно новую ситуацию, которой не было все 17 лет правления Лукашенко: политическая инициатива, наконец-то, реально перешла к оппонентам режима. Собственно говоря, к главному его оппоненту: к народу.

Поразительно, но факт: хотели того организаторы или нет, но формат их "Революции" включает в себя практически все те важнейшие стратегические компоненты, которых чрезвычайно не хватало традиционной оппозиции при организации своих мероприятий и акций.

Что это за компоненты, как они влияют на процесс и какие имеют перспективы? Попробую пояснить.



У ВЛАСТИ НЕТ И НЕ МОЖЕТ БЫТЬ СВОЕГО СЦЕНАРИЯ


Сегодня нет никаких оснований сомневаться, что все последние политические кампании, проходящие по календарю, власть режиссировала по собственному сценарию. Собственно говоря, самый яркий пример: площадь – 2010. Даже говоря о "развязке" в памяти всплывает слишком много моментов, позволяющих утверждать, что оппозиционные силы на ней были лишь статистами. Если же анализировать весь предвыборный период (а предстоящая избирательная кампания, как известно, начинается на следующий день после завершения предыдущей), то есть, примерно с 2007 года, то налицо все признаки манипуляций: и дискредитация наиболее неугодных фигур, содействие "правильной" расстановке сил, вывод силами спецслужб и денег на ведущие роли своих людей, и, в итоге, реализация вожделенного сценария.

Однако в случае с "Молчаливой революцией" власть поставлена в совершенно иные условия. Здесь нет её сценария, и, в принципе, не может быть. Протест возник, по сути, спонтанно, не "по календарю", к нему не было возможности подготовиться. Выраженных лидеров нет, есть организаторы. На их команду практически невозможно влиять (как представляется сегодня) по ряду объективных причин. А протестующие – сам народ. Весь народ агентами влияния не нашпигуешь. Да и линии чёткой, которую могли бы проводить сегодня эти агенты, просто нет. Опять же, не было календарной даты, к которой был бы разработан манипулятивный сценарий.

Сам по себе формат "Революции" таков, что не позволяет реагировать на него одним из традиционных, разработанных на все случаи жизни и шаблонных алгоритмов поведения. Например, брутальный разгон с избиениями. Можно ли бросить спецназ избивать всех подряд в центре города? Теоретически можно, конечно, но это будет означать начало войны против собственного народа, а не "оппозиционно настроенных граждан": кто его знает, сколько "своих" будет задето, и что завтра эти бывшие "свои" выкинут в ответ?

Поэтому власть оказывается сегодня в положении статиста. Из всех политических кампаний и ситуаций она привыкла извлекать свою выгоду. Но в данном случае не только выгоду извлечь невозможно, непонятно даже просто: как это остановить, пресечь, запретить, в конце концов?



"АТАКА ВЕЕРОМ"


Как представитель регионов (живу в Гомеле и работаю, в основном, на Гомельскую область), я неоднократно писал и говорил в различных аудиториях о том, что провести успешную национальную кампанию невозможно, сосредотачивая всю активность в Минске. Минск, конечно, столица и всё такое, однако он – столица целой страны. Страны, что немаловажно, достаточно компактной.

После 19 декабря 2010 года политолог Суздальцев писал, что в таких условиях сверхзадача для диктатуры состоит в том, чтобы собрать всех недовольных в одном месте, зафиксировать, и, впоследствии, чётко представлять себе все очаги недовольства и активности в обществе. Чтобы пресекать, вести превентивную работу, давить на корню.

Не поэтому ли, кстати, появились догадки о том, что власть всеми силами (косвенно, конечно, не могла же она делать это напрямую) способствовала "раскрутке" идеи Площади? Невозможно утверждать, но предостаточно оснований ПРЕДПОЛАГАТЬ, что так и было. Достаточно лишь вспомнить о том, как Лукашенко имитировал свой страх перед площадью, буквально скандируя: "Плошча! Плошча!". Уж очень это было похоже на простенькую хитрость в стиле Братца Кролика: "Делай со мной, что хочешь, только не бросай меня в терновый куст!".

А картинка, взбудоражившая весь байнет днём 19-го декабря? Власть неожиданно привезла на Октябрьскую площадь биотуалеты и даже их начала устанавливать. После того, как в 2006-м коммунальщики заваривали канализационные люки, чтобы протестующие не могли оправиться и бегали во дворы (где их поджидал ОМОН), это выглядело и вовсе приманкой: "Силового сценария не будет".

Хочется сказать ещё об одном моменте. Власть очень долго готовилась к Площади, и, безусловно, она прошла по её сценарию: народ пошёл туда, куда позвали провокаторы. Провокаторы там же били стёкла, и там же, на площади Независимости, которая является, по сути, каменным мешком, были сосредоточены основные силы спецназа для разгона. Сидели по автозакам и автобусам сутки: без еды и туалета (в презерватив): точь-в-точь, как собак злят перед охотой. Значит, охоту эту кто-то так и планировал, значит, именно так и было задумано.

Спецназ, стянутый на "охоту", на разгон со всей страны. И одна Площадь на всю страну. Не похоже ли это на специально продуманную операцию "прививка против протестов": собрать всех в одном месте (недовольных и силовиков), и "дать по башке" недовольным. "Выбить дурь". Чтоб больше не совались. Чтобы надолго запомнили. А заодно и переписать...

Так это задумывалось или не так, историки, после открытия архивов, разберутся. Однако налицо один важный факт: для того, чтобы максимально эффективно подавить протесты, надо столкнуть лбами всех протестующих со всеми (подготовленными, экипированными) имеющимися в распоряжении силовиками. Специально или нет, но так и случилось на Площади-2010.

К чему я это всё? А вот к чему.

"Революция через социальную сеть" имеет ещё и то неоспоримое преимущество, что она не позволяет власти концентрировать все свои силовые ресурсы на одном направлении. Если происходит традиционная акция оппозиции в Минске, туда свозят спецназ со всей республики. Если протесты будут проходить во всех городах, то Минск вынужден будет довольствоваться своим ОМОНом, Брест – своим, Гродно – своим, а, например, Вилейка – и вовсе своими ППС да участковыми.

И пускай сегодня ещё этих сил на местах хватает. Но если через месяц людей будет выходить уже в несколько раз больше, то для растянутой по всей стране милиции станет просто невозможно проводить массовые задержания: сил на местах, чтобы рассекать толпу, изолировать отдельные очаги и проводить задержания, не будет хватать.

Очень, кстати, интересный момент. Вот вчера по всей стране проходили задержания, а в Гомеле – нет. Будучи на акции, я насчитал всего 8 спецназовцев, расхаживающих взад-вперёд. Те, кто пришёл раньше, говорили: сначала они цеплялись к людям, пока их было мало, но когда собралась толпа, перестали. Это стало невозможным и бессмысленным.

Очень показательный пример в этом контексте – уже почти традиционное задержание на пути к площади меня. Неделю назад меня "тормознули" на проспекте Ленина и доставили в уголовный розыск. Но тогда я шёл пешком: задержание проводила милиция, ту всё было проще. Вчера было намного веселее: ехали на машине. ГАИ машину остановило и тут же по рации кому-то доложили: "Машина N... задержана", после чего приступили к проверке документов.

"Прикол" ситуации заключался в том, что останавливала нас именно ГАИ, а я был в машине – пассажир. Гаишников, по долгу службы, уж так повелось (тем более, я так понял, о сути операции их не оповестили), интересует именно водитель. Пока они проверяли у него документы, я вышел из машины и спокойно дошёл до площади. Они на меня даже внимания не обращали. А потом, как рассказал мне водитель, прибежали уже менты: "Где пассажир?". Нет пассажира...

Это, по-моему, очень красноречивый пример: чтобы удержать ситуацию уже даже сейчас не хватает тех людей, которые эту ситуацию (с их стороны) знают и понимают. Приходится прибегать к помощи ГАИ, например, которое может допускать такие "ляпы". А к каждому посту ГАИ по "знающему" человеку приставить – уже "знающих" не хватает...

Не означает ли это, что основная масса гомельских "профильных" силовиков (включая ОМОН) вчера была в Минске, на, так сказать, "усилении"? Вполне может быть. Если так, то в следующую среду мы, скорее всего, увидим задержания в Гомеле, но не увидим в каком-нибудь другом областном центре, например, в Бресте или Могилёве: тамошние спецназовцы будут в Минске.

Власть вынуждена будет, что называется, "оголять" тылы. Это похоже на Тришкин кафтан: тут зашили – там прохудилось. И, когда людей на акциях станет критически много, ситуация просто выйдет из-под контроля и силовики окажутся не силах (такой вот парадокс), на неё влиять.

"Когда людей на акциях станет критически много". Хочу сказать, что именно благодаря такой стратегии (максимальное расширение географии, как разворачивание линии фронта с целью растянуть ограниченные силы противника) их и может стать "критически много".

Если объявлять национальную акцию в столице, то количество приезжих на ней вряд ли когда-нибудь превысит 10%, по крайней мере, в первый день. Потому что власти могут закрыть Минск, ограничить железнодорожные перевозки. У людей есть свои дела, может быть недостаточно финансов – да куча причин. И, в конечном итоге, удачное начало (первый день) революции целиком зависит от минчан: сколько их соберётся. Но звать туда регионалов, это значит "отсекать" их протестный потенциал. Максимум, использовать 10%.

Если же каждый сможет протестовать в своём городе, то число протестующих, соответственно, вырастает в разы, начинается цепная реакция, и у власти не хватает силовых ресурсов для удержания ситуации под своим контролем.

Поэтому, если коротко, то вывод таков: максимальная география протестов – хотя и банальный, но впервые применённый в борьбе с Лукашенко стратегический ход, является чрезвычайно важным, эффективным и перспективным.

"С ВИЛАМИ НА ТАНК"

Наряду со стратегической слабостью власти в сегодняшней ситуации (отсутствие своего сценария), мы можем сейчас наблюдать ещё одну важную тенденцию: перед новыми инструментами общественных отношений, такими, как социальные сети, власти оказываются совершенно безоружными.

Традиционная стратегия любой диктатуры состоит в том, чтобы "разделять и властвовать". Каждый человек, если он один, и не общается с единомышленниками, не знает, как их много, слаб. Это азбука. И, когда все социальные связи ограничивались общественными организациями, СМИ и политическими партиями, властям было очень легко регулировать этот процесс.

А вот за глобализацией таких отношений и за последовавшей социализацией граждан через новые технологии власти уже совершенно не успели. И сегодня их попытки противостоять народному сопротивлению напоминают попытки вилами остановить танк: адекватных инструментов в руках у них нет.

Опять же, из личного опыта, приведу простейший пример. Две акции подряд (прошлую и вчерашнюю) местные силовые службы предпринимают попытки не допустить меня, как местного оппозиционного активиста, на площадь. В прошлую среду задержали, в этот раз сорвалось – ГАИ "недоработало". Но важно не это. Важен сам факт: как власти пытаются пресечь общественную активность.

Выглядит, предполагаю, это примерно следующим образом. Собрались в кабинетах чины: что делать? Уставились в список местных оппозиционеров: так, кто у нас тут из "отмоорозков" в социальных сетях активничает? Ах, вот этот: его задержать, и, глядишь, утрясётся!

Ан нет, не утрясётся. Даже если они и понимают, что суть народных протестов не в том, что есть "дурно влияющая оппозиция", а в том, что, во-первых, достало, и, во-вторых, появились инструменты, которые позволяют обходиться без вожаков (по крайней мере, в такой ситуации), они ничего не могут сделать: влиять на умы людей через новые возможности они просто не умеют.

Или другой пример их "активности": кого засняли на видео на акции, опознали, к тому приходят, начинают пугать, мол, не ходи! Да ладно, ну запугают сегодня того, кто был вчера на площади, но ведь в следующий раз придёт на его место с десяток новых! КГБ хочет ногами своих сотрудников обогнать общение людей через всемирную сеть? Интересно, надолго ли хватит их энтузиазма?...

***

Подытоживая всё вышесказанное, могу сказать следующее. После нескольких подряд проведённых акция в формате кампании "Революция через социальные сети" стали очевидными некоторые, чрезвычайно важные стратегические моменты.

Во-первых, власть к такому повороту событий не готова, не способна предложить (навязать?) свой сценарий, и поэтому находится в прострации, до сих пор не определившись со своей линией поведения. Это даёт обществу время на "раскачку" и приводит в народное движение всё больше людей.

Во-вторых, власть явно не обладает достаточными физическими ресурсами для подавления движения в масштабах всей страны, и это тоже – стратегический козырь недовольного народа.

И, в-третьих, используя современные средства коммуникации и социализации, организаторы акции поставили власть и спецслужбы в положение заранее проигрывающих: невозможно ногами сотрудников КГБ опередить молниеносное информационное воздействие Интернета.

Я далёк от эйфории и чрезвычайного оптимизма. И написанное вовсе не означает, что "Очень скоро всё станет ОК, власть рухнет сама". Потому что, и это надо понимать, у власти есть и свои козыри в рукавах.

И самый главный козырь в том, что, при определённых условиях, время будет работать на них. Если у зародившегося движения Сопротивления в какой-то момент затормозится динамика, не появится новых качественных предложений (а что делать после 3-го июля, если что-то не получится? – как пример), то могут появиться разочаровавшиеся, потом участие начнёт выходить из "моды" (а чего ходить, если толку опять нет?) и всё сойдёт на нет.

Но это – лишь возможные сценарии.

Сегодня инициатива на стороне людей. Власть имеет несколько серьёзных "пробоин" в своей линии обороны. А "Революция" – немало стратегических преимуществ.

И, как в любой борьбе, стоит видеть эти слабости и преимущества, и учитывать их, планируя дальнейшую деятельность.


Страницы: Пред. 1 ... 3 4 5 6 7 След.
Читать другие новости

Пётр Кузнецов

Внимание! Материалы в разделе «Блоги» отражают исключительно точку зрения автора. Точка зрения редакции «Белорусского партизана» может не совпадать с точкой зрения автора. Редакция не модерирует и следовательно, не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя.