Только не под одну гребенку! 24.02.2015 3

Мой друг Виктор Мартинович -- может быть, одно из самых ярких явлений современной культурной жизни Беларуси -- написал, что он не хочет быть в одной литературе с Прилепиным.
Я его хорошо понимаю. Очень трудно быть в одной литературе с апологетом явно несправедливой войны, каковой я считаю -- и Виктор Валерьевич тоже -- ту подловато прикрываемую войну, которую Россия ведет против Украины.
Мне проще. Я не писатель. Я историк литературы. Я не пишу о современности. Я пишу о прошлому почти двухсотлетней давности, где есть свои герои и свои антигерои. И время от времени они в сознании последующих поколений меняются местами. Может быть, потому, что история тоже политически заострена, и новое поколение читателей непременно рассматривает ее сквозь призму собственного болезненного опыта. Я когда-то тоже помечал на полях первого тома "Социалистической истории французской революции" Жореса: "Лигачев. Ельцин. Собчак". Речи иногда совпадали полностью -- только замените короля на Политбюро, а Неккера на Шаталина.
Мне проще потому как раз, что я почти не пишу о современности. О своей личной современности -- да, но это другое. Потому и современную русскую литературу знаю плохо. Однако знаю, что в ней есть не только Прилепин, Проханов, Шаргунов и Юнна Мориц (увы, и она там тоже). Но там -- и Улицкая, Битов, Громова, Водолазкин, Шишкин. Простите, что не продолжаю этот список -- но его можно продолжать так же, как и первый: велика Россия, всеобщая грамотность превратилась в поголовное бедствие, и даже в Тульской губернии количество писателей на душу населения значительно выше, чем до революции.
Мне проще еще и потому, что мои коллеги -- литературоведы и историки, чьим мнением я дорожу и у кого продолжаю учиться в свои пятьдесят лет, -- находятся сейчас со мной по одну сторону баррикад. Я вижу это по их записям, репостам, комментариям. Но я знаю, что даже среди тех, с кем я знаком и встречаюсь и оффлайн, и онлайн, есть люди, придерживающиеся иной точки зрения.
Виктор Валерьевич пишет, что не хочет быть в одной литературе с Прилепиным, Прохановым и Шаргуновым. Это его право. Но парадокс в том, что мы все в ней. Мы все -- часть общемирового культурного процесса. Прилепина, Проханова, Шаргунова переводят, книги их читают на Западе, и на конференциях в демократической натовской Польше время от времени я слушаю научные доклады, посвященные их творчеству. Творчеству -- а не политической позиции. Это важно.
Я не читал Прилепина, Проханова и Шаргунова. Современных писателей я читаю тогда, когда меня перестают доставать вопросами о моем к ним отношении. Как и фильмы смотрю с большим опозданием. Но мне хотелось бы одного. Хотелось бы, чтобы бесспорно культурные люди чувствовали ту грань, за которой неприятие политической позиции части культурного истеблишмента перерастает в ненависть к культуре целого народа. Нельзя путать, если говорить о русской литературе второй половины ХХ века, например, Анатолия Софронова с Борисом Слуцким и Булатом Окуджавой, а Семена Бабаевского с Юрием Трифоновым и Василием Шукшиным. Вернее, нужно помнить, что есть и те, и другие, и не обманываться, стараясь причесать всех под одну гребенку и потом удивляясь, что вихры торчат, а лысины поцарапаны.
А публицистику современных русских авторов я тоже стараюсь не читать. Хватает ФейсБука

ПРАВО ВЫБОРА ОТВЕТА 31.08.2014 9

Лента ФейсБука полна разными сообщениями, как и другие сайты. Под ними разные комментарии. Кто-то непременно желает зла своим оппонентам. У одних враги – «колорады», у других – «хунта». Так сложилось, что у меня есть личные друзья в обоих лагерях. Мы договорились, что мы не комментируем позиций друг друга по «украинскому вопросу». Жизнь – длительный процесс, и поссориться из-за того, что ты считаешь все-таки «чужой войной», не хочется. Но один из моих друзей, уехавший в Россию еще в советские времена учиться, женившийся там и обрусевший, вдруг задал мне вопрос: как относиться к этой войне? Его младший сын может пойти в армию или осенью, или весной. И до этого момента никаких вопросов у него не возникало. Сам мой друг – сын и внук профессиональных военнослужащих, сейчас – инженер на крупном «оборонном» предприятии. И Ленька в армию пойдет, чтобы выполнить свой долг. Вопрос-то возник после репортажей с похорон псковских десантников. Если уж война отнимет у тебя сына (а всякое может быть), то хорошо хотя бы относиться к его смерти как к подвигу. А не как к постыдному факту, который приходится скрывать от народа под табличкой «солдат № 9». Ответы давать Юрке (так зовут моего друга) я не берусь. Как и советы. Могу лишь поделиться собственными оценками. «Киевская хунта» провожает своих солдат как героев и встречает их как героев, живых и мертвых. Сами солдаты точно знают, что идут на смерть – за единство и суверенитет своей родной Украины, за ее независимость и целостность. Матери знают, где воюют их сыновья, и если они не согласны с тем, как долго идет эта война, они становятся пикетом у правительственных и других административных учреждений, выходят на экран телевизора, добиваются приема министра обороны и президента. И с ними встречаются и разговаривают. «Всенародно поддерживаемая и уважаемая российская власть» провожает своих солдат тайком, отбирая у них средства связи и документы. Хоронит под анонимными табличками, делая вид, что не знает их имен и не считает их подвигом. Сами солдаты, стыдливо опуская глаза, говорят, что не знали, куда их посылают и зачем, что думали, будто едут на учения, что заблудились. Матерей, осмелившихся потребовать у государства информации, где и за что воюют их сыновья, обвиняют в финансировании извне и предают публичному шельмованию с телеэкрана и в интернете. «Киевская хунта» ежедневно проводит брифинги уполномоченных лиц, рассказывающих публично о передвижениях своих войск и даже иногда говорит правду о собственных потерях, что вообще-то не слишком свойственно хунтам. «Всенародно поддерживаемая и уважаемая российская власть» свято верит, что ее солдаты погибли на учениях, что они заблудились, что они утонули, что их нет, не было и не будет на территории чужой страны, которая еще совсем недавно считалась братской, и «хунта» которой до сих пор не послала ни одного своего солдата на чужую – еще недавно братскую – территорию. И данные о потерях ее солдат засекречены, поскольку войны нет, не было и не будет. «Киевская хунта» публично объявляет о задержании пособников врага, о том, что конкретно им инкриминируется и даже предоставляет адвокатов. «Всенародно поддерживаемая и уважаемая российская власть» предоставляет хорошо оплачиваемому «гражданскому обществу» заниматься публичным шельмованием людей, которые высказывают иную точку зрения, а также, по слухам, занимается уничтожением собственных пособников, которые почему-либо могут ее скомпрометировать в глазах той части мирового сообщества, которое поддерживает «киевскую хунту» и против которой «всенародно поддерживаемая и уважаемая российская власть» ввела санкции. Как-то так…

… МАЛЫЯ И БЕЛЫЯ РУСИ? 25.06.2014 6

Только не пишите, что Федута заболел конспирологией. Я всего лишь излагаю версию – как оно может быть. А может быть и по-другому. Но от этого не становится менее грустно.
Совет Федерации Федерального собрания РФ отменил решение, согласно которому Владимир Путин получал право ввода войск на территорию Украины по своему единоличному решению. Эту «страшилку» отменили вовсе не потому, что такое право было дано еще президенту Дмитрию Медведеву, и его никто не отменял. Просто начал реализовываться тот план «Б», о котором Путин не говорил. Петр Порошенко говорил о своем плане «Б», но очевидно, что у глав России и Украины планы принципиально разные.На переговорах в Донецке появился Владимир Медведчук – умный и волевой человек, не первый день занимающийся украинской политикой. Но главное: Путин может ему доверять, поскольку без Путина и без российской поддержки Медведчук уходит в политическое небытие уже навсегда. А сейчас, если ему удастся «выторговать» то, на что и так согласен официальный Киев, он становится фактически вторым человеком в Украине после Порошенко. Вторым – не по влиянию на государственный аппарат, но по контролируемой территории.
Отвоевать осталось немного. Признание Киевом русского языка языком региональным, расширение прав регионов в части административной (назначение руководителей местной милиции и прокуратуры) и экономической (распоряжение бюджетом в части, обеспечиваемой без центральных дотаций. Все. Но Киев это готов был отдать уже и без Медведчука.
Но нужен именно Медведчук. Путин ему доверяет. Они – кумовья. И электоральный рейтинг Медведчука ровно такой же, какой был у крымского «премьера» Сергея Аксенова. В пределах статистической погрешности. Без Путина. Путин – та единица, которая превращает нуль в десятку. Он будет держаться за Путина обеими руками – чего не слишком хотел Виктор Янукович, собственным рейтингом все-таки обладавший.
Медведчук становится полномочным представителем Путина в Малороссии. Не в Новороссии – это фантом, существующий разве что в воспаленном мозгу Гиркина и Губарева. А вот Малороссия существует в реальности. Это – та часть Украины, которая не хочет быть Украиной, не верит в самодостаточность своей страны и предпочитает стать окраиной Великороссии. Помните, был титул русских царей – «Всея Великия, Малыя и Белыя Руси»? Медведчук, полпред Путина, становится точкой притяжения для малороссов. К бывшему главе Администрации президента Леонида Кучмы потянется и часть бизнеса, и часть номенклатуры, и коррумпированные силовики. Он – такой, как они. Он – из имперского прошлого. Умный, говорливый (все-таки профессиональный адвокат), денационализированный. Он понятен и комфортен. Теперь его партия попадет в парламент. Особенно – если учесть, что на вовлечении Медведчука в переговорный процесс, оказывается, настаивала сама Ангела Меркель. Можно предположить, что это и было условием, на котором Путин соглашался встретиться с Петром Порошенко в Нормандии. Условием мира, который миром не будет.
Путин обнажил схему, по которой он, вероятно, будет действовать и в нашем случае. Если он получает Малую Русь, зачем отказываться от Белой Руси? Лукашенко слишком энергичен, хочет играть собственную игру. Да, он сидит на «нефтяной игле», он зависит от дешевого газа. Но лучше и его «подвесить».
Сделать это очень просто. Нужно всего лишь вернуть в Беларусь кого-либо из тех, с кем Путин знаком лично. Под гарантии безопасности. Список таких людей достаточно широк – Урал Латыпов, Владимир Наумов, наконец, уже и вовсе забытый Владимир Мацкевич, бывший посол Беларуси в Белграде, с которым Путин знаком еще как с председателем КГБ РБ. Чем не кандидаты в премьер-министры? Кстати, и действующий премьер тоже вполне подходит в категорию лиц, кому Путин доверяет полностью.
Это можно было сделать давно. Но тогда Лукашенко колебался в пределах дозволенной амплитуды. После выборов 2010 года, казалось, амплитуда эта резко сузилась. Но в «украинском вопросе» противоречие оказалось слишком серьезным. Уговаривать бессмысленно: даже получив требуемые объемы нефти, «бульбатька» не согласился ввести санкции против мятежного Киева. Вводить войска на территорию Беларуси – слишком очевидная агрессия против субъекта так называемого «Союзного государства», члена ООН и т.д. Это не Крым. Это слишком близко к территории НАТО.
Можно, конечно, поверить Лукашенко в том, что он – не Янукович и не сбежит. Но, во-первых, от Януковича тоже никто не ждал, что тот сбежит. А, во-вторых, Лукашенко как раз, возможно, и останется на своем месте, но при этом выполнит требование по институционализации «пятой колонны», получающей указания от Москвы. И вот тогда власть в Беларуси переходит под контроль Кремля предельно просто – Россия поддержит требования Запада сменить систему выборов в парламент на пропорциональную. А уж там сработает принцип Муравьева-Виленского. Помните, граф говорил: «Чего не сделает русский штык, сделают русский учитель и русский поп». Замените учителя телевизором, и вы увидите, что схема уже начала реализовываться на практике.        
А об интернет-троллях, обеспечивающих своими комментариями нужный информационно-эмоциональный фон, позаботится светлая голова – Всеволод Вячеславович Янчевский, бывший член «Славянского Собора Белая Русь». Человек современный и пользующийся доверием. Заметалин, когда-то отстаивавший в беседах с российскими журналистами право Беларуси принимать суверенные решения, может спать спокойно: его дело в надежных руках.

Памяти Черномырдина 11.06.2014 3

Я не собирался комментировать текст Игоря Драко, поскольку его провокативность слишком очевидна. Белорусский демократ, обсуждающий выгоды от возможного раздела Украины -- чем не повод продержаться в топ-новостях "страны, где ничего не происходит", хотя бы дней пять. Тем более, что нашлись те, кто на провокацию клюнули, обсуждать начали, а значит PR-задача, которую поставил перед собой Игорь Станиславович, решена. И вот то, что нашлись и клюнули, заставляет комментарий все-таки сделать.

Не уверен, что Игорь Драко хочет раздела Украины, а теоретически обсуждать такой вариант, к сожалению, приходится. Не ровен час, завтра во Львове, Ивано-Франковске, Тернополе раздастся шум: почему мы должны посылать наших сыновей гибнуть в Донбасс? И сепаратистские настроения поднимутся и там. Всяко возможно, сами понимаете.

Но политик -- а Игорь Станиславович позиционируется сейчас не столько в качестве аналитика, сколько в качестве политика, на что и обратила внимание перепечатавшая его текст "Наша Нiва" -- базар фильтровать все-таки должен. Негоже активисту демократической структуры,лидер которой уже неоднократно публично выступал исключительно за целостность Украины, идти поперек батьки в пекло. Нужно думать и о последствиях не только для себя. А то один выступит за смертную казнь, другой -- за расчленение братского государства, третий и вовсе договорится до необходимости взрыва атомной бомбы в центре Минска, чтобы уж точно ликвидировать диктатуру... Такое может говорить начальник штаба кандидата, который сидит в Праге и ни на что претендовать уже не может и, вероятно, не собирается. В нашем случае опубликованный текст выглядит, скорее, как невольная подстава. "Хотели как лучше, а получилось -- как всегда," -- говаривал незабвенный ЧВС.

Не надо бы...

О двойных стандартах 04.06.2014 3

Тут Александра Лукашенко пригласили на инаугурацию Петра Порошенко -- избранного президента Украины.

Просил бы коллег решить для себя, чего они больше хотят -- или, наоборот, не хотят -- поездки этой самой или же непоездки.

Не поедет Лукашенко в Киев -- начнут пинать его ногами: мол, вот же ж, гад, пошел опять на поводу у агрессора Путина, не использовал шанс укрепить суверенитет страны.

Поедет -- начнут пинать ногами уже Порошенко: якшается, дескать, с последним диктатором Европы.

Вот интересно: а можно будет написать об этом событии -- об инаугурации Порошенко П.А. -- без упоминания Лукашенко А.Г.? Понятно, что страшнее кошки зверя нет, что Беларусь -- родина слонов и центр Европы, а Лукашенко -- так и вовсе пуп земли. Но вот можно о нем не писать? Все равно ведь выбор небольшой: поедет или не поедет. И все комментарии, по существу, сведутся к тому, о чем я сказал в предыдущих абзацах. Причем все мы знаем, кто именно и что именно скажет.

Как скажут и о встречах АГЛ в Киеве в случае, если поедет. Встретится с Грибаускайте: ааааа, сволочь она, как и вся Европа, забыла о политзаключенных! Не встретится с Грибаускайте: ааааа, вот ведь, даже ближайшие соседи с ним не хотят разговаривать! Тоже небольшой выбор.

Ну, и наиболее глубокомысленные начнут муссировать, скоро ли Лукашенко окончательно сдаст суверенитет Беларуси Путину, либо удастся ли ему опять обмануть старую дуру Европу.

Скучно. Ничего нового.

Так, может быть, помолчим?

Еще раз о символике 20.04.2014 11

Я тут на сайте "Белорусский партизан" прочел текст о силе георгиевской ленточки, принадлежащий перу Вячеслава Дианова.

Спорить с ним я не буду, поскольку каждый из нас сам свой выбор совершает и сам за него отвечает. В том числе, и за ленточку, которую он защищает. Я далек от того, чтобы сравнивать ленту георгиевского кавалера с цветовой гаммой колорадских жуков. Символика -- дело тонкое. Но вот знать историю того символа, который ты защищаешь, я бы посоветовал каждому.

В том числе -- и Вячеславу Дианову.

Здесь вот информация о том, кто и как использовал георгиевскую символику, на мой взгляд, сконцентрирована предельно. Подробнее можно прочесть в специализированных изданиях и на сайтах. Но, на всякий случай, поясню, почему я вообще счел необходимым этот линк здесь разместить. Меня задели слова господина Дианова, которыми он характеризовал реакцию Владимира Некляева на георгиевскую ленту на его груди. Потому что реакцию Владимира Прокофьевича я понимаю очень хорошо: нормальная реакция сына воевавшего во Второй мировой войне красноармейца  на власовскую символику на груди человека, чью будущую жизнь от боевых сподвижников Гитлера, собственно говоря, и защищал Прокофий Некляев.

Вот что меня искренне удивило -- это георгиевская лента на груди члена компартии полковника Петрушенко. И вот почему.

Если говорить об истории, то странно, что Николай Семенович придерживается той же символики, что и казненные по приговору советского суда Андрей Шкуро и Андрей Власов. Тыкать мне георгиевскими крестами Георгия Жукова и Семена Буденного в данном случае не стоит: в советском государстве царские награды, как мы знаем, не котировались.

Если говорить о современности, то меня удивляет, что сторонник хотя бы советской демократии поддерживает таким образом классического представителя буржуазного олигархата Виктора Януковича и прочих высокопоставленных воров, за неимением лучших взятых под крыло нынешним российским олигархатом.

Я знаю Николая Семеновича как человека искреннего. Мне кажется, он просто не вполне разобрался и принял нормальную захватническую (империалистическую) войну за возрождение СССР. Вынужден его огорчить: о возрождении СССР Владимир Путин, как я понимаю, думает меньше всего.

А молодому политическому деятелю Вячеславу Дианову посоветую лишь одно: читать нужно больше.

О Крымской войне и национальном единстве 02.03.2014 1

Прочел редакционный комментарийна "Нашай Нiве".
Принципиальных возражений нет.
Есть вопрос по поводу одной очевидной -- вероятно, не только для меня -- недоговорки.
Коллеги, вы действительно убеждены, что Лукашенко будет вести себя как Турчинов, а не как Янукович?

Кровь Майдана, или Урок для Беларуси 26.02.2014 11

Очень сильно написанный текст Александра Францкевича.
Он сказал то, чего никогда не осмелится сказать -- и не имеет права говорить -- мое поколение.Он имеет право говорить об этом. Мы -- нет.
Потому что он готов рисковать своей и чужими жизнями. Потому что у его поколения есть будущее. Потому что сейчас Лукашенко крадет его время.
У меня нет права рисковать чужой жизнью. Мое время закончилось; его уже украл Лукашенко. Мое политическое поколение может сейчас лишь давать советы тем, кто об этом попросит и захочет дослушать до конца. Смысл риска чужими жизнями для нас отсутствует. И права требовать этого риска от других у нас нет.
У Францкевича -- есть. У Киркевича -- есть. У Дашкевича -- есть. У Олиневича -- есть.
У нас -- нет.
Выросло новое поколение. Лукашенко его вырастил. Оно начало расти в тот момент, когда он вытеснил старую оппозицию на обочину улиц и площадей -- в 1996 году. В том году, когда Александру Францкевичу было шестнадцать лет. Мы все, те, кому сейчас под пятьдесят и за пятьдесят, стали навозом, на ошибках которого выросла эта молодежь.
Не говном стали -- навозом. На говне ничего не растет. Навоз -- нормальное органическое удобрение. Я никого не хочу оскорбить, да и себя тоже не хочу.
Янукович не пожелал вовремя удовлетворить требования парламентской оппозиции? Он получил ультиматум Майдана и в страхе исполнил его.
Возможно, так будет и с Лукашенко. Возможно. Хотя лично я не уверен.
Но голос Майдана -- это тот колокол, который будит Францкевича, Киркевича, Дашкевича, Олиневича. Это голос колокола надежды.
И, как ни печально для нас, стариков, он звонит не только по Лукашенко...

Страницы: 1
Читать другие новости

Александр Федута