Беларусь и новый СССР 31.07.2018

Скоро 27 лет, как Беларусь стала независимым государством. Александр Лукашенко сохраняет за собой пост президента уже 24 года.

Срок достаточный, чтобы «пропитаться» идеей и практикой суверенной Беларуси. Потому удивительно, что от бессменного президента и его подчиненных из разных институций (от министерств и парламента до СМИ), а так же от оппозиционеров мы часто слышим настороженные рассуждения о независимости: мол, не ровен час, нас захватят, аннексируют, включат с состав другого государства.

Почему так мыслит оппозиция, понятно: действующая власть многие годы была недостаточно национально-ориентированной, оттого Беларусь до сих пор находится под сильным влиянием России, которая настолько к этому привыкла, что не потерпит дрейфа Беларуси на Запад, причем не потерпит с такой страстью и решительностью, что ликвидирует беларусскую государственность.

Не знаю, верят ли сами оппозиционеры в такую грустную перспективу для Беларуси, скорее нет, чем да, но они слишком долго говорят об угрозе независимости с востока и, по-видимому, просто не могут остановиться. Ведь в противном случае, т.е. если угрозы с востока не существует и Беларусь остается суверенной, надо выдумывать новый «политический рассказ». О чем он будет? О вступлении в ЕС? Нет, давайте уж лучше 51-м или 52-м штатом в США.

У критиков Лукашенко удобная позиция: Россия-империя не отпускает Беларусь-колонию, а действующий режим не может должным образом противостоять таким ее действиям; вот если бы мы, теперешние оппозиционеры, были во власти, то непременно бы сделали (верьте на слово, патриот-националист в таких делах не врет) Беларусь по-настоящему независимым государством (читай: отдаленной от России политически, экономически и культурно).

Оппозиционеры делятся представлениями о другой Беларуси, но пока не имеют возможности соединить их с практикой, потому их нельзя назвать ни фантазерами, ни реалистами, и уточняющих вопросов к ним нет: в своей критике Лукашенко и отрицательном отношении к союзничеству с Россией они последовательны в течение многих лет.

Но вот к Александру Лукашенко и его команде есть вопрос: «Как так: вы же 24 года руководите страной – и теперь сообщаете народу, что страны может и не быть, что она войдет в состав другой страны?» Складывается впечатление, что некая часть беларусского руководства просто устала от независимости даже в ее усеченном формате. Не оттого, что хочется подчиниться кому-то, но оттого, что в проекте независимости не осталось созидательного потенциала. Беларусь как государство достигло предела роста. Не надо думать, что это исключительно наша вина, внешние обстоятельства оказывали и продолжают оказывать серьезное воздействие на становления нашего государства. Проблема в том, что на современном этапе ни один из более или менее значительных мировых игроков не горит желанием вкладываться в развитие Беларуси.

Разговор не столько об инвестициях в индустриальные, логистические и прочие предприятия (какие-то средства так или иначе в страну поступают), разговор, скорее, о Беларуси в целом, ее роли в отношениях между теми самыми более или менее значительными мировыми игроками. Условного «плана Маршалла» не предвидится. Более того, уже совсем скоро мы не сможем получать ощутимую экономическую выгоду от участия в Союзном государстве и Евразийском союзе. Вообще-то, первое вкупе со вторым и было для Беларуси своеобразным «планом Маршалла». Но план на то и план, чтобы иметь конечную стадию реализации.

Нам следует исходить из убеждения, что Беларусь как независимое государство состоялось и ее суверенитету не угрожает ни одно государство и ни одно межгосударственное объединение в мире. Лукашенко и его антироссийски настроенные единомышленники из оппозиции все пугают народ потерей независимости, тогда как сам народ свыкся с мыслью о суверенной Беларуси и практикой жизни в ней. Вот не бывает в Беларуси минус 50 по Цельсию, потому никто не готовит жилище к такой зиме. Примерно то же самое с независимостью: она будет плюс-минус прежней, как и зимы. Россию устраивает союзная Беларусь (впрочем, равно как и не очень союзная, но в этом случае без российской ресурсной поддержки), а Польше Беларусь просто не по зубам.

Но чтобы развитие государства не остановилось, мало убежденности в незыблемости суверенитета, нужно еще расстаться с навязчивой и вредной идеей сделать из Беларуси «мост» между Россией и ЕС или «восточноевропейскую Швейцарию». Вне интеграционных проектов Беларусь ожидает перспектива экономического упадка и фактического исключения из исторического процесса в его политическом измерении.

Правда, «интегрироваться» мы пока хотим и умеем исключительно в следующем формате: вы (другие участники интеграции) дайте нам то-то и то-то, а мы потом подумаем, имеет ли смысл хоть что-то давать вам взамен. Разумеется, такой вывод делается на основании попыток интеграции Беларуси с Россией. Попыток в другом направлении Беларусь не делала, проверить, как бы она себя вела, стремясь стать «своей» для ЕС, невозможно. Беларусь уже никогда не станет членом ЕС. Не буду повторять слова о кризисе ЕС (я не уверен, что нынешние проблемы так уж опасны для единства ЕС), просто скажу, что расширения ЕС в ближайшем будущем не предвидится и брать на содержание очередную польшу-литву-латвию-болгарию-румынию в Брюсселе, Берлине и Париже точно не собираются.

Итак, хотим выглядеть приличной европейской страной – необходима тесная кооперация с другими странами. Какими? Не с Китаем во всяком случае, что бы там ни трубили госСМИ о нашем стратегическом партнерстве с ним. Сейчас Китай, в известном смысле, повторяет действия транснациональных корпораций, которые инвестировали в создание производств по всей Юго-Восточной Азии. Китай ищет, куда выгодно вложиться. Но кроме этого, еще и привозит своих рабочих работать на построенные им за границей предприятия. А не хотите так – получите связанные кредиты: купите на них наше же оборудование и потом верните с процентами, небольшими, но все равно, кредит ведь.

Если у теперешнего руководства Беларуси цель одна: продержаться у власти как можно дольше, – то и Китай в качестве главного экономического, политического и военного партнера подойдет. Однако целью государства Беларусь не может быть превращение в провинцию далекого Китая (как и любого другого государства).

Что ни выдумывай, но интегрироваться нам придется на постсоветском пространстве, и лучше бы не в рамках безыдейного Евразийского союза, а в проекте нового СССР. Ясно, что СССР сегодня не расшифруешь, как прежде, где те советские социалистические республики?! Но зато есть их правопреемницы, они же учредительницы ООН: Беларусь, Россия, Украина, – они же основательницы того, старого СССР (такого старого, что ему и 100 еще бы не исполнилось, не «распусти» его три неумных персонажа: Ельцин, Кравчук и Шушкевич).

Нет советских социалистических республик, что же, давайте расшифровывать аббревиатуру «СССР», например, так: Союз Суверенных Социальных Республик. Или как-то иначе (Россия и Украина официально вроде и республиками не именуются), но четыре буквы СССР необходимо оставить., и чтобы в английском варианте получалось USSR. Имя обладает невероятной силой. Представляете, какой будет медийный выхлоп: создается новый СССР! Как затараторят в мировых столицах! Все либертарианцы и антисоветчики захлебнутся желчью, доказывая, почему ничего подобного не должно быть в современном мире и что нужно делать, чтобы не допустить второго пришествия СССР. И сколько крику мы услышим от националистов в Беларуси и Украине, а также шовинистов, «белогвардейцев» и адептов «русского мира» в России!

Даже по предполагаемой реакции многих граждан трех стран понятно, что работа только на пропагандистском поле предстоит трудная, нудная и долгая, а уж как дело дойдет до реальной «спайки» экономики, политики, социальных и культурных аспектов, то сердечные приступы при согласовании договоров станут массовыми среди разработчиков оных.

Мне кажется, что именно Беларусь с ее «остатками советского» должна вбросить в информационное пространство идею создания нового СССР. Ждать этого от нынешней Украины в высшей степени нелепо (хотя Союз ей жизненно важен, будущее подтвердит): ладно Киев отчаянно бьется за поставки газа, принадлежащего России-агрессору, но идти на союз с агрессором… Нет, всякому абсурду есть предел.

Россия, выдвигая инициативу создания нового СССР, тоже будет выглядеть хуже Беларуси, потому что интеграционные предложения России всегда интерпретируются за ее границами как желание снова стать империей с прицелом на ликвидацию суверенитета союзников.

Но и Беларусь не идеальный перводвигатель нового СССР, прежде всего в силу своей репутации у российского истеблишмента: мы слишком многого требовали от Москвы в рамках Союзного государства и Евразийского союза и были чересчур скупы на отдачу. Поэтому нам придется доказать, что мы действительно заинтересованы в СССР (как проекте, который обещает технологический, экономический, социальный, политический и культурный рывок), а не в очередной порции российских дотаций.

К слову сказать, в советский период Беларусь и Украина, в отличие, скажем, от Грузии или Литвы, хорошо работали на союзную копилку (РСФСР, разумеется, была лидером по отчислениям в эту копилку). Следовательно, нет ничего удивительного в том, что строительство нового СССР начнут именно эти три страны: они имеют опыт ответственного сотрудничества в проекте, который способствовал развитию каждого из участвовавших в нем.

И да, новый СССР опять будет левым. Без большевистских перегибов, но все-таки левым. Другого СССР быть не может. А если может, то это не СССР вовсе, это всего лишь некая международная организация, участники которой, с примеру, подписали соглашения, гарантирующие свободное перемещение товаров, услуг, капиталов и рабочей силы между странами. Такого в мире хватает. А нового большого левого проекта нет. Надо, чтобы появился.

Прочитав всю заметку или только взглянув на ее заголовок, кто-то подумает, что автор либо оригинальничает: мол, видите, о чем позволяю себе писать, – либо и вправду, будучи недалеким человеком или ностальгирующим мечтателем, не понимает, что нынешнее состояние дел в политике, экономике, идейной сфере и обществе в целом не предполагает в обозримом будущем такого проекта, как новый СССР. Оставим в стороне «цивилизованный мир», который обязательно будет мешать становлению СССР-2, и посмотрим на тех, кто предположительно будет создавать новый союз.

Россия: «белогвардейщина», помноженная на «русский мир»; олигархи и антисоциальная политика правительства; плюс тотальное доминирование антисоветчиков в СМИ.

Беларусь: государственно-бюрократический капитализм, который с уходом Лукашенко «усугубится» открытой олигархией, станет «подкармливать» националистов (чтобы не только материальные ресурсы и госуправление, но также идеология была в его руках) и «крепить» дружбу с Западом (иначе ведь нельзя, если не хотите быть «поглощены», «аннексированы» или «удушены в братских объятиях» Россией).

Украина: официальная политика и национальная идентичность строятся на антироссийском фундаменте – и тут от Беларуси поступает предложение создавать союз с Россией!.. Украинские политики и журналисты лишатся дара речи, услышав такое предложение, а потом, переведя дух, скажут: «В Беларуси, видимо, коллективно сошли с ума!»

Все так… Но сто лет назад отношения между этими республиками (в том их виде) были не проще. Сегодня нет большевиков, т.е. идейных революционеров, захватывающих и удерживающих власть с целью коренного «переформатирования» социально-экономических отношений. Новый СССР с самого начала будет создаваться политиками, бюрократами и экспертами, уже сегодня так или иначе включенными в процессы госстроительства трех стран. Плюс этого в том, что в одночасье не случится ломки всего жизненного уклада.

Ну, а без нового СССР, по моему мнению, всех нас: и Беларусь, и Россию, и Украину – ждет печальное будущее. Мировая (или западная, не так важно) буржуазия, что глобалистская, что протекционистская, нет, голодом нас не уморит (сейчас морить невыгодно, выгодно сохранять разный уровень потребления для разных регионов и разных слоев населения), но с периферии мира в мир центральный не пустит. Потому проект нового СССР, он не только о материальном благополучии (которое немыслимо без развития науки и технологий), он еще и о реальной независимости. Ведь как хорошо, когда не надо заискивать ни перед МВФ, ни перед Всемирным банком, ни перед какой бы то ни было иной кредитной организацией или страной, которая обещает помочь вам с тем-то и тем-то. Когда не просишь денег, тогда и в политике (что внешней, что внутренней) становишься удивительно самостоятельным.

Беларусь на обочине 13.06.2018

По большому счету, в том, что нынешняя Беларусь в политическом отношении как ни пришей кобыле хвост, виноваты создатели и ликвидаторы ВКЛ. Ну, какого лешего строить государство от моря до моря, потом сдавать его Польше, чтобы та, в свою очередь, проиграла сначала Российской империи и затем Советскому Союзу?!

Правда, Польша, в конечном счете, кое-как выкарабкалась (хотя от раны, полученной в конкурентной борьбе с победившей ее Россией, оклематься не может до сих пор). Современная Литва, принявшая в дар от «кровавого тирана Сталина» Вильно и присвоившая наследие ВКЛ (отчего не присвоить, если другие наследники поздно очнулись), со всей антисоветской и антироссийской страстью прибилась к «семье европейских народов» в надежде продлить свой исторический век. Не уверен, что это у нее получится (депопуляция в Литве идет страшными темпами: 3,5 млн человек жило в стране в 1990 году – в 2017-м осталось 2,7 млн), но выбор: ЕС и НАТО – сделан, причем осознанный, с расчетом на лучшее во всех отношениях будущее.

Украина (еще одна наследница территорий ВКЛ) мучительно определяется между разделом (словно по образцу «братской» Речи Посполитой) и возвращением в эпоху правления Леонида Кучмы, когда «Украина – не Россия», но от этого всем, всем, всем что в Европе, что в России, что в самой Украине ни жарко ни холодно. Крым при любом исходе остается российским. И третий, совсем уж фантастический, но столь желанный для многих заседающих в Раде, вариант: единая Украина без Крыма и части Донбасса; Украина, которая тянется к Европе, но вечно до нее не дотягивается. В отличие от Польши и Литвы, политическая перспектива Украина кажется неопределенной. Однако признание ее таковой дает возможность так или иначе описывать будущее страны.

А что Беларусь, четвертый выходец из ВКЛ и Речи Посполитой, она-то как дальше жить собирается? Я имею в виду внешнеполитический или, если угодно, цивилизационный выбор. Второе определение предпочтительнее в силу того, что позволяет отбросить пустопорожние рассуждения о «многовекторности» и суверенитете и сконцентрироваться на основной проблеме Беларуси как государства: «Мы привержены союзу с Россией (тут не важно, какому конкретно) или берем курс на выход из него?»

Хитрость беларусского политического разума отвечает на этот вопрос так: «Остаемся в союзе с Россией, чтобы получать материальную и социальную выгоду, но уклоняемся от выполнения союзнических обязательств и даже от соблюдения приличий, которые предписаны союзнику, если такое поведение дает плюсы для выстраивания отношений с коллективным Западом». Или же хитрость свидетельствует о следующем: «Так сложилось после распада СССР, что независимая Беларусь сохранила тесные экономические, политические и социальные связи с Россией, но в перспективе наша страна должна быть равноудаленной как от России, так и ЕС, и в равной степени приближенной к ним».

Хитрость в политике – вещь сама собой разумеющаяся, даже в договорах между партнерами и союзниками. Только в нашем случае она ведет к отказу от союзничества. Какой смысл второму союзнику (России) способствовать реализации рожденного этой хитростью плана?

Справедливости ради стоит отметить, что Россия многого от нас не ждет. Но ЕС или НАТО тоже не ждут от Литвы того, чего страна не может дать в силу своего экономического или демографического потенциала. И для благополучия Беларуси России сделала не так уж мало. Почему же беларусский правящий класс, удержавшийся у руля государства в том числе благодаря экономической и политической поддержке со стороны России, так тяготится даже номинальным союзническим долгом?

Ответ, мне кажется, лежит в мировоззренческой плоскости: нашему правящему классу очень хочется быть «западнее». Словосочетание «независимая внешняя политика» призвано убедить западных «партнеров», что Беларусь – не Россия никак не меньше, а то и больше, чем Украина. Хорошо, но как быть с почти тотальной экономической зависимостью Беларуси от России? Чтобы избавиться от нее, слов министра иностранных дел (Макея или любого другого) об интересах суверенной Беларуси явно недостаточно.

Хитрость беларусского политического разума воображает, что она сможет бесконечно долго «продавать» коллективному Западу «особые беларусско-российские отношения», словно бы Россия не замечает факта «продажи».

Как только Россия перестает видеть в Беларуси союзника, последняя превращается в своеобразный дотационный регион первой (социально-экономического коллапса в Беларуси России не допустит, зачем ей находящаяся в столь плачевном состоянии соседка, когда границы между странами фактически нет). Будет и после этого беларусский политический класс упорствовать в своем стремлении быть «западнее», Россия мешать ему не станет, предупредит только, что настоящая граница появится и Беларусь, наконец, обретет независимость от российских дотаций. Ну, и кто тогда усомнится в том, что Беларусь – не Россия?! Западные партнеры точно не усомнятся (особых беларусско-российских отношений уже не будет), но и на содержание нас вряд ли возьмут. А нам ведь этого и не надо, правда? Мы же талантливые и трудолюбивые, сами сделаем Беларусь great again. Вот и ладненько.

Словом, пришло время определяться. Не то чтобы уже завтра имеет смысл сообщить народу о стратегическом выборе по ТВ, через БЕЛТА и «СБ», просто нужно готовить страну (или ее уже готовят, но рядовому гражданину этого не показывают) к тому, что «как раньше» уже не будет.

Держа в уме минимизацию экономических потерь и социальных потрясений, выбор, полагаю, придется делать в пользу нейтралитета (о стремлении Беларуси к нему записано в Конституции). Нюансы нейтрального статуса страны мы сейчас разбирать не станем, удовлетворимся общим толкованием понятия в виде житейской формулы «мы не с вами и не с ними». Но как бы мы ни трактовали нейтралитет теоретически, нужно совершать действия, подтверждающие ту или иную трактовку.  

С чего начнем? Логично начать с ОДКБ (Организация договора о коллективной безопасности). Нейтралитет – это, в первую очередь, когда мы не воюем в союзе с кем-то против кого-то. Созрел беларусский политический класс к тому, чтобы сообщить о выходе Беларуси из организации, где главную роль играет Россия? Нет, не созрел. Но следовать «союзническому долгу» (причем не только в рамках ОДКБ) беларусский политический класс тоже не собирается.

И как выходить из этого «положения в раскоряку»?

Думаю, уже поздно выходить из него. Остается одно: и дальше «раскорячиваться» до разрыва седалища.

Подвела вас, соотечественники, хитрость политического разума, ой, как подвела. Решили не участвовать в истории ни на чьей стороне, вот и сидите теперь, «геополитически травмированные», на ее обочине и бубните себе под нос про свою любимую «многовекторность», вас никто и трогать не будет. Вы же этого добивались?

Мировой бардак как гарантия мира 22.05.2018

До чего все хорошо складывается в этом лучшем из возможных миров!

Противоречия между державами, между разными империями и их частями, между государствами помельче, между глобалистами и изоляционистами, между какими бы то ни было политическими концернами и корпорациями – противоречия множатся, множатся и множатся.

Причины этих противоречий называются политиками и описываются экспертами. Кто-то доверяет одной версии происходящего, кто-то – другой, кто-то – третьей, кто-то – трем в совокупности и еще добавляет четвертую от себя, а кто-то вообще уверен, что настоящих причин простому смертному никогда не узнать.

Нас приучили, что человеческий мир живет экономическими интересами, а все остальные проявления общественной жизни так или иначе «кормятся» плодами их реализации. Ну да, мы ж не олени лесные, а культурные приматы, производим и потребляем материальные блага, каковых в природе в готовом виде нет. Производят и потребляют в разных частях мира в разных объемах. И нам объясняют, что такое несоответствие приводят к разного рода конфликтам.

Торговые и валютные войны, санкции, эмбарго, квоты, заградительные пошлины, аресты банковских счетов и пр. Со всякого рода барьерами на пути импорта все более или менее понятно: защита собственного производителя. Но как отвечать обидчикам тому, кого не пускают на рынок, а симметричного ответа у него нет? Простить и забыть? Нет, нужно придумать способ «подгадить» бывшему торговому партнеру в другой сфере. Пример прямо противоположный: когда экономические санкции вводятся по неэкономическим мотивам. Против России или Ирана, скажем. Тут расчет такой: нарушаешь правила/требования «мирового сообщества» – оно накажет тебя долларом; будет у тебя меньше долларов, и ты не сможешь делать свои «плохие дела» или хотя бы сократишь размах «злодеяний». Еще один вариант: вроде чистая экономика с обеих сторон, но на самом деле конкуренция за влияние в мире. Это уже о торговой войне между США и Китаем, которой якобы удалось избежать.

Выходит, дело как бы и не в экономике при полном ее доминировании в оценке мирового «веса» страны (ВВП и другие показатели материального благополучия) и живущих в ней граждан (зарплаты, пенсии, недвижимость, капитал и т.п.). Скажете: ничего нового. Вроде, и правда, всегда так было: владельцы бОльших материальных ресурсов (товары, производственные мощности и технологии, деньги, техника, вооружение) пытались с их помощью руководить (на административном и идеологическом уровнях) теми, кто располагал гораздо меньшими ресурсами. Со временем простой захват территорий и порабощение сменились дистанционным управлением под «прикрытием» распространения «прогрессивных» норм и ценностей.

Крушение СССР, последовавшие за ним «конец истории» и глобализация, казалось, закрепили такое положение в политическом универсуме. Но глобальная экономика сыграла с глобализмом злую шутку: разбогатело слишком много людей за пределами западного мира, а сам западный мир раскололся на настоящих глобалистов и национальных (то есть тех, кто выступает за лучшую жизнь для своих стран в глобальном мире). Да, основной капитал все еще в руках глобалистов, но разбогатевшие из незападного мира и западные «националисты» претендуют на автономию (вторые пока менее решительно, чем первые). Прямой зависимости от «спонсоров» нет, вместо нее «взаимовыгодное партнерство». Иные же делают вид, что зависимы, чтобы те, перед кем они кривляются, дали денег или обеспечили какими-нибудь преференциями. Самое интересное, что «бывшие хозяева» понимают это, поэтому либо пытаются сбросить такой балласт, либо помышляют о добром старом принуждении «вновь обращенных» и колонизированных.

Альтернатива такая, словно нет никакой альтернативы. Сбросишь балласт – какой ты глобальный гегемон. Станешь принуждать? Но как? Врагов, например Иран, и тот санкциями «удушить» не получилось (планируется попытка «номер два»), а тут какие-никакие партнеры. Или ударить по врагам, чтобы колеблющиеся одумались? Так маленькую Сирию во главе с Асадом и то через войну, а не через «экономическую изоляцию» решили «проучить» (раньше Ирак, Югославию, Ливию). «Воспитательный процесс» идет плохо, и сами «воспитатели» за время войны испортиться успели: не только проект глобализации поставили под сомнение, но и контроль над «мировым порядком» упустили.

Если с Сирией так выходит, то что будет в случае с противниками посильнее? И кто согласится терпеть неудобства серьезной экономической войны или будет готов мириться с жертвами настоящей войны? Адепты глобализма? Но терять деньги и умирать будут не они, а граждане конкретных стран. Французам или итальянцам это надо? Или, может, избиратели изоляциониста Трампа примут как должное пошедший на дно авианосец американского флота?

Крушение СССР позволяло говорить о победителях и побежденных. Спустя четверть века после этого события победители оказываются в ситуации, когда снова надо побеждать. Но кого? Ясного ответа на этот вопрос нет, поэтому многие из лагеря победителей вообще не видят смысла в битве, на которую их зовут «союзники». Грандиозного успеха и большой славы всемирная политическая история на современном этапе никому не позволит получить. Нет, стычки продолжатся, но триумфаторов не будет.

Если же случится обратное и некая сила (одна страна, коалиция или те самые невидимые адепты глобализма) одержит верх, то нам обеспечена диктатура планетарного масштаба. Потому, раз уж биполярная система приказала долго жить, пусть в мире царит вполне сносный бардак, окончательной ликвидации которого мешают интересы различных противоборствующих сил на разных фронтах (как явленных жителям планеты, так и скрытых от них).

Национализм, одолевающий Лукашенко 13.03.2018

Президент Беларуси, реагируя на материалы российских СМИ, в которых ему «инкриминируется» беларусизация, раздраженно сказал: «Слушайте, мне что, германизацию здесь устроить?!»

С российскими СМИ в общем все понятно: авторы обеспокоены тем, что такие шаги беларусского общества на пути обретения национальной идентичности непременно приведут к ревизии прошлого (т.е. истории отношений Беларуси и России), а также изменят характер связей между странами в будущем.

А чего нервничает Лукашенко? Логика ведь у него железная: беларусизация в Беларуси. Почему это не сказать спокойно? Может, просто не любит, когда в России о нем плохо говорят?.. Конечно, куда приятнее, когда о тебе пишут как о надежном военном союзнике и разумном руководителе государства, сохранившем советское индустриальное наследие. Или Александр Григорьевич боится следующих упреков из тех же СМИ: «А не выступает ли беларусизация началом новой истории, дальнейший ход которой потребует выхода Беларуси из интеграционных объединений с Россией и некоей формы союза с ЕС и НАТО?»

На последний вопрос президент Беларуси, вероятно, ответил бы в своем излюбленном стиле: «Чушь! Мы всегда были с нашей братской Россией. Только человек, который хочет принести беду на беларусскую землю, может мечтать о разрыве связей – культурных, социальных, экономических, политическим, военных – между нашими странами. Не знаю, что случится после моего ухода с поста президента, но пока я президент, лучшего друга, чем Беларусь, у России нет и не будет».

Подобных спичей мы слышали много. Только раньше в российских СМИ не говорили о «национальном повороте» в Беларуси применительно к действиям руководства страны, а Лукашенко клялся в дружбе к России, как правило, по экономическим поводам (чтобы не потерять «союзнические» преференции). Я думаю, что не одни «голоса из России» раздражают президента Беларуси, но и его собственная «неудобная» позиция: чтобы «противостоять» России, он соглашается с беларусизацией (пусть «мягкой»), но беларусизация как идея принадлежит националистам. Выходит, что фраза «Лукашенко идет на поводу у националистов» не лишена правдивого содержания.

Беларусь как страна, родившаяся внутри советского проекта, т.е. Беларусь Лукашенко, повзрослев, решает стать националисткой. Да, пока не парламентское большинство партии БНФ формирует правительство, его по-прежнему назначает Лукашенко. Личная власть еще в его руках, зато идеология и рассказы о том, какой должна быть Беларусь завтра, пишутся (частично написаны) другими людьми. Строить Беларусь наперекор националистам и построить ее для них – раздражение президента легко понять.

Если Лукашенко действительно предан советской идее и не считает себя старым для «исторических свершений», ему придется «идти на Москву», чтобы содействовать ресоветизации в России, там самым продлевая жизнь и советской Беларуси (ресурсы на такой проект, будем честны, есть только у России).

В сегодняшней России велик запрос на левую политику. Борец с олигархами, сторонник сильного социального государства, антизападник и друг России – этот имидж президента Беларуси хоть и потускнел с годами, но не выцвел окончательно. Путин слишком «повязан» своими друзьями из либерального правительства и бизнес-сообщества, чтобы взять серьезный крен влево, а уж тем более отважится на ресоветизацию (он сказать-то этого не сможет, не то что начать делать). К тому же Путин больше белый, чем красный, больше имперский и русский, чем советский.

Лукашенко надо воспользоваться будущими шестью годами президентства Путина. Вместо «русского мира» и беларусского национализма возрождение советского проекта (Украину тоже придется в него «заманивать»).

Допустим, Лукашенко и вправду решит таким образом «отомстить» националистам и всем тем, кто помешал ему в 90-х годах стать главой Союзного государства. «Поход на Москву» означает, прежде всего, пропаганду – пропаганду возможности и необходимости ресоветизации. Но есть ли у Лукашенко специалисты для борьбы на информационном поле? Не знаю, может, и припрятаны на черный день. Нужны организаторы процесса, сочинители/упаковщики контента и распространители пропаганды среди широких народных масс. С учетом имеющейся в распоряжении государства базы для «информационных атак» и рупора в виде интернета затраты будут сравнительно невелики.

Сколько денег было выброшено на идеологов, а националисты значительно меньшими средствами из западных фондов сделали свою идеологию главенствующей. Государственные газеты и телевидение, бесконечно нахваливая лично Лукашенко, тоже не напрягались в создании идеологии альтернативной национализму, зато бюджет «доили» с наслаждением.

В небольшой и небогатой стране, которая не отгорожена от мира «железным занавесом», и нельзя выдумать некую «свою», непохожую ни на какую другую идеологию. Национализм для бывшей части империи вполне естественен. Только в нашем случае есть один нюанс: Беларусь «сбежала» из российской или советской империи? Ответ Лукашенко, противника националистов: «Из советской, но не сбежала, ее буквально вынудили принять независимость предавшие государство СССР и советскую идею Горбачев, Ельцин, Кравчук, Шушкевич со своими подельниками». Значит, национализм как идеологию следует отбросить в пользу проекта ресоветизации, который наднациональный и не мыслится в категориях метрополия/провинция, почему и возможна сама формулировка «поход на Москву» (не настойчивые просьбы поделиться с союзником ресурсами и деньгами, а реальное сотрудничество, направленное на возрождение советского социально-экономического уклада).

Жаль, что сейчас нет СССР 08.09.2013 17

Я ни в коем разе не являюсь сторонником советского мракобесия, все-таки нельзя так изменять освобождающим (или освободительным, не знаю, как правильнее сказать) порывам юности. Душновато было в СССР. Но как было приятно чувствовать, что ты дышишь полной грудью, когда началась перестройка. Хотя бы тот же экзамен по истории, на котором можно цитировать академика Сахарова. И более того, от своего имени сказать, что ты не согласен с советским правительством - это в 16 лет!.. Кто из нынешних выпускников скажет такое на экзамене про 19-летнее правление Лукашенко?

Но я не про прошлое, я про настоящее.

Мне нужен Советский Союз сегодня. Нужен как сверхдержава. Нужен как та страна, которая может позволить себе сказать США: "Ну, рискните сунуться в Сирию". В этой фразе нет прямой угрозы. А если штаты спросят: "Вы нам угрожаете?", - то ответить им так: "Вовсе нет, потому что вы знаете, как мы отреагируем".

Когда бомбили Югославию, Примаков только развернул самолет (летел в США на какие-то переговоры), но Сербию по-настоящему Россия не поддержала; когда уничтожали Ирак, Россия лепетала что-то невнятное. Про уничтожении Ливии вообще говорить не приходится.

Как-то Путин, отвечая на на упрек в том, что Россия бездействует, в то время как США бесчинствуют, ответил следующее: "Сейчас Россия слаба, нам нужно время".

Я не знаю, сколько России нужно времени, чтобы обрести силу СССР. Однако, учитывая трусость американцев (на наземную операцию в Сирии поди не отваживаются) и наличие в их рядах таких искренних парней, как Сноуден, ничто не мешает России сказать: "Dear friends, мы решительно против того, чтобы вы бомбили Сирию".

И вообще современному миру очень нужен второй СССР. Я сейчас не об идеологи говорю (хотя время и требует идеологической определенности), я говорю о силе.

Пусть это будет коалиция держав, например, ЕС и России с ее союзниками (хоть и с такими убогими, как Беларусь и Армения) или России, Китая и Индии, или в каком-то другом наборе.

Однообразие, которое хотят установить (иил уже установили) янки в международной политике, должно быть уничтожено.

Я являюсь гражданином страны, которая не может себе позволить серьезную антиамериканскую кампанию. Хотя нет, может, если объединится с более сильными государствами. Но чтобы такое объединение произошло, необходима смена руководства Беларуси. Лукашенковская камарилья - не политики. Сам Лукашенко тоже перестал политиком. Им бы просто в своих креслах уседеть. Им не до идей. И на кой черт что России, что Европе такие соседи?

По-моему, пришло время для политического определения Беларуси.

Я выступаю за Беларусь, которая станет участником антиамериканской коалиции в составе Евросоюза, России, Китая, Индиии...

   

Страницы: 1
Читать другие новости

Игорь Драко