АКТУАЛЬНЫЕ ТЕМЫ: Эпидемия Единый кандидат оппозиции Выборы-2020 Беларусь-Россия Павел Шеремет Экономический кризис
Эгоисты, дайте нам, альтруистам, денег

Эгоисты, дайте нам, альтруистам, денег

Крошка сын к отцу пришел, и спросила кроха: "Альтруизм же хорошо, эгоизм ведь это плохо?"


На онлайн-встрече руководителей стран-участниц ЕАЭС президент Беларуси Александр Лукашенко ответил своему сыну Николаю (которому, напомню, скоро 16 лет), что эгоизм в условиях «коронакризиса» разрушает все то, что было создано до его появления. Нет, не до появления Николая и появления эгоизма, а до появления гибрида вируса и кризиса.


Допустим, что Николай согласился: эгоизм плохо (чрезмерный, понятное дело, совсем не быть эгоистами люди не могут). Но кого папа осуждает за это? Всех мировых лидеров? Так их не было на встрече. Тех, с кем он разговаривал по видеосвязи? Так надо было прямо сказать: «Вы, господин Жээнбеков, ведете себя очень некрасиво:  в сложившейся ситуации вы, как приличный человек, не должны обращаться к правительству Российской федерации с просьбами о сохранении преференций и выдаче стабилизационного кредита. Это же самое я хочу сказать и вам, господин Пашинян. Сейчас нельзя думать только о себе».


Или папа сделал попытку признаться в том, что раньше и сам грешил таким поведением, но сегодня готов стать альтруистом? Мне кажется, попытка была неудачной, и Николай не услышал в словах отца решимость стать другим на время кризиса. Но потом отец сказал следующее:


«Хотел бы обратить внимание, что мы вошли в кризис с нерешенным базовым вопросом. Это энергетика! Цены на ресурсы и расчеты за них. Конечно, мы не ожидали, что такая ситуация сложится, но, тем не менее, факт налицо. Такая негибкость негативно влияет на всю цепочку формирования добавленной стоимости. Пока мы не вышли на общие энергетические рынки, нам надо договориться, как мы поступим со складывающейся ситуацией. Это касается цен и расчетов. При таком резком изменении экономической конъюнктуры цена должна быть более адаптивной, а механизм расчетов — более подъемным для потребителей. […] Мы должны оперативно рассмотреть этот вопрос!»


Теперь Николаю стало более или менее понятно: эгоисты – это те, кто продает нефть и газ по ценам, которые не устраивают покупателей, да еще и не согласны с отсрочкой по платежам. Также он понял, что, так как папа тоже немного эгоист, то он говорит об энергоресурсах, которые Беларусь вынуждена покупать. Нефть, он слышал, мы покупаем у Норвегии и Азербайджана, но они не члены ЕАЭС и глав этих стран на онлайн-встрече не было. Значит, эгоизм проявляет… Армения и Кыргызстан выпадают, у них нет ни нефти, ни газа. Казахстан – тоже, потому что не может быть эгоистом тот, с кем мы вынужденно участвовали «не в наших войнах». Остается Россия.


- Папа, ну чего ты меня ребусы какие-то заставляешь разгадывать? Так бы сразу и сказал! Вы же с Владимиром Владимировичем меня и весь белорусский народ давно научили: во всех бедах Беларуси виновата Россия. Кстати, «эгоист» – не самое плохое слово, каким вы обычно ругаете Россию и русских.


Владимир Владимирович, которого упомянул Николай, носит фамилию Макей. Он работает министром иностранных дел Беларуси. И недавно в интервью ТУТ.бай он хорошо прошелся по этим русским эгоистам, сказав, что присланные из России тест-системы на коронавирус никудышные, малым числом, всего 10000 штук (хватит лишь на два с половиной дня), и все они пойдут на нужды самих же русских дальнобойщиков и работников АЭС.


- Мы не платили за эти тест-системы? – спросил Николай у министра.

- Нет, – ответил министр.

- А еще говорят, что тест-система в переводе на число тестов – это в пятьдесят раз больше, - продолжал Николай - То есть мы можем сделать не десять тысяч, а…

- Коля, не умничай, – прервал министр.


Действительно, как можно упражняться в арифметике, если вопрос касается преодоления эгоизма в отношениях между странами в ситуации «коронакризиса»!


- Так мы еще будем просить у России о реструктуризации или рефинансировании долга, верно? – спросил Николай уже на выходе из зала для переговоров.


Президент Лукашенко и министр Макей молча смотрели на молодого человека. Николай понял, что ему лучше уйти. И в коридоре он ясно осознал, что не готов к управлению государством, хотя еще накануне размышлял: «Ну, мне ведь уже скоро шестнадцать…»

15.04.20 13:46

Игорь Драко

Change privacy settings