АКТУАЛЬНЫЯ ТЭМЫ: Раскол праваслаўя Праграма ураду Атака на СМІ Мінздраў: карупцыя Курапаты Справа Федынiча Забойства Паўла Шарамета

Хватит выбирать! 02.02.2018

Зачем в Беларуси проводятся выборы? Для самоуспокоения власть предержащих: мол, все по закону, по Конституции в стране, никакие мы не узурпаторы, нас народ выбрал, а тех, кого не выбрал, назначили/утвердили те, кого выбрали. Зачем в выборах участвует оппозиция? Затем, чтобы тренироваться и чтобы партии/движения/объединения были готовы к настоящим выборам (допустим, что такое когда-то в Беларуси случится). Зачем на выборы ходят избиратели? Одни просто привыкли ходить, другие – откликаясь на убедительные просьбы начальства.

Так вот многие избиратели уже давно пришли к мысли, что выборы в Беларуси – ненужная трата бюджетных денег. Сейчас у нас проходят местные выборы, и отношение к ним, как мне кажется, одинаковое и у избирателей, и у оппозиции, и у властей. С избирателями все понятно. Оппозиция не скрывает своего отношения к этим выборам: 350 кандидатов (или 360? или 320?) на 18100 округов. Власть тоже не особенно подчеркивает важность выборов: только в Минский горсовет и Могилевский облсовет нет безальтернативных округов, а в Гродненский – аж 57% округов без альтернативы. Про районные и сельские советы и говорить нечего. И даже на этом безрыбье власти продолжают «резать» оппозиционеров на подписях или по декларациям, инерция… По инерции и советы будут стерильными, без оппозиционеров, или с оппозиционерами – 3-5 советов на всю страну.

Итак, избиратели согласны, что можно и без выборов обойтись. Власти, разумеется, никогда не откажутся от проведения выборов. А что оппозиция? Да, есть такой «закон» для политической силы: участвовать в выборах, если нет стопроцентной уверенности в бойкоте выборов избирателями. В Беларуси этот «закон» усиливается рисованием явки, и выборы всегда признаются ЦИК состоявшимися. Плюс после парламентских выборов 2012 года запрещено призывать к бойкоту. Что остается оппозиции? Без конца тренироваться, готовиться к настоящим выборам. Ну, тем, кому 20-30, еще можно себе такое позволить, а тем, кому за 50?

Бойкот запретили, но говорить об отмене выборов как института не запрещено. На местных выборах про это говорить не имеет смысла, но они пройдут 18 февраля, так что забыли про них. Впереди президентские и парламентские (пока не ясно, какие раньше). Так пусть оппозиция идет на них с идеей отмены выборов, пока в стране президент Лукашенко.

Агитация прежняя: выступаю за то-то и то-то, вижу Беларусь такой-то и такой-то, считаю необходимым сделать то-то и то-то. Но все это при условии, что Лукашенко больше не президент, не баллотируется в президенты на очередной срок и, соответственно, не имеет возможности назначать депутатов в парламент. Отрывок из речи кандидата: «Лукашенко, как вы понимаете, не собирается покидать свой пост и заказывает себе нужные проценты для победы. Пока президент Лукашенко сам себя выбирает и назначает депутатов парламента, выборы нужно отменить. Нынешние выборы уже идут, ничего не поделаешь, но вот чтобы не проводить следующие, необходимо организовать референдум, в результате которого выборы в Республике Беларусь будут отменены. Если вы пойдете на избирательный участок и проголосуете в мою поддержку, это будет означать, что вы поддерживаете упразднение института выборов. Если вы мой сторонник и решите не голосовать, это будет означать, что вы уже признали выборы лишним и слишком дорогим для нашего бюджета спектаклем. Хватит выбирать без выбора!»

Таких кандидатов просто не допустят до выборов? И ладно. Пусть все возможные и невозможные кандидаты в президенты и парламент от оппозиции пропагандируют эту идею без участия в выборах. На парламентских власть обойдется и без оппозиционеров в списках кандидатов, а вот на президентских что делать: не регистрировать кандидата «Хватит выбирать!»? Тогда Лукашенко будет соперничать с младшим Гайдукевичем и с реинкарнацией Улаховича. Ха-ха.

Я понимаю, что белорусская оппозиция: а) никогда не объединится; б) не станет проводить кампанию «Хватит выбирать!» ( в рамках выборов и/или вне их).

И сложновато для избирателя? Быть может. Но вот такое придумал и решил записать. Ну, пусть будет…

Спадар Лукашэнка, як селянін селяніну 01.09.2017

Выязджаю з вёскі ў кватэру з інтэрнэтам разы два на тыдзень (часцей бываю ў раённым цэнтры з "экстраных:" прычын: паход у БТІ, сельвыканкам, ці сусед просіць яблыкі адвезці ў "заготкантору"), таму не магу рэагаваць на падзеі своечасова. Калі той Лукашэнка ўраджаем бульбы пахваляўся, а я вось толькі сёння відэа "на тэму" выкладаю. Але ж і сама тэма не на дзень, а сезонная, нават шматсезонная, таму не думаю, што я дужа спазніўся са сваёй чыста сялянскай просьбай да другога селяніна.

Активистки-бунтовщицы, не в Трампе беда ваша 22.01.2017 5

В шестистах городах мира проходит (или уже прошел?) «Марш сестер». И вышли сестры на улицу из-за того, что президентом США стал Дональд Трамп.

А чего они скопом не выходили, скажем, в 2015 году, когда Александр Лукашенко сказал, что белорусское общество пока не готово получить «президента в юбке»?

Ну да, что такое Беларусь по сравнению с США…

А что такого ужасного про женщин сказал Трамп?

Понятно, имидж, который нравился простым американским парням/мужикам и простым американским девкам/теткам, вынуждал его играть на грани сексизма, но оскорблений типа «курица – не птица, баба – не человек» он все-таки не произносил.

Так чего активистки всполошились? И ладно бы в самих США, это ими будет руководить мужлан Дональд, но в других-то странах чего?

Тут, мне кажется, вот что произошло. Трамп, во-первых, признал равенство мужчин и женщин безоговорочно, и во-вторых, обеспокоил активисток тем, что на «женский вопрос» уже не будет выделяться столько денег.

Трамп (мужик как таковой в его лице), наконец, сказал то, что и нужно было: весь ваш либеральный дискурс «защитим бабу» унизил женщину.

Для Трампа и ему подобных мужланов «баба – тоже человек», как говорится, по определению. Потому нет смысла тратить деньги на популяризацию незамысловатой истины. А если кто-то поведет себе иначе, то есть посчитает, что «баба – не человек», и поступит с ней сообразно этой извращенной максиме, то в Америки для усмирения подобных идиотов есть закон.

И еще одна немаловажная деталь. Сейчас против Трампа протестуют «сестры-активистки», но миллионы сестер-неактивисток проголосовали за рыжего Дональда, проголосовали, поборов – заметьте! – свою зависть к удачно вышедшей замуж красавице Меланье.

Активистки хотели бы, чтобы миром вечно правили их Обамы-Клинтоны, но сегодня выиграли бабы другого сорта, те, которых, полагаю, гораздо больше задолбали сами активистки с обамами и клинтонами, нежели их собственные или соседские мужики с трампизмом в голове.

Так вот беда активисток не в Трампе, а в том, что они не признают за другими бабами права решать судьбу Америки (или какой-либо другой страны). Как, однако, тяжело быть демократками, когда оказываешься в проигрыше.


Моралист Усов и скромный Милинкевич 19.10.2016 10

В разделе «Мнения» появилась статья «Реквием по Милинкевичу».

Автор – Павел Усов, большой моралист, который из публикации в публикацию все сокрушается, что более или менее известные белорусские оппозиционеры свои действия не соизмеряют с моральными максимами. Видимо, эти максимы не дают спокойно спать самому господину Усову.

Милинкевич, если верить моралисту, по причине своей беспринципности виноват во многом. И в том, что активисты стали уходить из партий и организаций, и в том, что Запад стал говорить с «режимом», и в том, что люди перестали верить в силу протестных акций, и в том, что на выборах президента нет «единого» от оппозиции, и в том, что ОМОНовцы еще не были хорошо биты разгневанным народом.

Это показатели беспринципности и аморальности Милинкевича.

Ну, а основа-то в чем?

Основа, твердит Усов, в том, что Милинкевич готов на компромисс с властями, чтобы иметь возможность работать на личной делянке. А мораль и принципиальность, продолжает автор, предполагают, кроме всего прочего, даже жертвенность. Вон в той же любимой Милинкевичем Польше люди погибали за свои идеалы, прежде чем состоялся «круглый стол» правительства и «Солидарности». Что же вы, Александр Владимирович, перевираете факты?! Сначала смерти, потом «круглые столы» и компромиссы с диалогами. Кого из Руха «За Свабоду!» убили на демонстрации или замучили до смерти в застенках КГБ? Никого! То-то и оно, никакой из вас политик, спадар Милинкевич!

«Слушай, Усов, отвали, а! Сам-то небось сдохнуть за демократизацию Беларуси не спешишь, а все посты строчишь», – мог бы сказать Милинкевич моралисту. Но не скажет, потому что скромный человек… да и нет у него времени заниматься болтовней о морали в интернете.

Как "добить" Короткевич 09.09.2016 4

Наблюдаю за тем, как у нас проходит процесс, который по привычке называют выборами – в парламент, причем в обе палаты. Мы все больше про Палату представителей говорим, а ведь и в Совет Республики люди идут, и какие люди!

Эти выборы сначала стали хоть в некоей степени интересны как раз «верхней палатой», не всей, но одним именем – Сергеем Гайдукевичем. Он будет «сенатором». Заслужил. Я не ёрничаю. Более того, считаю решение сделать Сергея Васильевича «сенатором» справедливым.

Точно так же, как и считаю справедливым не пустить в Палату представителей его сына Олега. Не потому, что хватит и одного мандата на семью, но потому, что Олег пока еще только получал от «системы», ничего ей не предоставляя взамен (работа в милиции не в счет, потому что начальником Фрунзенского РУВД он стал благодаря отцу, которого благодарила «система»). Ну и соперника ему в округе в последний момент «подкинули» серьезного – целого посла в Австрии и Хорватии.

Еще один, кроме Гайдукевич-старшего, кандидат в президенты Николай Улахович тоже получает «премию». После того как с выборов снялся Василий Заднепряный (руководитель Республиканской партии труда и справедливости), ситуация с выборами в Сеницком избирательном округе прояснилась: атаман и зампред Минского облпотребсоюза непременно станет депутатом парламента. Не так важно, что вынудило Заднепряного выйти из избирательной гонки, важен сам факт: его там нет, значит, цифры будут в пользу Улаховича.

Остается последний кандидат в президенты – Татьяна Короткевич. Попадет ли она в парламент? Полагаю, что нет. Кто там будет вместо нее от 97 округа столицы? Победа начальника Минского железнодорожного вокзала Александра Дрожжи будет выглядеть слишком «придуманной» даже по меркам нашего «избирательного аттракциона». Какой-то неизвестный чиновник побеждает второго (после Лукашенко) по популярности политика в стране – как такое продать Западу, если наблюдатели ОБСЕ уже сегодня знают, как рисуют явку на досрочном голосовании в 97 округе?

Так кто?

Ответ: Анна Конопацкая, кандидат от ОГП.

Зачем властям Конопацкая в парламенте?

В парламенте им не только Анна, но и все Светы, Маши и Тани не нужны. Им нужно:

1 – показать Западу, что в парламент проходит оппозиция;

2 – «приглушить» местных критиков (ну, если кандидат от ОГП в парламенте, то, скажем, руководителю ОГП Анатолий Лебедько будет сложнее упрекать режим в «полной нелегитимности»);

3 – «добить» Короткевич вполне демократическим способом: не чиновник ведь выиграл, а такой же независимый, как и сама Короткевич, кандидат, теперь поди не согласись с результатами, так и скажут: «Татьяна Николаевна, надо уметь проигрывать с достоинством». Причем скажут и спикеры от власти, и спикер от оппозиции.

И не думаю, что Анна Конопацкая откажется от мандата, ведь Дрожжа никак не достойнее ее, и Анна, полагаю, в этом уверена (и лично я между Конопацкой и Дрожжей выбрал бы первую).

Если бы я управлял выборами в Беларуси и думал о том, как Западу эти самые выборы «продать», а Короткевич отправить туда же, где сейчас находятся Гончарик, Козулин, Милинкевич, Санников, Михалевич, Романчук, Некляев и прочие кандидаты в президенты, т.е. в политическую безвестность, то в 97-м округе были бы такие результаты:

1 – Анна Конопацкая, 2 – Александр Дрожжа, 3 – Татьяна Короткевич.

Можно, конечно, Короткевич сделать и второй, но все-таки иезуитство не должно иметь половинчатые формы: добивать, так уж добивать. Увы, Татьяна Николаевна, вы не заслужили.

Но это я, злой выдумщик, так бы поступил, посмотрим, что 11-го сентября сотворят мои "воображаемые коллеги".  

Белорусский Нью-Гэмпшир: кто из «оппов» пролетит? 10.02.2016 11

В американском Нью-Гэмпшире прошли праймериз у республиканцев и демократов. Если бы я был демократом и республиканцем одновременно, то проголосовал бы как раз за победителей: Берни Сандерса и Дональда Трампа.

Мне как телезрителю и интернет-пользователю симпатичны эти немолодые американские парни, прежде всего, потому, что они не из среды партийной бюрократии. Сандерс – социалист, Трамп – миллиардер-популист, вроде совсем разные люди, но похожи тем, что не похожи на всех этих политических «мафиози» типа Хилари Клинтон или Джеба Буша.

Понятно, что бюрократы демократов и республиканцев сделают все от них зависящее, чтобы в финал от их партий вышли нужные им люди. Но пока Сандерс и Трамп «рвут» публику. Успехов им!..

А вот представим, что и в Беларуси такие же открытые и шумные выборы. Возможны они, разумеется, если Лукашенко не будет кандидатом (умер или ушел/убежал от разгневанного народа).

Кто «зацепит» нашего избирателя?

Бывшая обслуга Лукашенко, скорее всего, наложит в штаны, оставшись без шефа. И не умеет они политикой заниматься, умеют только исполнять или не исполнять директивы. Если же и рискнут, то «размазать» их (т.е. победить электорально) при честном подсчете голосов будет не сложнее, чем «Партию регионов» Януковича после Майдана.

Наверное, появится кто-то новый, кого как политика мы сегодня не знаем.

Но основная масса претендентов будет из оппозиционной среды.

Вернется из-за границы Зенон Пазьняк. Вернется… и пролетит однозначно. Даже во второй тур не выйдет.

Владимир Некляев – пролетает. Нет своей структуры, а как националист проигрывает Пазьняку в одну калитку.

Николай Статкевич – пролетает. Как и у Некляева, нет структуры. Договороспособность близка к нулю, потому что он должен быть главным в этих договорах-переговорах. Но самое главное: если нет Лукашенко и его административно-репрессивной машины, то Статкевичу просто не с чем обращаться к обществу.

Анатолий Лебедько – пролетает. Потому что партийный бюрократ со стажем. Устали от него. Да и партия его какая-то вялая, хотя сам Анатолий Владимирович очень активный человек. Ну что это за партия, если в ней 3,5 тысячи членов, а они не могут собрать 100 тысяч подписей для выдвижения Лебедько кандидатом в президенты, т.е. 30 подписей на одного члена партии. К тому же, подобно Статкевичу, зациклен на Лукашенко.

Персонаж «Милинкевич», вот это уже кандидат. Ну, не сам Александр Владимирович (он ведь, как и Владимир Лебедько, бюрократ со стажем), а кто-то из его команды. Ориентированная на Европу сила. Есть про что говорить обществу. Нестрашный, не такой, как у Пазьняка, национализм. И сами по себе люди не агрессивные.

Кто-то в стиле «Короткевич» тоже хорошо. Без Плошчы, без люстрации. Не бросается ни на Запад, ни на Восток, главное – национальные интересы Беларуси. Не «сумасшедший» рыночник, много говорит о необходимости социальной защиты населения.

Лично я бы как избиратель хотел бы делать выбор между двумя такими кандидатами.

P.S. Однако и третий от БХД был бы не лишним, не Павел Северинец, конечно, его чересчур на религии «заклинило», но негромко верующий вполне был бы хорош.

Оппозиция в парламенте: список коллаборационистов 13.11.2015 15

Во время и после президентских выборов ходило немало разговоров о том, дойдет ли «либерализация» выборного процесса в Беларуси до такой степени, что по итогам парламентской кампании 2016 года в Палате представителей появятся оппозиционеры.

Одни говорили, что Короткевич и Ко за «правильное поведение» (зазывали на избирательные участки и не звали на Плошчу) дадут пару-тройку мест в парламенте. Другие утверждали, что режиму нет необходимости имитировать демократию: сама оппозиция слаба, народ не бунтует, Запад настаивает только на «прогрессе», а не на настоящих выборах, - ну зачем из спокойного парламента делать место, где два-три человека будут чего-то против Совмина или – боже упаси! – против Лукашенко говорить?!

Я присоединяюсь ко второму мнению. Если в стране социально-экономическая ситуация будет примерно такой же, какая она есть сейчас, то ни одному «коллаборационисту» в парламент не попасть.

Но давайте пофантазируем. Экономика трещит по швам, Россия давит (мол, либо продавайте все предприятия нам, либо не получите ни копейки, да и вообще перестанем покупать ваши МАЗы, БелАЗы и т.д.), граждане все чаще устраивают локальные бунты, а тут Запад: «Хотите финансовой поддержки – пропускайте оппозиционеров в парламент».

Понятное дело, на честные выборы режим пойдет только тогда, когда смирится с мыслью о самоубийстве. Значит, будем иметь «ограниченно честные» выборы». И перед Лукашенко, ОАЦ, КГБ (кто там еще за все эти фальсификации отвечает?) встает вопрос, кого пропускать в парламент? Договорились с Западом на малое число возмутителей спокойствия. Какое малое? Ну, три-четыре персоны. Меньше двадцатой части от всех депутатов парламента. Чепуха какая! Давайте список.

Первый номер в списке, как ни крути, Татьяна Короткевич. Ее сейчас вообще проще пустить в парламент, чем не пустить. Назовите мне фамилию человека, который может выиграть у нее в минском парламентском округе? Таких фамилий нет. Только нерегистрация Короткевич или фальсификация итогов могут не позволить ей стать депутатом парламента.

С Короткевич все понятно. Кто еще?

Если бы я отвечал за пропуск в парламент, я бы остановился на трех фамилиях: Алесь Логвинец (Рух «За свабоду!»), Алесь Михалевич (Партия БНФ), Виталий Рымашевский (БХД).

Не знаю, согласятся ли они быть депутатами в результате «ограниченно честных» выборов, но предполагаю, что парни с полной отдачей отработали бы в своих округах и могли победить. Из когорты новой генерации оппозиционеров они мне кажутся наиболее целеустремленными политиками, у которых, думаю, получится наладить диалог с теми, кто уже сейчас занимает важные посты во власти. Есть еще такие же среди людей не столь известных, но властям для продажи Западу будут нужны все-таки первые-вторые из партий/движений или более-менее засветившиеся на политическом поле.

Почему эти трое?

Логвинец очень хорош для всяких разговоров с Западом (не зря же он заместитель Милинкевича).

Михалевич вообще находка для властей. Сразу вел свою президентскую кампанию а-ля Короткевич, только за пять лет до Короткевич. Потом рассказывал про всякие ужасы в тюрьме КГБ, уехал за границу, будучи под следствием, теперь вернулся, тем самым показав, что в эту ужасную «дикторскую» страну могут без особенных проблем возвращаться даже такие разоблачители режима, как Михалевич.

А энергию Рымашевского, наконец, можно будет направить в полезное русло. Я не иронизирую. БХД занимается (или, по крайней мере, пытается заниматься) очень важными социальными проектами. Алкоголизм, матери-одиночки, аборты и т.д. и т.п. Такого вот «движка», вередящего социальные болячки на законодательном уровне, нам очень не хватает.

Ну, это я – примеривший на себя роль ответственного за пропуск в парламент – выступал бы за этих людей. Реальные ответственные, разумеется, имеют свои предпочтения.

Если же я обидел Татьяну, двух Алесей и Виталия тем, что «втиснул» их в «лукашенковский» парламент, прошу меня простить. Хотя, как мне кажется, ничего обидного я не сказал.

Две белорусские бабы: Ермошина и Короткевич 22.10.2015 15

За месяц до выборов председатель ЦИК Лидия Ермошина, выдавив из себя сочувственный тон, сказала: «Уж и не знаю, выдержит ли эта баба».

Бабой она назвала кандидата в президенты Татьяну Короткевич. А выдержать Короткевич нужно было наезды «демократических сектантов», для которых в политике существует только одно решение – их собственное; все остальные решения – опасные для Беларуси и ее народа, так как произведены в администрации Лукашенко или профильном отделе КГБ.

Баба Короткевич выдержала. Причем не особенно напрягаясь. Выдержала и стала одной из самых популярных женщин Беларуси. Домрачева, Ермошина, Короткевич – такая у меня тройка лидеров. Думаю, по фото или фамилии этих дам сегодня признает большинство белорусов. Дарья тут как бы сама по себе, но и ее «политика» задела, уж больно Александр Лукашенко со своей дружбой к ней навязывается. Лидии и Татьяна вроде бы из разных «категорий» популярности, первая – чиновник, вторая – политик, но идут в одной упряжке. Когда в стране на протяжении двадцати лет уничтожается политика как таковая, то даже счетовод Ермошина может восприниматься неискушенным избирателем как «фигура политическая».

Итак, баба и политик Короткевич выдержала.

А вот как со своей работой справилась баба и «фигура» Ермошина?

Отвратительно!

Ведь чего ее начальник – бессменный президент Беларуси А.Г.Лукашенко – хотел? Хотел признания выборов в ЕС и США. А что получил? Получил независимых наблюдателей и наблюдателей ОБСЕ, которые сообщили белорусской и международной общественности: «Это черт знает что, а не выборы! С таким составом избирательных комиссий и таким подсчетом голосов «за Лукашенко» можно рисовать все 99 процентов».

Как следовало поступить Ермошиной, когда она услышала от Лукашенко, что ему нужно не меньше 80 процентов? Взбунтоваться. Либо открыто, либо втайне. И выдать, ну, скажем, 67 процентов. Дальше расклад такой: Короткевич – 24 процента, Гайдукевич – четыре процента, Улахович – полтора процента, против всех – 3,5 процента.

Конечно, убедить Лукашенко в том, что ему хватит и 67 процентов, Лидии Михайловне было бы трудно (старик-то упрямый: 80 и все тут). А что бы он сделал в том случае, если бы ЦИК просто объявил эти самые 67 процентов? Да ничего бы уже не сделал. Согласился бы с процентами. Настаивать на пересчете голосов, когда ты победил, – даже эксцентрик Лукашенко воздержался бы от подобного шага. Зато с таким результат снискал бы «респект» во всех концах мира. И проценты вроде настоящие, и репрессий нет, и даму-конкурентку не обидел. Однако Ермошина не взбунтовалась…

Баба Короткевич умно провела кампанию (нашла противоядие от укусов «демократических сектантов» и «влюбила в себя» многих-многих белорусов) и 12 октября выступила с заявлением, что признавать итоги выборов нельзя.

А баба Ермошина сглупила. Не важно, кто автор глупости о «83,5%». Но утверждалась-то она под председательством Л.М.Ермошиной. Сглупила баба, сглупила…

Вот такие они разные, эти две известные белорусские бабы.


Новая депутат Короткевич и обновленный Гайдукевич 06.10.2015 11

Данные последнего (сентябрьского) опроса НИСЭПИ могут согреть душу трех белорусских политиков: Татьяны Короткевич, Сергея Гайдукевича и… Александра Лукашенко.

Да, Лукашенко тоже. Он же не первое десятилетие во власти, знает, что данные НИСЭПИ и данные (те, что не предназначены для обнародования) «его собственных» социологов обычно совпадают, ну плюс-минус, в пределах ошибки выборки. Поэтому 45,7 процента «за» на двадцать первом году правления, да в ситуации экономического кризиса – это очень хорошо для действующего президента. Не должны избиратели так любить Лукашенко, не должны, а вот любят!.. Наскрести процентов семь-восемь-девять для победы в первом туре ничего не стоит, пусть хоть оппозиционеры голоса считают.

Сергей Гайдукевич на протяжении своей долгой политической карьеры никогда не имел такого высокого «президентского» рейтинга – 11,4 процента. Полагаю, чрезвычайно приятно, преодолев шестидесятилетний рубеж, почувствовать, что у тебя как у политика еще есть шанс. Мне бы тоже было приятно, если бы я имел похожую биографию. Но откуда взялся такой рейтинг?

Разумеется, не из воображаемой каждодневной работы партии, которую возглавляет Сергей Васильевич и о многочисленности которой он не устает повторять. Узнаваемость Гайдукевича во много раз выше, чем узнаваемость его партии. А рейтинг ему обеспечила, как мне кажется, часть вчерашнего электората Лукашенко. Для них Гайдукевич сегодня – это улучшенная версия Лукашенко. Александр Григорьевич хороший, но в 2015 году и на следующие пять лет Сергей Васильевич чуть лучше. Второй обещает дать то, о чем первый уже не говорит, понимая, что прошлых обещаний не исполнил. Вполне номенклатурный Гайдукевич (был депутатом, работал в правительстве) замещает в политическом мировоззрении группы избирателей номенклатурного Лукашенко.

В стремительном росте рейтинга Татьяны Короткевич нет ничего удивительного, хотя в цифрах прогресс впечатляет: 2,2 процента в июне до 17,9 процента в сентябре. Новое лицо, молодая женщина, не единый, но единственный кандидат от оппозиции (что бы ни говорили о ней в самой оппозиции), политический образ заботливой и деятельной хранительницы очага, ставка не на «умничанье» и управленческий опыт, а на искренность и умение слушать людей, – все это вместе (плюс умелая работа команды по продвижению кандидата и работоспособность самого кандидата, несмотря на ее некоторую неподготовленность вначале) стало основанием для рождения «феномена Короткевич».

Кого огорчили данные НИСЭПИ, так это всех оппозиционных лидеров, которые отказали Короткевич в оппозиционности. За исключением, быть может, Николая Статкевича, и не потому, что он набрал больше всех из «правильных оппозиционеров» – 3,5 процента, а потому, что для человека, проведшего почти пять лет тюрьме по несправедливому обвинению, все эти проценты представляются такой чепухой, которую и замечать не имеет смысла. Остальные бойкотчики/игнорщики уместились совокупно в 4,5 процентов. Оно и понятно: в выборах не участвуют, президентами стать не хотят, чего их фамилии народ называть станет.

Опрос был проведен до выступлений кандидатов по телевидению (возьму на себя смелость сделать НИСЭПИ замечание: надо было опрашивать народ ближе к выборам, в последнюю неделю сентября, тогда к 11-му октября мы бы имели более точное представление о том, какой расклад будет на выборах). С учетом того, что интерес к выборам увеличивается по мере приближения к финальной дате, рискну предположить, что Короткевич и Гайдукевич заберут себе 25 и 15 процентов электората, соответственно. То есть после выборов мы получаем 40 процентов тех, кто не поддерживает Лукашенко. А в 2016-м парламентские выборы… Это что ж надо сделать, чтобы люди с таким рейтингом не прошли в парламент?! Даже если за Короткевич и Гайдукевича 11 октября проголосуют так, как показал опрос (17,9 и 11,4 процента), то все равно – только административные препоны и/или фальсификации не позволят им стать депутатами Палаты представителей.

Допустим, они попадают в парламент. Возможно, для игр с Брюсселем и Москвой власть «пустит» туда еще и по одному их единомышленнику. С властью все понятно в этой ситуации, а вот как будут себя чувствовать парламентарии Гайдукевич и Короткевич? Гайдукевич, полагаю, «оттянется» всласть на оппозиционерах, многие годы не воспринимавших его всерьез: мол, у Гайдукевича и рейтинг, и партия численностью в 50 тысяч человек, а вы, политическая мелюзга, не имели, не имеете и не будете иметь шанса руководить страной (в этом он будет убеждать не только белорусов, но и зарубежных политиков, дипломатов и чиновников).

Короткевич, уверен, будет реальным депутатом для своих избирателей (ходоки и жалобщики вовсю попользуются ее открытостью). Однако в «экспортном» варианте ее депутатство, в отличие от Гайдукевича, будет куда менее приятным для нее самой. Как оппозиционный кандидат она будет встречаться с представителями ЕС или отдельных европейских стран. С ними же будут встречаться те, кого Сергей Гайдукевич считает «политической мелюзгой», которая, в свою очередь, считает Короткевич «продавшейся режиму аморальной личностью» (сама же Короткевич, в отличие от Гайдукевича, никогда не назовет Александра Милинкевича, Владимира Некляева, Анатолия Лебедько, Сергея Калякина или Павла Северинца политической мелюзгой, ведь при всей разности подходов к этой электоральной кампании она на одной стороне со всем демократическим активом Беларуси). Значит, на таких встречах Татьяна, член БСДП (Грамада) и гражданской кампании «Говори правду», так сказать, оппозиционерка в квадрате, не будет «своей» для остальных переговорщиков с белорусской стороны. В парламенте она тоже не станет «своей», потому что – политик, а прочие попали туда просто потому, что было принято решение: должны попасть. Если к этому прибавить независимых журналистов, которые будут требовать от Короткевич «геройства» оппозиционного депутата, то депрессия и нервные срывы ей гарантированы. Татьяна Николаевна, вам это надо?

Впрочем, все это мои фантазии. А также фантазии многих злых языков, уже сегодня говорящих, что Короткевич своим участием в выборах помогает «режиму Лукашенко» улучшить отношения с Западом и за свои «услуги» ждет благодарности в виде депутатского мандата. Не удивлюсь, если уже весной 2016 года по белорусскому телевидению мы услышим, что в парламент хотят проникнуть деструктивные элементы, которые отчего-то уверены в своей востребованности белорусским избирателем, хотя даже самый раскрученный их кандидат – «Ну эта, молодая женщина, не помню фамилию, психолог или выдающая себя за психолога» – набрала на президентских выборах каких-то семь процентов… по протоколам ЦИК.

Закрытие СМИ-проектов КГБ: начинаем с Калинкиной 17.09.2015 29

Шеф-редактор «Народной воли» Светлана Калинкина в интервью сайту UDF.BY сказала, что у Татьяны Короткевич и всей кампании «Говори правду» остается один путь: сняться с выборов.

Сняться, сообщив избирателям, которым Татьяна симпатична как кандидат, что никаких выборов в Беларуси в действительности нет, поэтому фамилии Короткевич не будет в избирательных бюллетенях. Если Короткевич так не поступит, то у «демократической общественности» не останется более сомнений в том, что и сама Татьяна, и кампания «Говори правду» – проекты, разработанные в КГБ.

Но, «подтанцовывая» на выборной сцене, Короткевич навредит не только себе и своей команде, говорит Калинкина, она также дискредитирует всю оппозицию. Во-первых, тем, что будет заманивать людей на участки, словно бы выборы у нас настоящие, а во-вторых, получит мизерные проценты по протоколам ЦИК, и пропагандисты от власти будут потом кричать из телевизора, на сайтах и газетных страницах: «Вот какой поддержкой пользуется оппозиции в народе!»

Так сложилось, что интервью с Калинкиной вышло в день, когда Короткевич проводила пикет возле Министерства информации. Он был приурочен к двадцатилетию БАЖ, тема пикета – свобода слова в Беларуси.

Вот такой вопрос: «Есть ли свобода слова в Беларуси?»

Журналисты говорят, что ее нет.

Нет выборов – нет свободы слова. Нет свободы слова – нет выборов.

Нет выборов – потому Короткевич должна сняться. Нет свободы слова – поэтому «Народная воля», где Калинкина работает шеф-редактором, должна совершить акт самоликвидации. Какая к черту независимая пресса в стране, где нет свободы слова?!

Короткевич напишут малые проценты, говорите?.. Так у «Народной воли» тираж по сравнению с «СБ. Беларусь сегодня» совершенно ничтожен. И доносит она свои «крамольные» мысли микроскопической части избирателей, которым уже давно все ясно насчет Лукашенко и Ко. Зачем вообще существует «Народная воля»? Чтобы у министра информации была отмазка: «Вот, пожалуйста, альтернативный взгляд на Беларусь. Газета распространяется и по подписке, и в киосках»? Да еще редакция находится в сотне метров от Администрации президента. Демократия!.. Свободы слова нет, а «Народная воля» есть.

Выходит, что независимые СМИ дурят народ и еще дают козыри власти для разговора с западными политиками, дипломатами и прочими важными особами.

«Посмотрите сколько у нас независимых СМИ, работающих с политической проблематикой!» Что делать независимым СМИ, чтобы власть их не использовала?

Они должны доказать и народу, и «западу», что вся эта свобода слова в Беларуси только имитация свободы, как и выборы – имитация выборов: замолчать. Всем: «Народной воле», Радио Свобода, Еврорадио, "Нашей ниве", "Свободным новостям", Белорусскому партизану, Навинам вместе со всем БелаПАНом, UDF.BY – замолчать и заговорить только тогда, когда власти согласятся с тем, что свобода слова стране необходима.

На БТ и ОНТ каждый день в прайм-тайм оппозиционеры и другие критики власти, «СБ. Беларусь сегодня» не получает ни копейки из бюджета, парк Горького превращается в Гайд-парк, бедный Лукашенко потеет и краснеет на дебатах с оппонентами, потому что он не мог не прийти, иначе бы заклевали журналисты, а пришел – не легче, клюют не только журналисты, но и претенденты на его президентское кресло.

И долго промолчат независимые СМИ? Дождутся эры свободы слова в Беларуси?

А независимые СМИ не ждут, не ждали и ждать не собираются. Говорят, показывают и пишут тогда, когда свободы слова нет. Однозначно проекты КГБ. Их даже штрафуют, лишают лицензий, прикрывают на год-другой, чтобы показать: типа идет борьба с независимой журналистикой. А потом эти «побитые» властью журналисты едут в Страсбург (или куда там), рассказывают, как им тяжело в авторитарной Беларуси исполнять свои профессиональные обязанности, и разные западные фонды сразу спешат помочь им. И обе стороны довольны: у журналистов есть гранты, а у власти есть «карманные» независимые СМИ для демонстрации свободы слова.

Сильные размышления, да?

У Светланы Калинкиной и всех, кто связывает поход Татьяны Короткевич на выборы «до конца» с работой КГБ, они такой же силы.

В России как-то появился диагноз: православие головного мозга. У нас в среде «демократической общественности» стремительно развивается «гэбизм головного мозга». Надо лечить. Процесс выздоровления, по-видимому, будет долгим. А вот снятие Короткевич с выборов болезным никак не поможет. Снимется она за неделю до выборов – болезные скажут: «Власть не хочет терять свою агентуру внутри оппозиции». Повторюсь: такое быстро не лечится.

Как Короткевич «наезжать» на Лукашенко 11.09.2015 9

Получив удостоверение кандидата в президенты, Татьяна Короткевич не забыла тут же «пнуть» своего конкурента: «Лукашенко устал, ему пора отдохнуть», и еще «ущипнула» фактом: «Где обещанные 1000 долларов средней зарплаты к 2015 году?»

Александра Лукашенко в зале не было, а руководитель его инициативной группы Михаил Орда на провокацию не повелся, не зря же должность «главного профсоюзника» занимает, знает, сколько надо платить работающему человеку, чтобы ни его, ни президента не обидеть.

«Устал, пусть идет на отдых», – такое можно сказать один-два раза. Больше – перестанет цеплять слушателя: «Ну что заладила: устал, устал? Ты его убедить хочешь или избирателей? Он всем своим видом показывает, что не устал. Обрати-ка свое внимание на нас. Нам, а не ему объясни, почему имеет смысл тебя вместо него на царство».

Впрочем, Татьяна уже обратилась к нам, вспомним про «1000 долларов к 2015 году». Хотя сама обличительная конструкция «обещал и не выполнил» не шибко сильно бьет по такому противнику, как Лукашенко, потому что он столько всего обещает, что избиратели и запомнить не могут (бывает, что обещает прямо противоположное, как же тут запомнить).

По-моему, Татьяне лучше говорить о том, что Лукашенко сделано, но сделано им плохо.

Ну, например.

Александр Лукашенко, касаясь темы семьи и материнства, говорит, что на территории Беларуси могло бы жить 20 миллионов человек, но за время его правления население нашей страны сократилось на миллион.

Он говорит о социальной защите, но у стоящих на бирже безработных пособие 150 000 рублей. Говорит, что у нас  самый низкий в Европе уровень безработицы, но не добавляет: потому что семьсот тысяч наших работников трудится за границей.

Он говорит о стабильности национальной валюты, но только за последний срок его президентства белорусский рубль обесценился в шесть раз.

Он говорит о миролюбивой Беларуси, но дает добро на создание иностранной военной базы, тем самым превращая Беларусь в мишень для НАТОвских войск.

Он говорит о том, что в Беларуси не разрушена промышленность, но на заводах идет сокращение, зарплаты мизерные, а произведенная продукция пылится на складах.

И т.д., и т.п.

Можно свое выступление построить иначе:  описывать проблему, указывая на некомпетентность власти вообще, а завершать чем-то таким: «Вот что бывает, когда страной более двадцати лет руководит один человек» или «Конечно, виноваты чиновники на местах и в министерствах, но кто назначает министров, кто назначает руководителей исполкомов, кто назначает председателя Нацбанка? Лукашенко. Значит, он назначает не тех. Или не дает им работать. Некомпетентен».

Словом, нужно соблюсти баланс между знанием положения дел в стране и критикой в адрес Лукашенко. После критической части (или параллельно с ней, это уж как Татьяна и ее советники решат речь выстраивать), разумеется, должна идти позитивная, т.е.  рассказ кандидата Короткевич о том, что нужно сделать, чтобы ситуация исправилась.

Понимаю, что в моем предложении нет ничего такого, чего не делали или не делают другие  кандидаты и у нас в стране, и за ее пределами, но в случае с Татьяной Короткевич все-таки есть один нюанс, связанный с тем, что она – первая женщина-кандидат в Беларуси, а ей противостоит опытный автократ.

«Наезды» Короткевич на Лукашенко – это не то же самое, что «наезды» на него Лебедько, Калякина (2015 год), Санникова, Некляева или Романчука (2010 год). «Чисто мужские разборки» предполагают следующую фигуру речи: «Он плохой и не знает, а я хороший и знаю». И дело тут не в «гендере», простите, а в том, как все кандидаты ранее противопоставляли себя Лукашенко. Даже в 2006 году мягкая риторика Милинкевича «за европейский путь развития» была жесткой оппозицией условно «пророссийской» риторике Лукашенко.

Короткевич может себе позволить другую позицию: «Посмотрите, что он сделал со страной за двадцать лет. Такого наворотил, что и сам понять не может, как нам жить дальше». Важный момент, как мне кажется: Татьяна должна не пугать избирателей (случится то-то и то-то, если останется Лукашенко), а вызывать в них злость, которую они будут направлять в адрес Лукашенко: «Ага, так вот ты, голубчик, чего натворил!.. Ну, всё, хватит, терпели мы тебя достаточно. Уволен!»

Сама кандидат тоже злится, и становится голосом разозлившихся. Но злится она «культурно», потому что особа публичная, а еще потому, что хочет донести следующую мысль: «Просто меняем президента, никаких революций, обычая работа по улучшению дел в стране». Мирные перемены – так это называется у Короткевич. Слова вроде уже есть, осталось их произнести с такой интонацией, чтобы избиратель подумал: «А что, эта дама вполне может быть вместо Лукашенко».

чытаць іншыя навіны