Александр Томкович: Чего испугался "жесточайший"

Спасти шкуру невозможно, если этого не позволит народ.

Если кто помнит, в ходе избирательной кампании 1994 года Тот-Кого-Нельзя не называть много раз на разных трибунах тряс папкой, в которой будто бы были все коррупционеры Кебича.

Через некоторое время руководитель его избирательного штаба и первый начальник президентской администрации Леонид Синицын рассказывал мне, что обычно она была абсолютно пустой, а угрозы – пиар-ход «неистового борца с коррупцией», потому что имидж кандидата в президенты строился именно на этом.

Хочется верить, что рассказ про стрельбу на трассе «Москва-Берлин» тоже – пустая папка. Иначе эту часть выступления можно воспринимать, как конкретное признание своей вины в организации особо тяжкого преступления. Может, даже убийства…

Так можно даже подумать, что Тот-Кого-Нельзя не называть отдал приказ убить уголовников Щавлика и Боцмана и «исчезнуть» оппозиционных инакомыслящих…

Единственное, что успокаивает – соответствие слов говорливого «всенародноизбранного» реальности. Точнее, их абсолютное несоответствие. К тому, что часто говорится одно, а делается другое, привыкли даже сторонники АГЛ.

Реплики в очередях и слова, которые в приличных текстах обозначаются многоточием, ярко свидетельствуют о том, что с каждым днем ​​их становится все меньше и меньше. И присущий первым годам президентства приятный эпитет очень быстро может превратиться в не очень приятный – всенародноизгнанный.

Именно этого и испугался Тот-Кого-Нельзя не называть, а не каких-то заявлений оппозиционных лидеров, потому что события марта прошлого года показали, что даже если всех их посадить в тюрьму, протестную волну не сбить. Убавить – да, но полностью заглушить – невозможно.

К тому же 25 марта этого года показало, что почва для протестов есть, и она чрезвычайно опасна. Не буду спорить с конкретными цифрами тех, кто пришел к Оперному театру. На мой взгляд, главное здесь не конкретное количество, а то, что, как говорит популярный певец Лявон Вольский, «нас до черта».

А армянские события довольно красноречиво показали, что лимит на цветные революции, не смотря на постоянные публичные заклинания, не только не исчерпан, но и в любой момент может стать неприятным фактом. И тогда никакие сказки о армянобандеровцах не помогут. Как и никакие пули, щиты, крючки, шунявки, и снайперы с танками.

Спасти шкуру невозможно, если этого не позволит народ. Рейтинг румынского диктатора был не меньшим и зубы у него были не менее острыми, но было достаточно пролить кровь шахтеров, как все закончилось позорным расстрелом у забора.

Надеюсь, в Дроздах это хорошо понимают. И не только Тот-Кого-Нельзя не называть…

А пугаться он умеет довольно искренне. Бывший премьер-министр Михаил Чигирь рассказывал, как в дебюте своего руководства АГЛ чрезвычайно боялся, что не хватит денег на то, чтобы посеять-пожать.

А еще АГЛ умеет «шутить». Иначе трудно понять фразу о том, что никто ему всё ещё не объяснил, какое место в белорусской экономике займёт белорусская атомная станция. Если учесть кредит в 10 миллиардов долларов и то, что два года назад говорилось противоположное, то сейчас следовало бы «гасить свет».


«Статья в рубрике «Особое мнение» является видом материала, который отражает исключительно точку зрения автора. Точка зрения редакции «Белорусского партизана» может не совпадать с точкой зрения автора.
Редакция не несет ответственности за достоверность и толкование приведенной информации и выполняет исключительно роль носителя.
Вы можете прислать свою статью на почту belpartisan@gmail.com для размещения в рубрике «Особое мнение», которую мы опубликуем».